Идеальная жизнь - Даниэла Стил

– Пока не знаю. Давайте поговорим об этом, когда вы приедете. У меня через час встреча с представителем комитета здравоохранения.

Он только что вернулся от матери Эбби, которой сообщил о смерти дочери. Это был кошмарный день для всей школы, но тяжелее всего пришлось бедняжке Салиме.

– Я постараюсь приехать как можно быстрее.

Блейз повторила ему то, что недавно сказала Салиме, после чего вышла за дверь. В коридоре ей повстречался Марк. Блейз сообщила ему, куда отправляется и почему.

– О боже! – Это было единственное, что сказал Марк. Услышанное потрясло его. – Я могу чем-то помочь?

Блейз покачала головой. Через несколько секунд она уже была в лифте. Еще минута, и она вышла на улицу. Талли ждал ее у входа в телестудию. Блейз попросила отвезти ее домой, где она забросила в дорожную сумку какую-то одежду. Затем он довез Блейз до гаража и помог положить сумку в багажник.

– Вам надо успокоиться, прежде чем вы сядете за руль, – строго произнес Талли. – Иначе вы рискуете разбиться.

– Со мной все в порядке, – ответила Блейз, что было крайне сомнительно. Через три минуты она уже выехала на дорогу, двигаясь в потоке транспорта на север, в направлении Ист-Ривер.

Блейз всю дорогу гнала машину на максимальной скорости. Она была готова к тому, что ее остановит дорожная полиция, но, к счастью, этого не случилось. В Колдуэлле Блейз была уже через два с половиной часа. Она подкатила прямо к дому дочери, где застала Салиму в безутешных рыданиях. Блейз обняла дочь и крепко прижала к себе, пытаясь успокоить. Это было единственное, что она могла для нее сделать.

Блейз не находила слов, да и сказать ей было нечего, ведь Эбби уже не вернешь. Салима плакала так горько, будто весь мир рухнул и никогда не будет прежним. Наконец Блейз удалось уложить дочь в постель. Кстати, с Салимой уже была другая женщина-воспитатель, которую Блейз несколько раз видела, но толком не знала. Когда Салима уснула, Блейз оставила дочь на ее попечение, а сама отправилась к Эрику, директору школы, в главный корпус, в котором тот жил. Когда Эрик вышел навстречу, его было не узнать. Явно, что он тоже недавно плакал.

– Мы закрываем школу. Завтра, – скупо сообщил он каким-то зловещим тоном, чем немало удивил Блейз. Та вопросительно посмотрела на него.

– Насовсем?

Эрик отрицательно покачал головой. Он явно не находил слов.

– Комитет здравоохранения рекомендует закрыть школу на два-три месяца, в зависимости от того, будут еще заболевшие или нет. Мы вынуждены отправить всех по домам. Здесь оставаться опасно. Мы все были в контакте с Эбби. Час назад мы известили родителей. Несколько человек уже забрали своих детей. Ожидаю, что сегодня вечером заберут еще нескольких. Остальные уедут утром. Наша главная задача – избежать эпидемии.

– Что же будет с детьми? – дрожащим голосом спросила Блейз.

– Мы отправим вместе с ними воспитателей. Но у меня проблема, Блейз, – произнес Эрик, не сводя с нее пристального взгляда. Он всегда был честен с ней, по крайней мере последние одиннадцать лет, и она считала его своим другом. – Нет никого, кто смог бы сопроводить Салиму. Во всяком случае, свободных женщин нет. Они все замужем, у них есть дети, они живут по соседству со школой, и в Нью-Йорк ни за что не поедут. Я уже говорил с ними.

– А как же Лара, которая сейчас с Салимой?

– У нее муж и двое детей. Она никуда не поедет. Да она никогда и не жила вместе с нашими учениками, всегда возвращалась на ночь домой.

Так вот почему Блейз редко видела ее и даже не сразу узнала. Лара не работала по выходным.

– Есть у меня одна отличная кандидатура. Но это не женщина. Мужчина. Замечательный человек.

От этих слова Блейз пришла в ужас.

– Я не могу поселить у себя мужчину. Я все время в разъездах. Как он будет одевать и раздевать Салиму перед сном? А если ей нужно будет принять ванну? Нет-нет, я никак не могу допустить такое!

– Тогда сами придумайте что-нибудь. Это все, что я вам могу предложить, – честно признался директор школы. – Он – наш лучший педагог. Я бы отправил его с Тимми Дженкинсом, но родители переводят Тимми в другую школу, в Чикаго, поближе к дому. Они уже давно планировали перевести его туда. Что значит, Саймон теперь свободен. Я спрашивал его, и он сказал, что готов переехать в Нью-Йорк.

– Нет, я не могу взять мужчину, – продолжала упираться Блейз. – Вы должны найти мне кого-нибудь другого. Мужчина мне не подходит.

Она была в отчаянии. Эрик непременно должен ей помочь.

– Это все, что у меня есть. – Директор школы с несчастными видом посмотрел на нее. – Или он, или никто. Неужели у вас самой нет на примете женщины, которая могла бы присматривать за Салимой? Горничная, экономка или кто-то в этом роде?

– У меня есть экономка. Она в дневные часы приходит помочь по хозяйству, но в квартире она не живет. Я провожу в разъездах примерно половину своего времени. Салиме придется нелегко.

– Нам всем нелегко, ведь мы вынуждены закрыть школу. Для этого каждому приходится чем-то жертвовать. Когда вы забираете Салиму? Если хотите, можете уехать сегодня вечером.

– Она сейчас спит. Мы уедем завтра утром. Кстати, когда похороны Эбби? – спросила Блейз. Она никогда не встречалась с матерью Эбби, но понимала, какой это удар для нее – вот так нежданно-негаданно потерять дочь.

– Послезавтра, – мрачно ответил Эрик. Для него это был самый черный день в истории школы.

– Тогда я ради Салимы останусь на похороны, – тихо сказала Блейз. – Она наверняка захочет проводить Эбби в последний путь. Мы переночуем в гостинице.

– Я скажу Саймону, чтобы утром он был готов, – с озабоченным видом произнес Эрик. Хлопот у него был полон рот. Нужно было отправить по домам пятьдесят учащихся вместе с воспитателями и закрыть школу.

– Могу я хотя бы взглянуть, кто он такой? – скептически поинтересовалась Блейз.

– Разумеется. Он будет в моем кабинете завтра утром, в девять часов. Думаю, они с Салимой найдут общий язык. Саймон – отличный педагог, в чем-то даже лучше Эбби, хотя ее я тоже любил. У него прекрасная подготовка и настоящий педагогический талант. Он учился в Гарварде. Имеет два магистерских диплома, педагога-дефектолога и психолога. Он у нас работает столько же, сколько и Эбби. Я доверяю ему на все сто.

– Он – мужчина, – с несчастным видом произнесла Блейз. Выйдя из директорского кабинета, она вернулась к Салиме. Та все еще спала. Лара в спальном мешке устроилась рядом на диване. Она наотрез отказалась воспользоваться спальней Эбби и сильно нервничала из-за того, что вынуждена ночевать здесь. Блейз решила, что будет спать вместе с дочерью.