Калиф Иван - Анатолий Фоменко

Возвращаясь к описанию монгольских ШАТРОВ, зададимся вопросом. Откуда в тексте Карпини взялось слово ВОЙЛОК, когда на самом деле речь, по-видимому, идет о каменных зданиях? Причины могут быть разными. Возможно, это — рука редактора XVII–XVIII веков, который усиленно пытался доказать читателям, что Карпини описывает быт примитивных дикарей с далекого Востока. Но, может быть, дело и в том, что слово ВОЙЛОК практически совпадает со словом БЛОК при переходе Б в В. А словом БЛОК Карпини вполне мог назвать красный кирпич, или белый тесаный камень. Вот и появились под пером редактора XVII–XVIII веков, вместо БЕЛОКАМЕННЫХ ПАЛАТ странные БЕЛО-ВОЙЛОЧНЫЕ ПАЛАТКИ. А вместо КРАСНЫХ КИРПИЧНЫХ ЗАМКОВ — странные ШАТРЫ ИЗ ПЛАМЕННО КРАСНОГО ПУРПУРА. Колышущиеся на ветру. В которых странным образом помещалось около двух тысяч человек [656], с. 76.

Что касается слов ПАЛАТКА и ПАЛАТА, то отметим, что в ПАЛАТА означает «дворец». В западно-европейских языках это слово существует до сих пор — palacio по-испански, palazzo по-итальянски, palais по-французски. Все они означают ДВОРЕЦ. По-видимому, это слово было заимствовано западно-европейскими языками из русского языка, а не наоборот, как считают историки, пользуясь ошибочной хронологией Скалигера. Согласно которой русская история якобы гораздо моложе западно-европейской, а потому, дескать, «русские позаимствовали все с Запада». Новая хронология дает совершенно другой взгляд на соотношение русской и западноевропейской истории. С новой точки зрения наиболее вероятно, что слово ПАЛАТА попало в западно-европейские языки из русского. Оно произошло от церковно-славянского слова ПОЛАТА, означавшего «дворец, покой, шатер» [866], т. 3, с. 307.

В XVII–XVIII веках подлинную историю XIV–XVI веков погрузили в забвение. Огромные «монгольские» белокаменные соборы и дворцы, крытые золотом, перенесли (на бумаге) на далекий Восток и стали воображать их в виде примитивных войлочных юрт или пыльных степных палаток. На одной из поздних гравюр изобразили царскую «монгольскую» палату в виде юрты на колесах, перевозимой стадом быков, рис. 24. Вот, мол, какая роскошная юрта была у великого «монгольского» хана. Красивая и удобная.

Рис. 24. Гравюра, изображающая юрту-палатку «монгольского» великого хана. Такие нелепые картинки стали рисовать, начиная с XVII–XVIII веков, забыв подлинную историю XIV–XVI веков. Забыв, что великий = «монгольский» царь-хан жил в белокаменном дворце и молился в огромных белокаменных соборах, крытых листовым золотом. Никаких колес у соборов и у дворцов не было. Взято из [1264], т. 1, гравюра на обложке

11. Престол «монгольского» царя

Карпини сообщает, что «был также воздвигнут высокий помост из досок (надо полагать, импортных, так как в каменистую пустыню Гоби доски могли попасть разве что издалека — Авт.), где был поставлен ТРОН ИМПЕРАТОРА. Трон же был из СЛОНОВОЙ КОСТИ, изумительно вырезанный; было там также золото, дорогие камни, если мы хорошо помним, и перлы» [656], с. 79. Очень любопытно, что этот «монгольский» трон, а также и печать «монгольского» императора, были изготовлены — как сообщает Карпини — РУССКИМ МАСТЕРОМ КОЗЬМОЙ. Карпини описывает «некоего РУССКОГО по имени КОСМА, бывшего золотых дел мастером у императора и очень им любимого… Косма показал нам и трон императора, который сделан БЫЛ ИМ РАНЬШЕ, чем тот воссел на престоле, и ПЕЧАТЬ ЕГО, ИЗГОТОВЛЕННУЮ ИМ, а также РАЗЪЯСНИЛ НАМ НАДПИСЬ на этой печати» [656], с. 80.

Зададим вопрос историкам: сохранился ли в окрестностях суровой пустыни Гоби роскошный «монгольский» царский престол, изготовленный русским мастером Козьмой? Нам скажут: конечно же, не сохранился. Войны, пустынные бури, протекшие столетия и т. п. В общем, в пустыне Гоби трон пропал. А вот в Москве, в Оружейной Палате, до сих пор можно увидеть прекрасно сохранившийся царский престол Ивана IV Грозного, который и в самом деле сверху донизу покрыт резной слоновой костью, рис. 25. Престол производит впечатление целиком сделанного из кости. Мы, конечно же, не хотим сказать, что это тот самый «монгольский» трон, о котором пишет Карпини. Скорее всего, это другой, похожий трон. Но он свидетельствует, что на Руси-Орде был обычай делать царские престолы из слоновой кости. Точнее, облицовывать их слоновой костью. По крайней мере, один такой русско-ордынский престол сохранился до наших дней.

