Линия Жизни - Ирина Семина

— Забить на все и лечь спать, — задушевно посоветовала Эльфика. — Я тебе на ночь сказочку расскажу, а ночью твое подсознание будет под впечатлением и станет активно искать пути ее воплощения в жизнь.

— Да, уже совсем поздно, — спохватилась я. — Давай-ка действительно — на покой. Сказочка за тобой, имей в виду!

Этим вечером я засыпала под следующую историю…

Сказка девятая

ЗАБЕЙ НА ВСЕ!

ак-то раз Степанову все достало. Достало прямо до печенок — аж во рту горько. Оглянулась она вокруг — кругом одни заморочки. Муж вечно перед телевизором сидит, пультом щелкает, а розетки починить не допросишься, так и висят «на соплях». Мама только и делает, что критикует: то борщ пересолен, то полы плохо вымыты, то внимания ей мало уделяют. Сынишка учиться не хочет, одни двойки в дневнике, да еще и врет на каждом шагу, и от компьютера не оторвешь. На работе тоже не сахар: круг обязанностей все шире, а денежный ручеек все уже, и пойди вякни — сразу скажут: «Не нравится — увольняйся».

Чувствует Степанова: сил у нее все меньше становится, делать ничего не хочется, апатия навалилась и тоска. Ходит она, как автомат: дом — работа, работа — дом, по дороге в магазины заскочит, в выходные стирка-уборка, а там опять на работу.

И вышел у Степановой нервный срыв. Прямо на работе и случился. Чувствует — ну все, сейчас ее порвет. Выскочила она из кабинета, чтобы коллег не напугать, забилась под лестницу, где черный выход, и ну рыдать!!! Вот льет она слезы, скулит-подвывает, и так ей себя жалко! Хоть вешайся. Только вдруг дверь открывается, и кто-то строго так говорит:

— А ну, кто тут у меня порядок нарушает, пожарные выходы загромождает? Быстро выхоли на свет божий, а то тревогу подниму!

Испугалась Степанова, вылезла из-под лестницы, смотрит — а это плотник их Федотыч, душевный такой дедок и на все руки мастер.

— О! Вот тут кто сырость разводит, народ пугает! — удивился Федотыч. — А я уж думал, никак привидение у нас завелось. Давай-ка, девушка, быстро ко мне в плотницкую. У меня там умывальник есть, в порядок себя приведешь, а то всю красоту слезами смыла.

Взял он Степанову под локоток и препроводил в плотницкую. Пока она умывалась-причесывалась, чайку вскипятил, кружечку ей подсунул.

— Давай-ка, — говорит, — рассказывай по порядку: чего ревешь, в чем печаль, кто обидел?

— Да никто меня не обидел, а только достало меня все! — говорит ему Степанова. И рассказала про всех: и про мужа-лодыря, и про сына-двоечника, и про маму-критиканшу, и про работу тоже.

— Вот как же тут не завоешь? — завершила Степанова свой горестный рассказ. — Сил больше нет! Прямо вот так бы легла и умерла.

— Не, умирать тебе рановато, — покачал головой Федотыч. — Ты еще молодая бабочка и вполне цветущая.

— Да какое там «цветущая»? — махнула рукой Степанова. — Так, видимость одна. Я уж выгорела вся, не стало во мне огонька. Живу как жую, медленно и печально. Все достало!

— Это потому, что ты близко к сердцу все принимаешь, — авторитетно объяснил Федотыч. — А не надо бы! Но я знаю, чем твоему горю помочь. Есть у меня чудодейственное средство, в таких случаях на раз помогает!

— А что это? Лекарство какое-нибудь? — шмыгнула носом Степанова. — Я пила, мне не помогло.

— Нет, не лекарство. Я химию не уважаю, в ней пользы мало. А вот дам я тебе рецептик один, народный, ты его применишь — и сама увидишь, какие чудеса произойдут. По крайней мере, развеселишься.

— Ой, давайте ваш рецептик, — обрадовалась Степанова. — А то веселья в моей жизни давно не наблюдается. Так что я с удовольствием.

— Тогда слушай. Рецепт простой: ЗАБЕЙ НА ВСЕ!!!

— Что??? — оторопела Степанова. — В каком смысле???

— В самом прямом. Забей на все! Рецепт такой: взять брусочек, молоток, гвоздей с десяток-другой, можешь на бумажках написать все, что достало. И забить!!! Для каждой бумажки — отдельный гвоздик. И лупи по нему от души!!! Пригвоздишь свою беду — она от тебя, глядишь, и отвяжется. Да и как она тебя преследовать станет, если ты на нее забила?

— Ох! Ну и рецептик, — озадачилась Степановна. — Да я в жизни такого… странного метода не слышала!

