Война с кентаврами - Юрий Иванович

– Дима!.. Димочка!..

И тот тоже шагнул вперед на непослушных ногах, отбрасывая белый шарф, и одними только губами выговаривая:

– Мама!..

И в следующий момент женщина повисла на груди сына, который был на голову выше нее.

Император Гривин Эзенберро демонстративно помассировал грудь, словно усмиряя ревность; затем покачал головой; и напоследок, не хуже своей супруги, изобразил мимическую картинку для улыбающегося отца:

«Ну и что ты, старый олух, вытворяешь? А вдруг у Насти молока не станет?»

Глава одиннадцатая

Первые знакомства

Плохое настроение, в котором Александра пребывала последние двенадцать часов, постепенно перешло в обеспокоенность. Ведь все сроки вышли, а неожиданно исчезнувший прямо из своей центральной рубки управления Крафа так и не появился. И к концу суток неведения паника распространилась по всему огромному дворцу. Хотя на всех остальных обитателей невольной гостье этого места было наплевать. Ведь ладно бы только Трибун не возвратился, но перед самым исчезновением он успел сказать по внутренней связи специально для графини Светозаровой:

– Возрадуйся, женщина! Твой муженек решил подобраться ко мне совсем с иной стороны, но в любом случае скоро и он у нас погостит.

И вот, прошли сутки, а никто в гости так и не заявился. Да и сам хозяин дворца, обещавший графине скорое свидание с мужем и возвращение домой, не спешил объявиться и толком объясниться.

Естественно, хорошо зная характер мужа и будучи уверена в его крайней агрессивности к своему похитителю, Александра понимала, что все происходящее взаимосвязано. Дмитрий наверняка попытался атаковать Гегемона, тот не просто сопротивлялся, а сам решил насильно затащить графа в гости, и при наложении таких сил могло произойти все, что угодно. Вплоть до уничтожения одного из соперников. И кто же победил? Раз Крафа не вернулся – значит, победил любимый супруг.

Но где происходило сражение? Наверняка где-то в ином мире, куда Крафа попросту заглянул перед своим исчезновением. И понятно, что сюда дорогу Дмитрий так и не узнал, иначе был бы уже здесь. Но если Крафа погиб, то уже ничего и не подскажет. Или не погиб? Или его удалось захватить в новую ловушку, которую успел довести до ума Тител Брайс со своей командой Арчивьелов? Если так, то сколько времени продлятся попытки разговорить Крафу? А вернее, насколько быстро сумеет Дмитрий поверить, что узурпатор сорока шести миров в принципе никакое не чудовище, не кровожадный монстр, не тиран и сатрап, режущий детей на завтрак и закусывающий девственницами на ужин?

Трудно сказать.

Да и вообще, переоценка подобных отношений происходит со страшным скрипом.

Как трудно было и самой Александре после пленения понять, что с ней происходит и куда она попала. Первые минуты плена оказались самыми сложными.

Да и понятна была ее растерянность. Вот только что была вся в ярости погони над раскаленными песками мира Огненной Патоки, только что пыталась уничтожить самого мерзкого и опасного врага, только что разочарование после его исчезновения достигло апогея, и вдруг… полная тишина и невозможность двигаться.

Это уже позже она узнала, что во время переноса Крафа умеет и разоружить человека, и усыпить. Но кто ее похитил и по какой причине – изначально не было никаких сомнений. На такой подлый поступок был способен только один человек.

Вот и получилось: только что летела над пустыней, сжимая свое скорострельное убийственное оружие, и вдруг – полная недвижимость. И за спиной не подвывающий от перегрузки ускоритель, а вполне обычное, упругое кроватное покрытие. На обнаженном теле – только легкая простыня. На поднесенных к глазам руках – ни пылинки, ни капельки грязи. А вот ноготь, обломанный при последней телепортации в узкой и неудобной капсуле, – в наличии. Заусеница так и осталась, раздражает. Что значило только одно: без сознания или во сне она пробыла совсем недолго, максимум несколько часов.

К тому же эти выводы подтвердил женский голос, раздавшийся со стороны изголовья:

– Привет! Ты спала всего один час. – И в поле зрения появилась девушка лет семнадцати, а то и меньше. Шатенка, кожа загорелая, явно на морском побережье отдыхала или отдыхает. В легком фривольном платьице, которое только и прикрывало попку да задорно торчащую грудь. Сандалии на босу ногу и распущенные волосы до плеч. Ни единого колечка или прочего украшения, зато тон уверенный и естественный. – И твоему здоровью ничего не угрожает.

