Нон Лон Дон - Чайна Мьевиль

– Жаль, что нет сейчас здесь моей мамы,- прошептала Диба.

Воспоминание о доме так захватило ее, что она отвернулась от окна, забыв о прекрасных видах.

– И папы тоже. Даже этого противного брата Хасса. Вот бы тоже посмотрел.

– И мне жаль, что моих нет рядом,- грустно отозвалась Занна.

– Конечно жаль,- мягко сказал Джонс; он стоял совсем рядом и прекрасно все слышал.

На девочек вдруг нахлынуло печальное чувство тоски по родному дому. Прежде мысли о близких заслонялись обилием впечатлений. Но теперь, в минуты покоя и умиротворения, когда под ними проплывали великолепные виды, чувство это неожиданно прорвалось наружу.

– Моя мама наверняка заявила в полицию,- мрачно сказала Диба.

– А вот я бы на вашем месте не очень бы об этом беспокоился, если честно сказать,- добродушно признался Джонс.

– Что вы имеете в виду? – удивленно посмотрела на него Занна.

– Это трудно объяснить. Но предсказители все вам расскажут, потерпите немного.

Девочки возмущенно вскинули брови.

– Да нет… ей-богу, я пока не очень бы беспокоился. Диба с Занной молчали. Словно чувствуя их настроение,

Кисляй тоже хлюпал и сопел у Дибиных ног. Она нагнулась, взяла картонку на руки и, несмотря на ее кислый запах, ласково погладила ее.

– Почему пока? – переспросила Занна, глядя на него в упор.

Кондуктор Джонс отвел взгляд и принялся бормотать что-то про воздушные течения, про искусство вести автобус галсами, не сбиваясь с правильного курса.

– Нет уж, постойте! – перебила его Занна.- Вы только что сказали «пока»! Что вы не очень бы беспокоились пока! Что значит «пока»?

– Видите ли,- ворчливо ответил он,- есть такие вещи, про которые лондонцы просто не привыкли думать. Я говорю про вещи, которые бывают у нас тут. Но я бы пока, ей-богу, не очень переживал.

13

Обадэй и Скул тоже заметили, что Занна чем-то расстроена. Чтобы как-то ее развлечь, Обадэй предложил Занне почитать что-нибудь на своем пиджаке.

– Хотя, откровенно говоря,- добавил он, неуверенно рассматривая лацканы,- это далеко не шедевр. Лично я рассчитывал на большее.

От-его любезного предложения Занна отказалась, и тогда он жестом фокусника достал из сумки какие-то две плитки. С виду они были похожи на обычные кафельные, покрытые слоем цемента плитки. Модельер с вежливым поклоном протянул их девочкам. Они с сомнением посмотрели на эти странные бутерброды. Но запах от них шел такой соблазнительный, а у подруг так давно маковой росинки во рту не было, что они решились попробовать. И правильно сделали! По вкусу эти кафельные плитки оказались почти как хрустящие хлебцы со сливочным сыром.

Теперь они пролетали над широкой и полноводной рекой Азмет, на которой стоял Нонлондон. Безукоризненно прямой линией она разрезала город пополам. В реку впадали многочисленные, прихотливо вьющиеся между городских улиц притоки. Множество прямых как стрелы искусственных каналов, соединяющихся с рекой, образовали густую живописную сеть.

Берега реки соединялись многочисленными мостами, и некоторые напомнили девочкам прекрасные мосты родного города. Другие же ничем не напоминали лондонские, и, более того, некоторые из них шевелились, словно живые.

– Смотрите! Смотрите! – закричала Диба.

Вдали показался мост в форме двух громадных крокодильих морд, уткнувшихся одна в другую носами.

Перекусив, девочки заметно повеселели. Диба даже замурлыкала под нос какую-то песенку. Занна тут же узнала мелодию, засмеялась и подхватила ее: под эту песенку шли первые кадры популярной телепередачи, в которых с большой высоты открывался красивый вид на Темзу.

Девочки весело распевали, глядя вниз и любуясь на водные просторы. Зато остальные пассажиры смотрели на них хмуро и озабоченно переглядывались, будто опасались, все ли у них в порядке с головой.

То и дело к автобусу подлетали какие-нибудь птицы и с любопытством заглядывали в окна, и даже (поразительно!) не только птицы, но и облака, которые вели себя как настоящие разумные существа!

– А вот и высотная рыба! – возгласил Джонс, и подружки в ужасе отпрянули от окна, увидев медленно приближающуюся рыбину, тело которой напоминало огромный складной нож. Рот у нее был полон острых зубов, а сверху торчал акулий спинной плавник. Рыбина, плавно извиваясь и негромко рокоча, заскользила рядом с автобусом. От обычной океанской акулы она отличалась только тем, что вместо плавников по бокам у этой красавицы плавно колыхались драконьи крылья.

Джонс высунулся в окно и застучал кулаком по корпусу автобуса.

– А ну проваливай, мешок с отбросами! – крикнул он, и зубастое животное испуганно метнулось прочь.

– Смотрите, а там что? – вдруг воскликнула Занна. Вдали, прямо по курсу показалось невероятных размеров

колесо. Нижняя часть его скрывалась под водой, а верхняя поднималась на сотни метров в высоту, как раз почта на такую, на которой летел автобус.

– Нонлондон-один,- пояснил Джонс- Именно эта штука вдохновила лондонцев на создание большого колеса обозрения в Лондоне. Я видел фотографии. Знаете, идеи могут переходить отсюда туда, и наоборот. Возьмем хоть бы моду. Ваши лондонцы частенько подражают нашей, нонлондонской моде, но почему-то лучшие наши модели используют у себя в качестве униформы. А что касается Нонлондона-первого… Тут или какой-нибудь ихний навнавт пробрался сюда к нам, и оно ему очень понравилось, или, скорее всего, сама идея перенеслась кому-нибудь из ваших в голову. Я одного только не понимаю: зачем вам понадобилась эта дурацкая вертушка? Чтобы людей крутить, и все, что ли? Нонлондон-первый, по крайней мере, пользу приносит. Река вращает генераторы, генераторы вырабатывают ток. Полезная штука!

И действительно, вместо кабинок по всему диаметру колеса были прикреплены лопатки. Быстрое течение Азмета увл е-като их за собой, и тем самым колесо вращалось.

Прямо над вращающимся колесом висело солнечное кольцо, как бы вторя ему и создавая тем самым удивительное по красоте зрелище.

– Люди говорят,- сказал Джонс,- что серединка от нашего нонсолнца и есть то солнце, которое светит у вас там, над Лондоном. Так что ваше светило, которое дает вам дневной свет,- это часть нашего.

Занна на глазок прию-шула размер – и действительно, диаметр дырки показался ей весьма близким, если не равным, диаметру солнца, к которому они привыкли.

– Каждое утро оно у нас восходит в новом месте,- с гордостью сказал Джонс.

Итак, нонсолнце сияло, и в воздухе в его лучах купались тысячи странных существ, населяющих воздушное пространство над Нонлондоном.