Креститель - Александр Прозоров

— Благодарствую, ведун, — смущенно почесал в затылке боярин. — Спас ты меня, получается.

— Сегодня я, завтра ты, — отмахнулся Середин — Не будем считаться. А вообще, на болоте ухо нужно держать востро и глазам не очень верить. Тут яма бездонная полянкой легко может прикинуться, поплавок верткий — надежной кочкой, а нежить голодная — другом верным. Посему сперва думай, разумом всё оценивай, а уж потом в незнакомое место сворачивай.

— Хитро… — вздохнул боярин. — Но попробую.

Случай представился через пару часов — путники услышали истошные вопли, увидели бьющегося в воде, в нескольких саженях от дороги, мальца с испуганными глазами. Слабеющими руками ребенок цеплялся за мох, тянул его к себе — но вместо того, чтобы вылезать, только вырывал рядом черную торфяную яму.

— Помогите! Помоги-и-те-е-е!!! Тону-у!

Радул рванул было к несчастному, на ходу расстегивая ремень, но опять на самом краю гати ведун успел удержать его за руку:

— Куда, оглашенный?! Ты хоть подумал, откуда он тут взяться мог?

— Может, шел куда? — в сомнении остановился боярин.

— Куда? Откуда? До ближайшего селения полтора дня пути. — Середин повернулся к утопающему: — Ты с Полоцка али из Пскова?

— Со Пскова, — ответила жертва болота, продолжая скрести торфяник ногтями.

— Долго шли?

— Долго…

— Три дня шли?

— Шли…

— Ты тонешь или забыл уже?

Крикса, поняв, что ее обманули, выпрыгнула из лужи и заскакала вдоль дороги по мягкому мшистому ковру:

— Ты умный, да? Ты умный? Умный, да? Да, ты умный? Умный? Умный? Умный? Умный?..

Это продолжалось час, еще час. Еще и еще.

— Лучше бы я утопился! — наконец взмолился богатырь.

— Всегда успеется, боярин, — усмехнулся ведун. — Знаешь, чего она добивается? Что ты взбесишься и полезешь ее добивать. Она как раз в двух шагах держится. Ты ее вроде как мечом достать можешь. А она тебя на краю чуть дернет — и в болото.

— Ты дурак! Ну, ты дурак! Дурак ты какой! — завела новую песню крикса.

— А стрельнуть ее можно? — простонала Пребрана. — Из лука?

— Без серебряного наконечника не убьешь, — не снижая шага, ответил через плечо ведун. — Лишь время потеряешь. Надеюсь, у тебя нет желания ночевать прямо здесь? Ей только того и хочется.

— Дурак! Дурак! Дурак! Дурак! Дурак! — подскочила к самой гати крикса и заскакала, как мартышка, на пеньке.

— Не дождешься, — спокойно сообщил ей Середин и прошел мимо.

— Умный! Умный! Умный! Умный! Умный! Умный! — взвыла нежить.

— Мама!!! — зажала уши девушка. — Макошь и Дидилия, сжальтесь над дщерью своей! Лучше б мы пошли округ!

— Не зарекайся, — покачал головой Олег. — Никогда не догадаешься, что является для тебя спасением, а что наказанием. Откуда ты знаешь, может, на дороге нас ждала бы какая-нибудь беда или княжеский гнев? Может, твои богини направили тебя сюда именно для того, чтобы спасти от еще большего несчастья? Жалеть о несделанном бесполезно. Беспокоиться нужно о том, что делаешь. Вот, кстати, еще какой-то встречный. Хромает. Первый признак нежити, между прочим.

Навстречу прихрамывал дровосек вполне мирного вида — с топором за поясом, в куртке из грубо скатанного войлока, в высоких поршнях, небрежно подвязанных у щиколотки.

— И чего ему тут нужно без котомки, без тележки или хотя бы вязанки хвороста? — вслух подумал Середин. — И вообще: откуда взялся лесоруб там, где нет леса?

А еще — крест на руке ведуна запульсировал огнем. Но про этот свой талисман Олег предпочитал не распространяться. Он просто вдел руку в петлю кистеня, уронил грузик из кармана вниз — и нежить, не дожидаясь продолжения, заскакала прочь:

— Дурак! Дурак! Дурак! Дурак! Умный! Умный! Умный! — доносилось с разных сторон.

Ведун увидел, как лицо богатыря пошло пятнами, и криво усмехнулся:

— Зато не кусаются. И несколько дней пути сэкономим.

— Лучше бы они кусались… — скрипнул зубами боярин.

Криксы отстали, только когда впереди нарисовались кроны деревьев. От наступившей тишины в ушах зазвенело, и боярская девка, избавляясь от новой напасти, затянута длинную заунывную песню про ушедшего в зимний поход любимого. Разумеется, где-то там его сердцем завладела иноземная красавица, и любимый вернулся с молодой женой. Продолжение оказалось для Середина совершенно неожиданным: певунье пришлось стать не старшей, а второй женой. Потом муж снова ушел в поход, и несчастная траванула злую «разлучницу» настойкой из белены. Чем кончилось дело после похода, Олег так и не узнал: гать наконец уткнулась в твердую землю, повозки выкатились под высокие осины, проламывая молодой подлесок, и остановились.

— Привал, — запоздало скомандовал ведун, оглянулся иа боярыню: — Куда дальше поворачивать?

— Не знаю, бояре, — пожала плечами девушка. — Я тут не ездила, токмо слышала.

— Понятно, — кивнул Середин. — Островок-то здешний не в пример предыдущему, за минуту не обойдешь… Ладно, будем искать. Значит, сейчас наскоро перекусим, потом я, Базан и боярин Радул идем осматриваться, а остальные расчищают место для ночлега. Топоры у вас есть, дрова тут наверняка тоже найдутся, заросли вокруг немалые. Запомните три правила: ни к кому незнакомому не подходить, к себе не подпускать, все заманчивые места какими-нибудь палками прощупывать. И тогда ничего страшного с вами не случится.

Крупинский остров раскинулся на несколько километров, а потому искать выход наугад можно было не один день. Однако Середин прикинул, что дальнейший путь лежать должен как продолжение дороги, и для начала двинулся через остров в том направлении, куда указывала первая гать. Увы, пробив тропу через кусты и высокую, по пояс, траву до самого берега, разведчики уткнулись в оконце с чистой водой.

— Ничего, — покрутил головой ведун. — С первой попытки ожидать успеха и не стоило. Давайте попробуем направо вдоль берега пройти.

— С топорами сюда хаживать следовало, а не с мечами булатными, — проворчал богатырь, взмахами клинка расчищая себе путь.

Они обогнули небольшую заводь, перебрались через россыпь валунов.

— Деревня! — с удивлением воскликнул Базан. — Вы гляньте, дома!

Увы, домами всё это можно было назвать с сильной натяжкой: провалившиеся крыши, покосившиеся стены, сложившийся колодезный сруб и лежащий рядом журавль. Больше всего это походило на брошенный поселок рудокопов, о котором упоминала Пребрана.

— Посмотрим, может, там чего ладного найдем? — Не дожидаясь ответа, холоп запрыгал по камням вниз. — Опять же, и ночевать спокойнее. Хоть без крыши, да за стенами. Колодец расчистить быстро. Водицы чистой, не болотной, испить можно.