Причем от грозного взгляда пленницы девушка даже не поежилась, а продолжала щебетать так, словно была лучшей и давней подругой:

– Расслабься и постарайся не переживать ни о чем. Ты здесь почетная гостья, любое желание которой будет выполнено незамедлительно. У нас скоро обед, но ты успеешь выбрать себе одежду и даже осмотреть западное крыло здания. Или внутренний сад, если пожелаешь. Всегда есть альтернатива на твое усмотрение. Ах да, забыла представиться: меня зовут Марианна, и я очень рада, что мне повезло с тобой общаться и стать твоим гидом. Правда, тут вскоре одна несносная пигалица нарисуется, но ты не слишком с ней любезничай. Потому что она так умеет в душу влезть, что потом некоторые плачут, с ней расставаясь от… счастья!

Засмеялась и бросилась к зеркальной стене спальни, которая оказалась раздвижными дверьми огромного, на всю стену шкафа. Схватила несколько платьев веселых летних расцветок и, прикладывая к себе, стала интересоваться:

– Ну? Какое тебе больше нравится? Или тебе больше по вкусу шорты и майка? Тогда выбирай вон в той части… Эй! Ты так и будешь лежать? И обедать будешь в постели? Не высыпаешься в последнее время из-за слишком активного мужа? Или иные интимные причины?

Несколько ошарашенная таким напором, Александра никак не могла решить, как себя вести. То ли ополчиться на весь мир, стать букой, замкнуться в себе и перейти к крайней жестокости, то ли принять предложенную линию поведения, держать себя легко и непринужденно и хорошо осмотреться. В первом случае следовало все равно вначале одеться, потом взять в заложницы эту девчушку или кого посолидней. Еще лучше самого узурпатора скрутить, взяв на болевой прием. А уже потом требовать немедленной отправки домой.

«Хотя нет, девчушка ни при чем… А вот одеться надо…»

Но только успела это подумать и, нерешительно откинув простыню, усесться на кровати, как в спальню ворвалась еще одна девушка. На год или два младше первой. Короткие светлые волосы торчат во все стороны, глаза горят непонятно отчего, щеки раскрасневшиеся, дыхание учащенное. Одета в обтягивающие трикотажные шортики и в маечку-топик, которую скорей можно назвать неким подобием фривольного бюстгальтера. На ногах что-то похожее на кеды.

Притормозила она только возле самой кровати и воскликнула:

– Ух! Какие классные у тебя сиськи! – и даже руку к ним протянула, словно хотела пощупать: – Искусственные или натуральные?

Шура непроизвольно прикрылась простыней, не зная, как и отреагировать на такую наглость. А та, словно тут же забыв о своем вопросе, уселась рядом и попыталась обнять пленницу за плечи:

– Давай подружимся, и я тебе покажу в нашем саду пространственный кокон. Это такая уникальная вещь, я тебе скажу! Просто чудо!

Молчащая Марианна с ухмылкой наблюдала за сценой знакомства, словно желала посмотреть, как все дальше получится. Поэтому графиня Светозарова постаралась поставить беспардонную девицу на место. Сбросила с плеча ее руку и отодвинулась:

– А если не подружимся, то не покажешь?

– Конечно, нет! – раскрыла девушка глаза от изумления. – Как можно? Это же огромный секрет, и даже говорить о нем нельзя никому, кроме самых доверенных людей или самых проверенных друзей.

– Почему же ты мне о нем сказала, когда мы с тобой даже не знакомы?

– А чтоб ты быстрей со мной познакомилась и подружилась. Меня зовут Ксюша, мне уже шестнадцать завтра исполняется. Так что ты уже в списках приглашенных на мой день рождения. Про тебя я знаю, ты Саша, жена Дмитрия. И даже знаю, что ты беременна и у тебя будет сын. Так что мы уже очень знакомы!

И она полезла целоваться. Пришлось подставить ей щеку, после чего вскакивать на ноги и мчаться к хохочущей Марианне. Мгновение, и вот уже первое понравившееся платье накинуто на тело. Разве что чуть коротковатое оказалось да слегка жало в плечах.

Но Ксения уже стояла рядом и продолжала сыпать вопросами:

– Почему у тебя такая стройная фигурка? Занимаешься спортом? И поэтому носишь платья без нижнего белья? – Казалось бы, что общего, между спортом и отсутствием трусиков? Но тут же скорбная жалоба: – А мне вот не разрешают…

Более старшая девушка наконец-то не выдержала:

– Ксюха, как ты себя ведешь? Не хватало, чтобы графиня приняла тебя за глупую и невоспитанную пастушку гусей. И почему ты не на занятиях?