Боги, пиво и дурак. Том 9 (СИ) - Гернар Ник

Пестрый город, который сначала поражал воображение, теперь скорее раздражал. В расположении улиц и зданий не было никакой логики, предугадать жилой квартал или общественное место по внешним признакам было совершенно невозможно.

Наконец, мы нашли одну огромную площадь, где музыканты рвали струны каждый на свой лад, художники предлагали нарисовать портреты, а шустрые мальчики в броских красных костюмах рассыпали рекламные проспекты с призывом непременно явиться на избирательный участок и проголосовать за любимого кандидата. Но никакого Кроноса среди всей этой заводиловки не было.

Миновав даосистский храм, клуб любителей пива и ресторанчик под названием «Едальня» мы вышли к еще одной площади.

Здесь происходило что-то интересное. Огромная толпа женщин окружили расположенную на лобном месте кафедру, откуда одетая в золотое платье женщина, поблескивая бриллиантами в ушах и на тощей смуглой шее призывала к переменам и счастливой жизни, как будто кто-то был против.

А в отдалении от собравшейся толпы на деревянном ящике сидел здоровенный мужик бомжеватого вида, в бесформенной грязной рубахе и холщовых штанах. Его светлые волосы и борода напоминали старую мочалку, лицо от загара и грязи стало коричневым. По-обезьяньи притянув босую ногу к лицу, он грыз ноготь на большом пальце и усмехался каким-то своим мыслям. При этом глаза его вовсе не казались безумными или пустыми. Напротив, оборванец с таким прищуром взглянул на нас, что невольно напомнил мне Нергала.

Уставившись на бомжа, Деметра тихо выругалась.

— А вот и свёкр, — проговорила она. — Правда, на портретах он выглядел значительно чище и привлекательней. Но, похоже, время не щадит даже своего повелителя.

Я покосился на Демку и улыбнулся.

— Уверен, все совсем не так плохо. Просто ты принимаешь грим за лицо, а бутафорию — за чистую монету, — сказал я.

О, если бы я только знал тогда, как сильно мы оба ошибаемся!..

Глава 8

О том, как бежит время

Около минуты мы смотрели на Кроноса, а Кронос смотрел на нас.

А потом вдруг соскочил с ящика и ломанулся с площади прочь, звучно шлепая босыми ногами.

— Держи беглеца! — крикнул я, и мы с приятелями рванули за великим голодранцем.

— Возьмите приглашение!.. — бросился ко мне самоубийственный парень в красном костюме и с пачкой листовок в руках.

На бегу я оттолкнул его от себя, чтобы не зашибить и самому не убиться об него ненароком. Парень пошатнулся, стопка пестрых бумажек вывалилась у него из рук и разлетелась по асфальту.

— Прости, друг! — крикнул я ему, обернувшись.

И чуть не упал, запнувшись о рыжий кирпич, с какой-то радости очутившийся у меня на пути. Чиркнув каблуком по битой кирпичной крошке, я с трудом сохранил баланс.

И тут из толпы электората в мою сторону внезапно метнулась молодая полная женщина в белом платье.

— Батюшки, обворовали! Браслет гранатовый! Браслет!..

Я едва успел увернуться, мысленно проклиная и вора, и пострадавшую.

— Дорогу! — крикнул я и понесся за Кроносом огромными размашистыми шагами, оставляя далеко позади своих товарищей.

Наш беглец обернулся, ругнулся и резко изменил направление, свернув на парковку, где ровными рядами стояли машины и телеги, запряженные лошадьми.

Он зашуршал пятками, заметавшись челноком в лабиринте транспорта.

— Врешь, не уйдешь! — крикнул я и вскочил прямо на капот припаркованной машины. С нее я сиганул в телегу, напугав лошадь, потом — на крышу здоровенного черного гробовоза, и очутился буквально в шаге от Кроноса.

Я уже собирался победоносно воскликнуть и последним прыжком сбить его с ног, но в этот миг у меня вдруг закружилась голова.

Я сердито тряхнул ею, пытаясь прогнать наваждение…

И в ту же секунду очутился опять посреди площади, рядом с друзьями.

Кронос опять побежал, и я, не теряя времени на пустое удивление, метнулся за ним. Опять натолкнулся на парня с листовками, перепрыгнул мерзкий кирпич, увернулся от женщины в белом и напрямки бросился к парковке.

