Убийство на Оксфордском канале - Фейт Мартин

груди, Реджис смотрел, как его временные коллеги распределяют обязанности. Колин Таннер молча подошел и встал рядом.

— Фрэнк, ты лучше всех знаешь ту шушеру, что вьется вокруг Флетчера, — продолжал Мэл. Едкость, с которой было сделано это замечание, заставила Таннера с интересом посмотреть на говорящего. — Возьмешь это на себя. Поболтай со своими информаторами, разузнай, нет ли каких слухов насчет Облома или этих двоих, Мейкписа и Гасконя. Если у этой братии были какие-то терки, я хочу знать.

— Ну? — тихо спросил Реджис.

Таннер не колебался.

— Грин явно уязвлена тем, что у нее отобрали дело. Она здесь, похоже, самая толковая из всех. Тут у них еще что-то творится, только я пока не понял что.

А Реджис понял. Утром, еще прежде, чем выезжать, он специально поискал информацию о тех, с кем ему предстояло работать. Надо будет рассказать сержанту о расследовании и о покойном муже Грин.

— Черный здоровяк к ней неровно дышит, но скрывает это. Хорошо скрывает — кажется, никто до сих пор не догадался. Росс ее терпеть не может. Хорошенькая блондиночка положила глаз на главного инспектора, но не удивлюсь, если у него на нее другие планы.

Реджис вздохнул. Обычная возня. Что ж, до тех пор, пока это никак не мешает ему добраться до Флетчера, — плевать на возню.

— А вам не кажется, что мы слишком поспешно приняли версию о связи его смерти с наркотиками? — спросила Хиллари, которой не понравилось, что Мэл, раздавая лакомые кусочки, обошел вниманием ее саму. — Мы ведь только еще начали стандартное расследование. А если дело получит резонанс? Мы же не хотим, чтобы пресса и всякие там прочие тыкали в нас пальцем. Может, у Облома было полно врагов. Может, они его и убили, а Флетчер ни при чем.

Фрэнк фыркнул.

— Точно, — согласился Мэл. — Вот ты этим и займись, Хил. Ты права, мы не можем утверждать, что все дело в наркотиках или что тут замешан Флетчер. Разберись. Проверь его семью, личную жизнь, ищи обычные мотивы — деньги, любовь, ненависть, месть, ну, все такое. Ты нам очень поможешь, — добавил он и отвел взгляд.

Оба они понимали, что Мэл просто отодвинул ее в сторону.

Фрэнк широко улыбнулся из-за стола.

Хиллари скрипнула зубами и промолчала.

Мэл увел представителей наркоконтроля к себе в офис. Джанин подобралась поближе, но, встретив взгляд Хиллари, казалось, утратила уверенность.

— Босс, я подумала… может, вы мне скажете, с чего начинать. Ну, отслеживать лодки.

— Да, конечно, — согласилась Хиллари и, поразмыслив, решила не цепляться к девчонке. Не буду вредничать, решила она.

Как там сказал Мэл? Ничего не упустите. Какой глубокий совет, прямо перл мудрости.

— Для начала проверь квитанции об оплате. Во-первых, плату за пристань, ее взимают каждый год. Потом лицензии — за них тоже платят ежегодно, запроси Управление водных путей. Чем больше лодка, тем дороже лицензия. Если ничего не найдешь, попробуй страховки. Страхование у нас обязательное, значит, где-то должен быть страховщик. Я бы начала с Лодочного клуба Труппа — они наверняка подскажут, какие компании специализируются на страховании лодок.

Сама Хиллари до сих пор пользовалась дядюшкиной страховкой, хотя на следующий год, конечно, платить придется самой.

— Есть еще свидетельство о безопасности судна, но от него вряд ли будет много толку, потому что его оформляют раз в четыре года, и, если Флетчер покупал подержанные лодки, сертификат на них мог еще действовать. Ах да, обязательно проверь частные лодочные клубы. Там за стоянку берут дороже, но я подозреваю, что Флетчер предпочел бы заплатить за приватность, а не торчать на общедоступных стоянках, где все время кто-нибудь ходит.

Джанин кивнула, но взгляд ее был несколько остекленевшим.

— Все поняла, босс.

Томми, который уже успел погрузиться в работу на компьютере, сочувственно улыбнулся коллеге, но Джанин было не до Томми.

Она думала о свидании с Мэлом. Если, конечно, оно будет, это свидание. Она села за стол и стала задумчиво постукивать карандашом по блокноту. Мэл ничего не отменил. Но дело пухло как на дрожжах, и работы будет много.

И все-таки свидание есть свидание.

Тут она стала думать о том, о чем обычно думают перед свиданием, вот только осложнялось все тем, что на свидание ее пригласил начальник.

Насчет ужина уговора не было, но на случай, если он поведет ее поужинать, одеться нужно будет понаряднее, чем для простого похода в кино. Да, но вдруг он придет запросто, в джинсах и водолазке, а она как дура вырядится в маленькое черное платье? А что насчет прощального поцелуя? Неудобно или сойдет?

Она тяжело вздохнула и перевела взгляд на экран. Значит, лодочные клубы. Ну что ж, клубы так клубы.

Очередной захватывающий день из жизни сержанта уголовного розыска в долине Темзы. Ну когда же, когда дойдет до настоящего дела? Она пошла в полицейские, чтоб задать жару всяким мерзким типам, но с таким же успехом могла пойти в секретарши. То-то мамочка была бы довольна.

* * *

Обозленная ничуть не меньше Джанин, лишенная даже надежды разбить монотонность дней каким-нибудь неподходящим свиданием, Хиллари взялась за свежие отчеты.

Встречались среди них стандартные отчеты об опросах, которые были бы проведены и без ее подсказки. Так, полиция вычислила место жительство матери Облома и допросила ее на дому. Отчет констебля был подробен и совершенно бесполезен. В конце стоял небольшой постскриптум: констебль в довольно виноватом тоне приписал, что, как ему показалось, миссис Питман боялась своего сына. Настроения это Хиллари не улучшило.

Питман — насильник, мерзавец, откуда ни посмотри, — был из тех типов, которые внушают страх даже собственной матери. А значит, бедная женщина ничего не расскажет и промолчит, даже если на самом деле знает, где он бывал и чем занимался. Даже умерев, сын продолжал омрачать жизнь матери.

Она вздохнула и подчеркнула ее имя, чтобы допросить женщину повторно. Но потом покачала головой. Будь она проклята, если будет переделывать за констеблем. Обойдется Мэллоу.

Хотя нет — пусть в этом деле все имели перед ней фору, она, Хиллари, все равно выжмет из своей работы все возможное. Ведь даже Фрэнк Росс получил более солидное задание, а с ним и весомый шанс вернуться с победой.

Она взяла сумку и, специально не предупредив Мэла о цели своей отлучки, вышла из офиса.

Ее ухода не заметил никто, кроме Томми.

Адресу первой приписываемой Питману жертвы изнасилования было уже почти десять лет, поэтому Хиллари ни на что особенно не надеялась.

Дом в Банбери оказался довольно славным — викторианская вилла, позднее перестроенная под многоквартирный