Корабль умников - Валерий Гвоздей

Яростно сверкая глазами и дрожа от недавнего мускульного напряжения, правительница раскрыла пульт, набрала комбинацию.

Тин стоял рядом:

– Готово? Отлично.

Он коснулся пальцами клавиатуры, взял пульт в руки, ощупал все его грани. Вряд ли Эфиан пошла на какую–то хитрость.

– Зоран, хочешь взглянуть?

– С удовольствием.

Бывший координатор Системы занялся пультом.

Освоить его полностью, не зная принципов работы, языка, паролей, кодов, ему быстро не удастся. Но это нужно сделать хотя бы в черне.

– Лу, к двери, на всякий случай, – сказал Ники. – Мэй, хотелось бы узнать, как отключить мину.

Девушка посмотрела на Эфиан, потом чуть прикрыла веки, сосредоточилась.

Минуту она пыталась овладеть сознанием официальной представительницы мекбан. Стояла неподвижно, оцепенев.

Вероятно, женщина поняла или почувствовала, что с ней делают, и встревоженно отступила на шаг.

Но Тин видел, что у девушки не получается.

Мэй коснулась пальцами висков. Ее лицо побледнело.

– Не могу… – прошептала она. – Двоичные коды… Программные символы… Их комбинации…

Эфиан с торжеством взглянула на Мэй и промолчала.

– Ну ладно… – кивнул Ники. – Я хотел как лучше…

Он взглянул на дверь в соседнюю комнату. Наверное, это спальня, без выхода в коридор.

– Сергей, проверь.

Прозоров заглянул в комнату:

– Никого. Там кровать.

– Все уйдите на время, туда.

– Уверен? – спросил Чолич.

– Нет… Все уйдите. Пульт – оставь.

Ники очень не хотел, чтобы его спутники видели то, что он сейчас будет делать.

Бывший координатор молча кивнул.

Да, это грязная работа. Но кто–то ведь должен взять ее на себя.

Грязную работу взял на себя Тин:

– Лу, брось мне револьвер!

– Как скажешь.

Андроид взмахнул рукой.

Его никелированный «кольт», пролетев через полкомнаты, мягко лег изогнутой рукояткой в ладонь второго пилота.

Если не считать Лу у входа, Эфиан и Ники Тин остались наедине. Между ними был только стол.

– Но джентльмен не стреляет в женщин! – проговорила Эфиан с улыбкой.

В ее улыбке слились воедино ирония и презрительная снисходительность.

Второй пилот уловил и то и другое в чистом виде.

Правительница была незыблемо уверена в своем превосходстве, а значит – в неуязвимости.

– Я не джентльмен.

– Не любите феминисток?

– К феминисткам я отношусь хорошо. Мне их жалко. 

Женщина с улыбкой смотрела на него.

Ее болотный костюм, видимо, сработает как бронежилет.

Тин прицелился и выстрелил ей в правую руку.

Эфиан вскрикнула. Схватилась за раздробленную кисть. Клуб дыма разделил их.

В глазах Эфиан – боль и удивление.

Паркет у ее ног сразу окрасился кровью.

– Красная?.. – хмыкнул Ники. – Я думал, желтая, с прозеленью. Судя по делам.

В глазах Эфиан горела ненависть. Горела злоба. Но Тин разглядел и еще кое–что. Признание силы. И невольное уважение. Мекбан уважают сильных. Тех, кто умеет быть жестоким.

А кровь хлещет ручьем. Удачное попадание.

Первоначальный шок, вызванный ранением, проходил. И боль заявляет о себе все громче. Настоящая боль, от которой мутится любое сознание.

Лицо Эфиан посерело.

– Мне нужна помощь! – процедила она сквозь зубы.

Второй пилот отрицательно покачал головой.

Женщина топнула ногой.

Тин не двигался.

– Послушайте, я истекаю кровью!

– Плевать.

– Я умру!!!

– Плевать.

– Я умру!!! – Голос Эфиан звенел от ярости. – От мертвой не будет толку!!!

Она дрожала. От ненависти. От боли. От потери крови. От страха.

Ники почувствовал состояние правительницы. Из всех эмоций он выделил ее страх.

Улыбнулся Эфиан, глядя ей в глаза. Постучал ногтем по крышке пульта.

– Отключите мину, – сказал он. – Или умрете.

– Я слишком ценна для моей расы! Я не могу умереть!

– Для моей расы вы не представляете никакой ценности.

Вырвав какой–то провод из стола, Эфиан попыталась наложить на предплечье жгут, левой рукой. Но шнур был упругий и гладкий. Скользил, вырывался из пальцев.

– Помогите же мне!..

– Черта с два.

Ники сел на дальний край стола.

Он болтал ногами и смотрел, как женщина истекает кровью.

Она зеленела на глазах.

Ее взгляд метался по комнате, искал хоть что–нибудь, чем можно остановить кровотечение.