Рис. 25. Костяной престол Ивана IV «Грозного». Оружейная Палата Московского Кремля. Как мы обнаружили, на нем изображен, в частности, зодиак с гороскопом на день рождения Ивана IV — 9 февраля 1526 года, что на 4 года раньше, чем думают историки. См. подробности в нашей книге «Иван Грозный и Петр Первый. Царь вымышленный и царь подложный». Взято из [187], с. 365.

Мы уже предвидим, что нам тут нам скажут историки. Дескать, русские цари заимствовали свои обычаи из далекой восточной Монголии. Что в Москве еще и в XVI веке рабски копировали обычаи своих прежних властителей, жестоких и диких монгольских ханов. Копировали, уже давно освободившись от лютого монгольского ига. И все же, вопрос остается. Почему в окрестностях пустыни Гоби, якобы в самом центре «Монгольской» Империи, не осталось ровным счетом ничего из того, о чем рассказывает Карпини? А вот на Руси осталось. Причем — много.

12. Какие священники окружали «монгольского» императора?

На протяжении своего рассказа Карпини несколько раз употребляет слово «клирики», то есть священнослужители. Любопытно, что почти во всех случаях он пишет не просто «клирики», а «РУССКИЕ КЛИРИКИ» или «ХРИСТИАНСКИЕ КЛИРИКИ» [656], с. 46, 52, 80, 81. Карпини сообщает также, что Император «пред большой своей палаткой имеет всегда ХРИСТИАНСКУЮ ЧАСОВНЮ, и они поют всенародно и открыто и звонят к часам согласно ОБЫЧАЮ ГРЕКОВ» [656], с. 81.

Итак, мы видим, что «монгольского» императора окружали РУССКИЕ ХРИСТИАНСКИЕ СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ. Что совершенно не вяжется со скалигеровской версией истории. Но прекрасно соответствует нашей реконструкции. Русско-ордынского царя, понятное дело, окружали РУССКИЕ священники.

На прощанье, когда Карпини и его спутники покидали монгольский двор, мать императора подарила им по ЛИСЬЕЙ ШУБЕ. «Шерстью наружу» — удовлетворенно уточняет Карпини [656], с. 82. Опять-таки легко узнаются обычаи старого русского царского двора. Еще и в XVI веке иностранные послы очень гордились шубами, — в частности, лисьими, — подаренными им в Москве «с царского плеча». Это считалось знаком особой царской милости. Например, австрийский посол барон Сигизмунд Герберштейн гордо поместил в своей книге «Описание Московии» собственный портрет в подаренной ему царем русской шубе [161], с. 283. См. рис. 26.

Рис. 26. «Имперский посол С. Герберштейн в богатых русских одеждах, пожалованных ему Василием III. Гравюра XVI в.» [550], с. 82.

На рис. 27 показан еще один портрет С. Герберштейна, где он изображен в одежде, подаренной ему турецким султаном [90], с. 48.

Рис. 27. «Сигизмунд Герберштейн в одежде, пожалованной ему турецким султаном. 1559. Ксилография из книги „Жизнеописание барона Герберштейна для признательного потомства“. Вена. 1560» [90], с. 48.

13. «Монголы» поклонялись иконе Чингис-Хана, то есть Георгия Победоносца

Карпини сообщает, что «монголы» поклонялись ИЗОБРАЖЕНИЮ ЧИНГИС-ХАНА [656], с. 36. Но это прекрасно соответствует нашей реконструкции, согласно которой Чингис-хан — это великий князь Георгий Данилович. Он же святой благоверный князь Георгий Всеволодович, упоминаемый в русских Святцах. Он же — святой Георгий Победоносец. На Руси испокон веков почитали икону Георгия Победоносца, изображаемого в виде воина на коне, поражающего змея. Этот образ можно и сегодня встретить почти в любом русском храме.

А вот икона Чингис-хана, увы, бесследно исчезла. Нет ее в современной Монголии. Не сохранилась. Исчезла вместе с роскошным царским престолом из слоновой кости, вместе с бело-войлочными палатками, обитыми золотом и вмещающими в себя тысячи людей, и другими «монгольскими» достопримечательностями, вызывавшими восторг и восхищение у путешественников. Так думают историки. Но наше мнение другое. Никуда все это не исчезало. Остатки прежней «монгольской» роскоши существуют до сих пор. Просто сегодня нам неправильно указывают место великой = «монгольской» столицы. Она была отнюдь не около пустыни Гоби, а на реке Волге. В Ярославле = Великом Новгороде. Потом — уже в XVI веке — была перенесена в город Москву. См., например, нашу книгу «Москва в свете Новой хронологии».

Глава 3

Где ходил Марко Поло?

1. Великий путешественник Марко Поло