— Ну, странным болезням — странные методы, — рассудительно сказал Федотыч. — А ты чего, думала, болезнь по имени «достали» каким-нибудь «досталином» лечится? Не-е-ет, не придумали еще такого лекарства. А вот мой брусочек с молоточком — действует!

— Ладно, давайте! — решилась Степанова. — Когда применять-то?

— А как достанет, так и применяй. По мере наступления приступа! — объяснил Федотыч. — Я вот тебе все в пакетик сложу, чтобы нести удобно было. Вот молоток, вот брусок, а вот и гвозди. Бумажки уж сама найдешь, думаю. Ну, с Богом!

…На работе, конечно, Степанова забивать ни на что не стала. Да и дома поначалу стеснялась. А потом чувствует — нехорошо ей, опять раздражает ее все: и муж на диване, и мама с подковырками, и сын за компьютером со стрелялками своими… «Ай, да чего я теряю?» — подумала Степановна — и достала пакет. Бумажек цветных притащила. Разложилась посреди комнаты, прицелилась и как вдарит!

Сначала у нее не очень ловко получалось, все-таки навыка нет. Да и опасалась: а вдруг она близким своим стуком помешает? Но вдруг такую злость она почувствовала — да в конце концов, сколько можно-то? Почему она обо всех заботится, а о ней никто???

А на стук вся семья высунулась.

— Ты чего это, мать? — остолбенел Степанов. — Чего стучишь-то?

— А забила на все! — охотно объяснила жена, с одного удара вколачивая очередной гвоздь.

— Э-э-э-э-э… — только и сумел выдавить муж, испаряясь из поля зрения.

Доченька, ты никак мастеришь что-то? — сунулась было мама. — Правильно, мужика-то в доме нет, предупреждала я тебя в свое время…

Мама, а я на все забила! — радостно сообщила раскрасневшаяся Степанова.

— Где моя валерьянка? — охнула мама и потрусила на кухню.

Ма-а-а-ам… А ужинать будем? — робко спросил сын.

— Не знаю! У отца спроси. А то я и на ужин забила! — беспечно ответила Степанова, прицеливаясь.

И так она увлеклась Федотычевым рецептиком, что опомнилась, только когда гвозди все истратила. Пот со лба отерла, голову подняла — глядь, а у дверей вся семья выстроилась, как на параде: мама с поварешкой, муж с отверткой и сын с тетрадкой. Стоят, смотрят, да преданно так.

— Солнышко, а я розетки починил, — искательно доложил муж. — Давно собирался, да вот руки дошли наконец!

— А я математику сделал. И географию повторил, — обрадовал сын.

— Ужин готов, ты ручки мой, и к столу, — заворковала мама. — Уработалась, покушай, отдохни.

«Ну, чудеса! — изумилась Степанова. — Вот не соврал Федотыч, и впрямь волшебный рецептик-то! Надо завтра на работу взять. Уж я там на все забью!!! И на квартальный отчет! И на зарплату! И на начальство! С трех ударов!!!»

Только на работе брусочек и доставать не пришлось. Только Степанова в двери — а ее сразу к начальнику вызывают. И говорит он ей всякие приятные слова, из которых выхолит, что следует ей премия по итогам и повышение в должности с весомым прибавлением к окладу. Тут Степанова вдруг осознала, что со вчерашнего дня никакого упадка сил у нее не наблюдается, а один только подъем.

Положительные перемены в ней коллеги быстро заметили. Стали спрашивать, выяснять, что такое случилось. Может, витамины какие пила, а может, иглоукалывание? Ну, Степанова зажимать чудодейственный рецептик не стала, брусочек показала и всех забивать научила. И теперь у них в отделе все такие бодрые да равновесные холят. А когда кто-нибудь ныть да жаловаться начинает, все ему хором говорят: «Забей на все!» И ведь помогает!

Видимо, мое подсознание сказочку усвоило на 100 %. Потому что утром я проснулась в отличном расположении духа и заряженная энергией под самую завязку. «Наверное, всю ночь гвозди забивала», — хихикнула я и помчалась в ванную — под контрастный душ. Осенью на душе и не пахло, и я подумала, что это следует записать в мой Блокнот как явный знак освобождения запертых энергий.

— Эльфи! Я знаю, каким он будет, мой сотый день! — объявила я, энергично втирая в кожу увлажняющий крем. — Я готова записать это в Блокнот!

— И каким же? — поинтересовалась Эль, возникая в моем волшебно-ориентированном воображении.

— В это день, где бы я ни находилась, я буду петь, танцевать, слагать стихи и благодарить Вселенную за ее дары и за то, что заблудилась и попала в Осень. Ведь если бы этого не случилось, не было бы повода двигаться вперед и искать новые краски жизни! А так — я заново вспомнила, что все, что ни делается, к лучшему! Все, что нам послано, — для нашего же блага. И в этот день я буду БЛАГОДАРИТЬ! Дарить много-много блага, понимаешь? Всему миру!