Порог между мирами - Филип Дик

– Давай я полечу вместо тебя, – предложил Сол Хайм.

– Спасибо.

Это было весьма любезно со стороны Сола, но Джим хотел отблагодарить Кравелли – как-никак детектив спас ему жизнь. Он должен был удостовериться, что Тито живым и здоровым покинет «Золотые врата».

– В лучшем случае могу тебе предложить меня сопровождать, – иронически заметил он.

– Хорошо, я полечу с тобой, – сказал Сол и повернулся к Пэт: – Но ты оставайся. Если нам удастся вернуться, мы сразу появимся – или не появимся вообще. Идем, Джим.

Он двинулся к челноку с добровольцами.

– Будь осторожен, – сказала Пэт Брискину.

– Как тебе понравилось мое выступление? – спросил он.

– Я была в ванной, до меня доходили лишь фрагменты, но, думаю, ты сделал великое дело. Сол слышал все и считает так же. Теперь он знает, что совершил ошибку. Ему следовало оставаться с тобой.

– Жаль, что он раньше об этом не подумал, – заметил Джим.

– Может, еще скажешь что-нибудь вроде «лучше поздно, чем…»?

– Ладно, – ответил Джим. – Лучше поздно, чем никогда.

Повернувшись, он двинулся следом за Солом Хаймом к челноку.

То, что он сказал, было неправдой. Чересчур многое успело произойти, и было уже действительно слишком поздно. Брискин и Сол порвали друг с другом навеки, и оба об этом знали… или, скорее, оба этого боялись. Они инстинктивно искали новый путь к сближению, но не представляли себе, как это сделать.

Когда челнок взлетел, Сол Хайм, наклонившись к Джиму, сказал:

– Ты многого добился с тех пор, как мы виделись в последний раз. Хочу тебя поздравить. Я не шучу.

– Спасибо, – коротко ответил Брискин.

– Но ты никогда не простишь меня за то, что я подал в отставку? Что ж, я не могу тебя ни в чем винить. – Сол замолчал.

– У тебя был шанс стать госсекретарем, – сказал Джим.

Сол кивнул.

– Так порой бывает. В любом случае, я уверен, что ты победишь, Джим. Твоя речь – настоящий шедевр. Обещание всего и всем. Миллион золотых цыплят в миллионе золотых горшков. Не сомневаюсь, ты будешь прекрасным президентом, гордостью всего народа. – Он тепло улыбнулся. – Или тебя тошнит от моих слов?

Спутник висел прямо под ними. В центре посадочной площадки мигающий розовый сосок указывал на нужное парковочное место.

– Удивительно, как Джордж-Уолт, соединенные у основания черепа, могут передвигаться, – сказал Джим. – Наверное, они чертовски неуклюжи.

– К чему ты клонишь? – раздраженно спросил Сол.

– Ни к чему особенному, – ответил Брискин. – Но вообще-то один из них давно должен был пожертвовать другим ради собственного удобства.

– Ты их когда-нибудь видел?

– Нет.

Брискин впервые в жизни оказался на спутнике.

– Они привязаны друг к другу, – сказал Сол Хайм.

Челнок начал приближаться к месту посадки. Вращение спутника обеспечивало постоянное магнитное поле, достаточное для того, чтобы удерживать небольшие объекты.

«Вот тут мы и совершили ошибку, – подумал Брискин. – Нельзя было позволить этому спутнику стать таким притягательным. – Шутка получилась не слишком умной, но на большее Джима сейчас не хватало. – Не исключено, что Пэт была права, – пришло ему в голову. – Возможно, мы с Солом отсюда не выберемся». Подобная перспектива его отнюдь не прельщала – «Золотые врата» не были тем местом, где ему хотелось бы остаться навеки. «Что за ирония судьбы, благодаря которой мой первый визит совершается в таких обстоятельствах!» – мысленно усмехнулся он.

Двери челнока открылись.

– Приехали, – сообщил Сол Хайм, вскакивая на ноги. – Идем.

Вместе с группой добровольцев он направился к ближайшему выходу. Мгновение спустя к ним присоединился Джим Брискин.

Темноволосая обнаженная стюардесса улыбнулась, показав белые зубы.

– Билеты, пожалуйста.

– Мы все тут в первый раз, – сказал Сол Хайм, доставая бумажник. – Заплатим наличными.

– Хотите посетить каких-нибудь конкретных девушек? – спросила стюардесса, пробивая сумму на кассе.

– Девушку по имени Спарки Риверс, – сказал Джим Брискин.

– Все сразу? – Стюардесса захлопала глазами, затем пожала голыми плечами. – Хорошо, господа, – вежливо сказала она. – О вкусах не спорят. Третий вход. Смотрите под ноги и не толпитесь. Номер триста девяносто пять.

Они направились в сторону указанного ею входа. За воротами номер три Джим Брискин увидел ряд сверкающих золотых дверей. Над некоторыми горели лампочки. Он понял, что в данный момент в этих номерах нет клиентов. На дверях виднелись анимированные изображения девушек, которые зазывали их, когда они по очереди проходили мимо в поисках номера 395.

– Привет!

– Здравствуй, дружок!

– Поторопись, я жду…

– Как дела?

– Туда, – сказал Сол Хайм. – Но она тебе не нужна, Джим. Я тоже знаю дорогу к кабинету мутантов.

«Могу ли я тебе доверять?» – подумал Джим Брискин.

– Хорошо, – сказал он вслух, надеясь, что сделал правильный выбор.

– Сюда, в этот лифт, – сказал Сол. – Нажми кнопку С.

Он вошел внутрь, а за ним втиснулась часть добровольцев. Больше половины из них остались в коридоре.

– Присоединяйтесь к нам как можно быстрее, – велел им Сол. Джим нажал кнопку С, и двери бесшумно закрылись.

– Как-то не по себе, – признался он Солу. – Сам не знаю почему.

– Все из-за этого места, Джим, – объяснил Сол. – Оно не в твоем стиле. Но будь ты каким-нибудь белым воротничком или прыщавым торговцем подержанными машинами, тебе бы тут понравилось. Ты бы прилетал на «Золотые врата» ежедневно, если бы только здоровье позволяло.

– Не думаю, – возразил Джим. – Чем бы я ни занимался.

Деятельность этого заведения в понимании Джима полностью противоречила его этическим и эстетическим принципам.

Двери лифта открылись.

– Приехали. Это личный кабинет Джорджа-Уолта, – объявил Сол. – Привет, Джордж-Уолт, – сказал он, выходя из лифта.

Мутанты сидели за большим столом из вишневого дерева, на специально сконструированном широком диване. Одно из тел обмякло, словно мешок. Один глаз ничего не выражал.

– Он умирает, – писклявым голосом произнесла голова. – Мне даже кажется, что он уже умер.

Здоровый глаз зловеще повернулся к Тито Кравелли, стоявшему в глубине кабинета с лазером в руках. Живое тело постучало по безвольно свисающей руке брата.

– Скажи что-нибудь! – взвизгнула голова.

Невредимый брат с большим трудом поднялся на ноги.

В то же мгновение его раненый близнец резко наклонился вперед, и здоровый с трудом удержал равновесие.

По обмякшему телу пробежала легкая дрожь – оно еще не было мертво. В глазах брата появилась надежда. Гротескно пошатываясь, тело двинулось к двери.