Но Кронос вдруг повернул в переулок. Обернувшись, он сверкнул белыми зубами в насмешливом оскале.

И в этот миг прямо перед ним из-за угла вдруг выехал парень на ишаке. Испугавшись Кроноса, зверь вдруг встал и заорал почти человеческим голосом, оттопырив мягкие губы. Хозяин ишака, не ожидавший такой подставы, кубарем скатился с его спины под ноги Кроносу…

Мне оставался всего один прыжок, чтобы достать его!

И тут моя бедная голова опять закружилась, будто я разом влил в себя бутылку вискаря.

— Вот ведь читер, — просипел я со злостью, очухиваясь на прежнем месте, неподалеку от толпы поклонников Медеи. — Эй, может, все-таки поговорим? Или так и будем бегать? — крикнул я вдогонку Кроносу. Но тот, злобно хихикая, как комедийный шут, уже несся прочь с площади новым маршрутом.

Не знаю, сколько раз мы начинали погоню. Снова и снова я догонял его, и Кронос отматывал время назад.

Теперь в первую секунду погони кто-нибудь из друзей непременно спрашивал, все ли со мной нормально и почему я такой красный, из чего я сделал вывод, что прошлое помню только я.

Но подумать об этом всерьез мне было некогда. Я чувствовал, как пылает мое лицо, как липнет рубашка к разгоряченному телу, а в груди начинает не хватать воздуха.

— А ты умаялся, как я погляжу! — хихикнул Кронос, в очередной раз перезапуская нашу беготню.

— Ты меня достал! — крикнул я ему вслед. — Я ничего плохого тебе не сделаю!..

— Ага, то-то ты женушку моего дорого сына сюда припер! — ответил мне Кронос.

Отвлекшись на разговор, он вдруг запнулся на ровном месте и выстелился на асфальте.

А я опять оказался на старте.

— Вообще-то я помоложе тебя буду, — хмыкнул я.

И, когда Кронос опять побежал со всех ног, вместо того чтобы нестись следом, отскочил в сторону к тому злополучному кирпичу, из-за которого пару раз чуть не упал, и со всей силы запустил в Кроноса.

Кирпич ударил аккурат в середину спины.

Бог вскрикнул, всплеснул руками, точно собирался взлететь — и брякнулся коленками об асфальт.

И пока он не встал, я пулей метнулся к нему и уселся сверху, прижимая могучего босяка к асфальту.

— Вот ты и попался!..

Кронос задергался подо мной, как дикий зверь. Вся эта неряшливость и расслабленность уличного нищего, как я и предполагал, были лишь внешними атрибутами. Сила титана никуда от него не делась.

— Мне нужно просто поговорить с тобой! — пытался я докричаться до Кроноса, с трудом удерживаясь сверху.

Нас тут же обступили любопытствующие. Дамы подбадривали обоих, охали, ахали — и не вмешивались в процесс.

Все внимание толпы переключилось на новое шоу боев без правил, так что выступление госпожи Медеи было сорвано.

— Насилуют, помогите! — хриплым голосом закричал Кронос.

— Зря стараешься, — просипел я, стараясь ухватить его покрепче за горло. — Никто в здравом уме не поверит в сексуальную привлекательность вонючего бомжа!

— Что ты сказал⁈ — возмутился Кронос. — Да я! Да я!..

— Даня, мы идем на помощь! — раздался крик Рыжего.

Я взглянул наверх, и увидел, как мои друзья пытаются пробиться к нам сквозь толпу.

Зрители явно не хотели допустить постороннего вмешательства, так что хватали их за одежду и за руки, бурно протестуя.

Кронос взревел. Он попытался вывернуться из моих рук и перевернулся на живот, но я крепко вцепился ему в плечи, а коленями обхватил бока, будто собирался объезжать лошадь.

— А-аааа! — заорал титан.

И поднялся с асфальта вместе со мной на спине.

Признаться, я охренел от такого поворота, но только сильней вцепился в своего непокорного мустанга.

— Эй, да погоди ты!..

— А-аааааа! А-аааааааа! — во всю глотку заорал Кронос — так, что у меня аж уши заложило от его сирены. И стартанул куда глаза глядят — прямо с моей немаленькой тушей на спине.

Твою мать, Кронос, я же соскальзываю!..