Ткань ее собственной одежды, на полимерно–металлической основе, для этого не годилась.

Посмотрев на тяжелые оконные шторы, Эфиан шагнула к ним, но Тин не пустил ее. Не раз женщина оборачивалась в сторону входа, однако вид Лу Брэндона, стоящего на часах, не оставлял надежд. Ей не вырваться. И вызвать охрану теперь нет возможности.

– Отключите.

– Нет!!! – хрипло взвизгнула она.

Эфиан была в отчаянии. А ведь прежде, наверное, считала, что безвыходных ситуаций не бывает.

Ники молча смотрел на нее.

– Помогите мне!

Тин молчал.

– Помогите! – вдруг со слезами в голосе крикнула Эфиан. – Пожалуйста!.. Я прошу вас!..

Ники посмотрел на нее внимательнее.

Официальная представительница расы мекбан – плакала, как ребенок. По ее ухоженному, красивому лицу двумя ручейками текли слезы.

– Пожалуйста… – повторила она умоляюще.

Тин подвинул ей пульт.

Кнопочки, огоньки разных цветов.

– Сначала – мина. И лишь затем – вы. В такой последовательности.

– А если я обману? – спросила она, почти с прежней интонацией, холодной и властной.

И Ники улыбнулся одними губами:

– Нет.

– Почему?

– Вы полетите на Землю, с нами.

– Вас не попасть на космодром! И тем более – на Землю!

– Почему же? У нас есть заложник.

Ее заплаканные глаза расширились. Кажется, даже перестали течь слезы.

В глазах Эфиан Ники заметил то, что уже видел раньше.

Уважение к силе. И – страх.

Глава четвертая. ОСТРОУМНОЕ РЕШЕНИЕ

Ники вернул «кольт» Брэндону.

Подвел Эфиан к спальне и открыл дверь.

– Мэй, – позвал он. – Помоги ей.

За безопасность Мэй Тин был теперь спокоен. Минуту назад он бесцеремонно обыскал Эфиан. Во избежание эксцессов.

Альтернативный экипаж смотрел во все глаза. И на красивую женщину, истекающую кровью, и на второго пилота, упорно отводящего от них взгляд.

– Зоран, – сказал Ники. – Поработай с пультом. Она ввела код.

Чолич протянул ему плоскую металлическую флягу:

– На, хлебни.

Тин взял, не глядя на старика, приложился. И крепчайший выдержанный коньяк опалил гортань. На глазах выступили слезы. Ники зажмурился и помотал головой:

– Хорош… Прочищает мозги…

Он вернул флягу. Чолич завинтил крышечку, заботливо уложил емкость во внутренний карман. После грязной работы очень тянет на выпивку. Без глотка – просто нельзя.

Мэй врачевала руку Эфиан. Уже остановила кровь. Срастить кости ей вряд ли удастся. Чолич вынул индивидуальный пакет, для оказания первой медицинской помощи, дал обезболивающее.

– Вам не выйти отсюда, – мстительно бросила Эфиан. – Во дворце, в городе, на космодроме – всюду мои люди!

Боль на время отпустила ее. И официальная представительница уже приходила в себя, даже становилась прежней.

– Посмотрим, – ответил Ники.

Он приблизился к Чоличу. Тот улыбнулся, на старом лице разбежались морщины:

– Кое–что нашел. Имеются изображения. Вот эти комбинации могут воздействовать на их корабли. А вот эти – на солдат. Возвращаемся на «Подкову»? У нас есть заложник.

– Рано. Задача не выполнена.

– Хочешь искать Устройство?.. Макбан не справились.

– Придумаем что–нибудь.

Раздробленная кисть Эфиан уже была стянута бинтом.

Второй пилот указал ей на пульт:

– Велите охране покинуть дворец.

– Как я это сделаю, левой рукой? – с издевкой спросила она.

– Вы же не хотите лишиться и ее. Контролируй, Зоран… Итак, всем подразделениям двигаться к космодрому. Покинуть Аруну. Снять блокаду системы. Вернуться на свои базы. Вы останетесь в гостях у правителя Энтойи.

Гневно сопя, Эфиан бегала пальцами левой руки по сенсорным клавишам. Координатор внимательно следил за ее действиями.

– Все, – объявила она.

Сергей подошел к подоконнику.

 – Идут к машинам. – сказал он. – Садятся. Пока все точно… Хорошо, что они беспрекословно ей подчиняются.

– Еще бы. Мекбан очень боятся вызвать ее неудовольствие.

– Остроумное решение, – одобрил Чолич.

– Мне сразу понравился ее пульт.

За окном гудели отъезжающие машины, колесные и гравитационные.

– Что еще? – язвительно спросила Эфиан. – Будут другие приказания?

– Да. Ведите нас к правителю. По дороге захватим Кьянти. Зоран, отвечаешь за пульт. Лу, будь начеку, посматривай. В крайнем случае – убьешь ее. Держи «кольт».