Возвращение домой - Игорь Анатольевич Прочерк

-Да, и я это уже вам много раз повторял, в рубке находилась другая вахта, судно должно было выйти из прыжка только через час после того, как я должен был принять дежурство. Я находился в столовой, когда корабль совершил аварийный выход из гиперпространства. Предваряя ваш следующий вопрос, начала боя я тоже не видел, кто открыл огонь первым, я не знаю.

Сколько можно, в конце концов, третий день одно и тоже, проведите, наконец ментоскопию, я согласен, даю на это разрешение и убедитесь, что я говорю правду, и только то, что помню.

С другой стороны, именно этот въедливый следователь не давал Белегу замкнуться в себе или озлобиться на весь мир. Ему даже понравилось в ответ на тот или иной вопрос следователя отвечать "это не входит в вашу компетенцию, господин следователь. Для получений сведений по этому вопросу обратитесь в службу контрразведки, ваш уровень допуска к секретным сведеньям недостаточен". Пусть маленькая месть тому, в чьей власти ты полностью находишься, но как же она грела душу, доставляя небольшие радости, видеть бессильную ярость отчего-то невзлюбившего его следователя.

В конце третьего дня, когда голова от постоянного желания спать уже совсем отказывалась работать, именно этот вредный следователь не давал сломаться капитану, он с большим удовольствием доводил всё более выходящего из себя следователя. Давая, порой весьма издевательские ответы и состязаясь в остроумии со своим мучителем. Если бы не запись под протокол, возможно дело дошло бы даже до рукоприкладства, настолько стали неконтролируемы вспышки гнева у этого, хорошо всыпавшегося, холёного сотрудника следственного отдела.

Тут в помещение вошёл явно высокий чин, следователь подскочил и вытянулся в струнку.

Судя по нашивкам — это пожаловал сам глава службы безопасности. Белегу раньше с ним сталкиваться не приходилось, но он много слышал о Феаре, этом жёстком, холодном и страшном аграфе. Одно его имя, вводило в трепет врагов семьи Селариэль. Говорят, он не гнушался преступать закон о ценности любой жизни, и на его руках есть настоящая кровь тех, кого он пытал в подвалах своей мрачной службы. Одно про него Белег знал совершенно достоверно, и это точно были не слухи. Раньше Феар был тоже разведчиком, и поэтому капитан надеялся найти понимание у своего, пусть бывшего, но коллеги.

Следователь, повинуясь команде моментально исчез из помещения, Феар присел рядом с совсем уставшим от нескольких бессонных суток, и напичканном спец препаратами капитаном. В голове Белега даже на мгновение мелькнула мысль, как можно сейчас свернуть голову этому, неосмотрительно близко приблизившемуся безопаснику. Вот только зачем это делать, куда потом бежать и полная уверенность в своей правоте не позволили Белегу так поступить.

Помолчали пару минут, наконец Феар заговорил.

— Не надо ментоскопирования, хоть вы этого не знали, у нашей службы теперь есть на вооружении ментоскопы нового поколения, они не повреждают, как это было раньше психику пси активных, в вашем случае в такой проверке слов нужды нет. Поймите, Белег, сейчас речь идёт не о вашей компетенции как капитана, это не суд чести. Так вышло, что мы имеем гораздо больше информации, чем вы нам рассказали, мы даже смогли просмотреть записи боя, который вы увидели самым краешком глаза, ваше судно уничтожило более 20 кораблей противника, нас интересует — кто первый выстрелил, вот в чём основной вопрос.

-Ну откуда я могу это знать, — взмолился Белег, — говорю же, меня не было в рубке.

-Хорошо, — не сдался Феар, — попробую задать вопрос по-другому, анализ вашего ПСИ показывает, что у вас высокий для нашего народа уровень В-4. Скажите, как вам подсказывает собственный внутренний голос и интуиция, кто первым нанёс удар?

Белег устало хмыкнул, — А тут и думать нечего, есть стандартные алгоритмы, намертво прописанные в каждом Искине, стоящем на военном корабле. Когда Пустотного Стражника выбросило из гиперпространства, Искин посчитал, что на него было совершено нападение. Как только он сумел захватить цель — сразу же самостоятельно начал атаку. К тому же то, что я увидел, пусть всего несколько секунд, из самого боя, у нашего противника были весьма устаревшие суда, максимум третьего поколения, таких уже на наших верфях две тысячи лет как не выпускают и тут же испуганно замолк. Это же те самые, которые ушли две тысячи лет назад, вот где они оказывается были всё это время.

Похоже, та же самая мысль одновременно пришла в голову и Феару.

Феар удовлетворённо кивнул и сказал, — Спасибо за сотрудничество, со своей стороны желаю сообщить, что мы компенсируем доставленное вам беспокойство. О семьях вашей команды не беспокойтесь, вы правильно сделали, что застраховали экспедицию, существующей страховой суммы окажется вполне достаточно для выплаты всех положенных компенсаций родственникам погибших. Ваши товарищи знали, куда шли, когда заключали контракт и понимали всю опасность этой профессии.

Ближайшие пару дней для вас лучше провести полный курс лечения в реаниматоре, с вами поработают наши лучшие психологи. Поверьте, для вашего же блага некоторые вещи лучше забыть и никогда не вспоминать. Разрешите откланяться.

— Да, напоследок, — Феар обернулся, когда уже почти вышел из кабинета, — думаю эта информация окажется вам полезной, в немалой степени благодаря вам доставлена хорошая порция дезинформации в семью Элдариэль. Последний следователь, который так на вас напирал, является внедрённым агентом, мы уже давно держали его под колпаком, после того, как он передаст всю информацию о допросе — будем его брать. Участи этого аграфа я не завидую.

Лёгкий холодок прокатился по помещению. Слишком уж у Феара в это момент лицо было соответствующее. Кажется, ему доставляет удовольствие поймать в свои сети ещё одного противника великой семьи Селариэль. О том, что будет с разоблачённым агентом дальше, спрашивать не принято, официально провозглашалось, что любая жизнь имеет высшую ценность и никто не может её отбирать у разумного. Неофициально, если вам так интересно знать, обратитесь сами в службу безопасности и спросите.

Да уж, подумал Белег, я тут третий день без сна мучаюсь, а контрразведка играет в свои непонятные игры.

Вспомнив вопросы следователя и свои ответы быстро убедился, что не за что упрекнуть его во время допроса, разглашения секретных данных не было. Хотя следователь частенько пытался вывести беседу на посторонние, не относящиеся к основной теме вопросы.

В голову пришла усталая мысль, а я молодец,