Порог между мирами - Филип Дик

– Беги! – вопила голова. Тело неуклюже брело к выходу. – У нас все получится! – подгонял один из братьев другого, в котором еще теплилась жизнь.

Четвероногое существо сбило с ног застигнутых врасплох добровольцев у двери, возникла куча-мала и похоронила под собой пытавшихся подняться мутантов.

Едва Джорджу-Уолту удалось встать, как к ним метнулся Джим Брискин и схватил за одну из рук.

Рука отвалилась.

Он все еще держал ее, когда Джордж-Уолт поднялись на четыре ноги и двинулись в глубь коридора.

– Искусственная, – пробормотал Брискин, протягивая оторванную конечность Солу.

– Да, – бесстрастным голосом согласился Сол. Отшвырнув руку, он бросился вслед за Джорджем-Уолтом. К нему присоединился Джим, и они вместе погнались за мутантами по устланному коврами коридору. Трехрукое существо бежало с трудом, два тела то расходились, то сталкивались. В конце концов братья упали. Сол Хайм схватил правое туловище за пояс.

Все тело распалось – руки, ноги и торс, но не голова. Второму телу каким-то невероятным образом удалось встать и вновь пуститься в бегство, отчаянно работая руками и ногами.

Джордж-Уолт вовсе не был мутантом. Он оказался самым обычным человеком. Брискин и Сол с изумлением смотрели ему вслед.

– Идем отсюда, – наконец сказал Джим.

– Согласен, – кивнул Сол и повернулся к ворвавшимся в коридор добровольцам.

Тито Кравелли тоже вышел из кабинета, все еще держа в руке лазер, и увидел оторванное однорукое тело, составлявшее половину мутанта. Постепенно до него дошло, что вторая часть только что скрылась за углом коридора.

– Теперь мы уже никогда их не поймаем, – сказал Тито.

– Вернее, его, – язвительно заметил Сол. – Интересно, кого – Джорджа или Уолта? И зачем ему это было нужно? Не понимаю.

– Видимо, один из них давно умер, – проговорил Кравелли.

Сол и Джим удивленно посмотрели на детектива.

– Естественно, – спокойно продолжал Тито. – То, что случилось сейчас, наверняка уже произошло раньше. Да, они были мутантами, соединенными с рождения. Но потом один из них погиб, а для второго сделали синтетический заменитель. Иначе он не мог бы выжить, поскольку мозг… – Он не договорил. – Вы сами видели, что сейчас творилось с выжившим – он страшно страдал. Представьте себе, как это должно было выглядеть в первый раз, когда…

– Но он выжил, – заметил Сол.

– Ему повезло, – без тени иронии сказал Тито. – Честно говоря, я рад, поскольку он это заслужил.

Присев, он начал осматривать тело.

– Мне кажется, это Джордж. Надеюсь, его снова приведут в порядок со временем. – Он поднялся. – Едем наверх, на посадочную площадку. Хочу наконец отсюда выбраться. А потом с удовольствием выпью стакан теплого обезжиренного молока. Большой стакан.

Все трое вместе с толпившимися позади добровольцами направились к лифту. Никто их не останавливал. Коридор был пуст. Они не заметили даже изображений расхваливающих себя девушек.

В Чикаго Патриция встретила их словами:

– Ну, слава богу, вернулись! – вздохнула и обняла мужа, а он крепко прижал ее к себе. – Что случилось? Мне казалось, вас не было целую вечность, хотя на самом деле прошло не больше часа.

– Потом расскажу, – коротко ответил Сол. – Сейчас я хотел бы отдохнуть.

– Может быть, я больше не буду выступать за закрытие «Золотых врат», – неожиданно сказал Джим.

– Что? – изумленно переспросил Сол.

– Возможно, я вел себя слишком жестко, слишком по-пуритански. Я бы предпочел не лишать его средств к существованию. Мне кажется, он их честно заработал.

Он словно впал в оцепенение, не в силах по-настоящему думать на эту тему. Однако вовсе не вид Джорджа-Уолта, распадающегося на два существа, искусственное и настоящее, поразил Джима и заставил его изменить мнение. Виной тому было признание Лэртона Сэндса, говорившего о множестве искалеченных гибов.

Брискин отчаянно пытался найти хоть какой-то выход. Естественно, если жертвам Сэндса и предстояло когда-либо пробудиться, то лишь в последнюю очередь. Возможно, до этого времени удалось бы найти недостающие органы в банке ООН. Но была и другая возможность, пришедшая ему в голову как раз во время визита на спутник. Совместное существование Джорджа-Уолта подтверждало работоспособность полностью механических органов. Именно в этом Джим Брискин видел решение. Стоило попытаться заключить договор с Джорджем-Уолтом. Его – или их – оставили бы в покое, если бы они сообщили, где были изготовлены крайне сложные и успешно работавшие искусственные части их организма. Вероятно, в одной из западногерманских фирм, тамошние концерны проводили весьма продвинутые эксперименты подобного рода. Но их могли изготовить и инженеры, имевшие контракт лишь с самим спутником и работавшие там постоянно. В любом случае четыреста жизней стоили любых усилий, направленных на их спасение. Нужно было заключить сделку с Джорджем-Уолтом, независимо от условий с их стороны.

– Пойдем выпьем чего-нибудь горячего, – сказала Пэт. – Я продрогла до костей. – Она направилась с ключом в руке ко входу в штаб-квартиру Либерально-республиканской партии. – Можно сварить нетоксичного синтетического кофе.

– Почему бы не позволить спутнику умереть естественной смертью? – размышлял вслух Тито, пока они стояли вокруг кофейника, ожидая, когда он закипит. – Если начнется волна эмиграции, спутник мог бы послужить постоянно сокращающемуся рынку труда. Вы что-то упоминали на этот счет в своей речи в Чикаго.

– Ладно, – сказал Джим. – Если Джордж-Уолт оставят меня в покое, я тоже не стану их трогать. Но если они выступят против меня или не согласятся на договоренность насчет производства органов, тогда я предприму соответствующие меры по ликвидации «Золотых врат». В любом случае благополучие тех четырехсот гибов важнее всего.

– Кофе готов, – сообщила Пэт.

– Неплохо, – одобрительно сказал Сол, отхлебнув.

– Да, – согласился Джим.

Чашка горячего нетоксичного синтетического кофе (только цветные из низших слоев общества пили настоящий) была именно тем, в чем он сейчас нуждался. Он сразу почувствовал себя лучше.

Несмотря на позднее время, Майра Сэндс решила позвонить Арту и Рэчел Чаффи. Она приняла определенное решение, и настала пора им об этом сообщить.

– Прошу прощения, что звоню так поздно, – сказала Майра, когда на экране появилось лицо Арта.

– Ничего страшного, – сонно ответил Арт, они явно уже легли спать. – Слушаю?

– Думаю, вам следует иметь ребенка, – сказала Майра.

– Вы в самом деле так считаете? Но…

– Если бы вы слушали выступление Джима Брискина, то знали бы почему. Вскоре возникнет потребность в новых семьях. Все изменилось. Советую тебе и твоей жене подать в «ЗР» заявление на эмиграцию. Возможно, вы станете одними из первых, вы этого заслуживаете.