Колобок - Александр Петряков

— Свежо, как говорится, предание, но верится с трудом. Нет, дорогая, наша совместная жизнь закончилась, хочешь ты этого или нет.

Максим проговорил это как-то вяло и неубедительно. Он пил пиво, и в голове у него вместе с легким кайфом плыли безрадостные мысли. Все бабы, искренне думал он, — продажные твари. Взять хотя бы Светку. Ну чего ей не хватало? А эта, законная? С первым встречным. И теперь вот: прости, больше не буду. Как же. До следующего почтальона или сантехника, как в нехорошем кино.

Жена его, между тем, продолжала прорывать оборону. Ее шаловливые пальцы делали свое дело, и, в конце концов, она оседлала дружка, и примирение состоялось.

Максим сразу стал жаловаться на судьбу, безжалостных соперников по бизнесу и кредиторов и так далее. Наталья Сергеевна на этот момент была удовлетворена во всех отношениях, поэтому гладила мужа по голове и искренне ему сочувствовала.

Было восемь утра, когда зазвонил телефон. Максим высвободился из объятий жены, взял лежавший рядом со стаканом пива мобильник. Высветилось слово «Юра», и Максим дрожащими пальцами нажал кнопку. И услышал давешний мужской голос, который без лишних слов назначил встречу в лесу на тридцать втором километре Московского шоссе, за кладбищем. Через три часа. С выкупом. И трубка отключилась.

Максим тотчас же, не раздумывая, набрал номер Макарова, и тот рассказал ему, как он должен действовать. Ему надо было ехать на эту встречу, во-первых, с травматическим оружием, во-вторых, наблюдать в зеркало заднего вида синие «Жигули», где будет Макаров и еще двое сотрудников. В процессе движения черный «Форд» будет меняться с «Жигулями», чтобы преступники не подумали, что он тащит за собой «хвост». Причем чередоваться они будут через две-три идущие в ряду машины. Это на случай, если преступники поедут сзади автомобиля Максима. А так оно скорей всего и будет, потому что они поедут, убедившись, что Максим выехал в нужном направлении.

Максим быстро оделся, взял ключи и сказал жене, чтобы никому дверь не открывала. И добавил, что едет на опасное деловое свидание, и если все пройдет благополучно, жизнь у них наладится.

15

Бросив на заднее сидение кейс с пачками нарезанной в размер стодолларовой купюры бумаги (так называемыми «куклами»), Павлодаев сел в автомобиль и покатил в сторону Московского проспекта. Выехав из города, он встал на обочину, потому что синих «Жигулей» позади не высматривалось. Через пять минут на обочину, сзади него, вылез джип с настолько затемненными стеклами, что увидеть в нем кого-либо не представлялось возможным. Так, подумал Максим, это очень хорошо. Наверняка это вымогатели, которые ехали за мной. Теперь я знаю, в какой они машине. Он тотчас позвонил Макарову. Тот спросил номера, но их не было видно, потому что джип остановился довольно далеко. Через минуту черный внедорожник развернулся, сумел вписаться в движение на противоположной полосе дороги и покатил в сторону города. Странно. Что-то тут не так. Или это случайная машина или преступники подумали, что засветились, и решили поменять автомобиль. Скорее всего, второе. Так что подсказка убежала. И он сообщил об этом оперативнику.

Между тем появились «Жигули» и Максим поехал дальше. За столбиком с цифрой 32 был поворот к кладбищу, которое располагалось возле шоссе, и ухабистая за ним дорога вела к густому темному лесу. Туда и свернул Максим. Он проехал около полукилометра и остановился. Огромные темные ели вздымали свои остроконечные верхушки в сумрачное небо. Вскоре он увидел, как синие «Жигули» приткнулись у обочины шоссе. Через пару минут к кладбищу подъехал и черный «форд».

Из «Жигулей» тем временем вышел невзрачный мужик в клетчатой рубашке, открыл багажник, вынул «запаску» и стал ставить домкрат под заднее правое колесо.

Прошло минут двадцать, но ни один автомобиль так и не свернул на дорогу к лесу. И тут вдруг из-за густо растущих у дороги молодых елок выскочил высокий парень в вязаной на голове шапке, резким движением открыл дверь машины, плюхнулся на сидение рядом с Максимом, приставил к его голове пистолет и выкрикнул:

— Быстро разворачивайся и гони по шоссе! Давай, не рассусоливай, пистолет заряжен!

Павлодаев развернулся на обочине и поехал в сторону Москвы, видя в зеркало заднего вида, как «жигули» сорвались с места и ринулись следом, оставив на обочине «запаску» и домкрат.

Итак, погоня. Причем тот, кто был за рулем, страстно хотел, чтобы его догнали, и как можно скорей. Поэтому Максим, несмотря на пистолет у виска, делал все возможное, чтобы его «бумер» двигался не на максимальной скорости. И, тем не менее, «жигули» безнадежно отстали, зато черный «форд» мчался с приличной скоростью, и был виден в зеркале заднего вида на расстоянии примерно в километр.

Молодого человека, сидевшего теперь рядом с ним с пистолетом в руке, Максим, конечно же, узнал. Это был тот самый почтальон, который наставил ему рога и кого он крепко угостил клюшкой. Дикая ненависть к нему взвивалась в душе, и он, скрипя зубами, держал в руках руль и думал о том, как бы избавиться от холодящего висок дула. Пальцы у парня дрожали, и Максим, покрываясь бледностью, думал о том, что этот щенок снял оружие с предохранителя, и просто случайно, от нервов, может нажать на курок. Впереди на обочине стоял черный «мерседес», и парень ткнул дулом в лоб и прохрипел:

— Паркуйся рядом с «мерсом»!

Оставляя за собой темные полосы на асфальте, «Бумер» резко тормозя, прижался к «мерседесу», хозяин которого стоял невдалеке под деревом и застегивал ширинку.

Парень, прихватив кейс с «куклами», выпрыгнул из машины Максима еще на ходу, вскочил в «мерседес» на место водителя, и через пару секунд уже несся по шоссе. Хозяин угнанной машины, крепкий упитанный толстяк лет сорока, подбежал к машине Максима, попытался рывком открыть дверь, потом, матерясь, кулаком ударил по боковому стеклу. В это время рядом на обочине затормозил «форд», из него выскочили крепкие накачанные мужики и схватили за руки водителя угнанного «мерседеса». Они оттащили его от «бумера» и, похоже, разъяснили ситуацию, потому что толстяк безнадежно махнул рукой и уселся на корточки, обхватив голову руками.

Появились, наконец, и «Жигули», откуда вышел Макаров, что-то спокойно сказал своим подчиненным, те быстро сели в свой «форд», и через пару секунд уже ехали по шоссе в сторону Новгорода. Сам он сел рядом с Максимом и сказал:

— Вперед! Не отставай от «форда», но и не перегоняй. Это приказ, понял?

— Да, понял, — ответил Павлодаев, потирая висок, на котором краснел кружок от дула пистолета, — а может быть, вы уже и без меня тут разберетесь?