Механический рассвет - Сергей Виртекс

для восстановления домов… Что-то, что поможет им увидеть нашу сторону."

Учёные начали спорить. Один из них, невысокий мужчина с очками, покрытыми маслянистыми пятнами, сказал:

"Оборонительные технологии важнее. Без них мы просто потеряем контроль над ситуацией."

"Но, если мы не поможем людям, они вообще не будут нас поддерживать," — добавила женщина с короткими волосами, её руки были испачканы чернилами от чертежей.

Я вздохнул, чувствуя, как напряжение нарастает. Мария посмотрела на меня, её взгляд был твёрдым.

"Компромисс," — предложил я. — "Мы разделим усилия. Начнём с двух проектов: **огненных катапульт** для защиты города и **механических протезов** для помощи раненым. Это покажет, что мы заботимся и о безопасности, и о благополучии людей."

Мария кивнула, хотя в её глазах читалось сомнение.

"Хорошо," — сказала она. — "Но оборонительные технологии остаются приоритетом."

Группа согласилась, и мы начали распределять задачи. Учёные разделились: одни отправились к стеллажам за материалами, другие начали чертить схемы на больших листах бумаги. Я подошёл к одной из полок, чтобы поискать подходящие детали для протезов.

"Посмотри на это," — сказал один из учёных, доставая небольшой металлический ящик.

Я подошёл ближе. Ящик был покрыт пылью, но внутри лежал странный предмет — кристалл. Его грани переливались слабым светом, хотя в комнате не было источника, который мог бы его осветить.

"Что это?" — спросил я, осторожно беря его в руки.

В тот момент, когда мои пальцы коснулись поверхности кристалла, я почувствовал странный холод. Он был необычным — не просто физическим ощущением холода, а чем-то глубже, словно он проникал в саму душу.

"Странно," — пробормотал я, поворачивая кристалл в руках.

Внезапно он начал слабо светиться. Сначала это был едва заметный отблеск, но затем свет стал ярче, озаряя наши лица.

"Это… живое," — сказала Мария, её металлический глаз мигнул. — "Он реагирует."

"На что?" — спросил я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

"На тебя," — ответила она. — "Ты что-то сделал."

Я посмотрел на кристалл, его свет медленно угасал.

"Мы должны изучить его," — сказала Мария. — "Если это то, о чём говорилось в архивах… это может быть ключом ко всему."

"Или новой угрозой," — добавил я, чувствуя, как холод начинает отступать.

Мы замолчали, глядя на кристалл. Он казался простым объектом, но я чувствовал, что он скрывает что-то большее.

"Начнём завтра," — сказала Мария, забирая кристалл. — "Сейчас нужно закончить подготовку к проектам."

Я кивнул, но мои мысли всё ещё были заняты кристаллом. Что это за сила? И почему она реагировала именно на меня?

Ответы пока оставались загадкой, но я чувствовал, что мы только начали раскрывать её тайны.

Мы собрались у экспериментального стенда в лаборатории, где кристалл был установлен в центральной части конструкции. Стенд представлял собой массивное устройство из металла и труб, соединённых с датчиками и мерцающими лампами. Тусклый свет дизельных ламп освещал помещение, но внимание всех присутствующих было приковано к кристаллу, который тихо покоился на своём месте. Его грани отражали свет, словно издеваясь над нами своей загадочностью.

"Начнём," — сказала Мария, её металлический глаз мигнул, анализируя данные на экранах рядом со стендом.

Учёные заняли свои места, готовясь провести серию тестов. Я стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим. Воздух был напряжённым, все понимали, что этот кристалл может быть ключом к чему-то большему, но его нестабильность вызывала тревогу.

Первый тест начался с подачи энергии через систему трубок, соединённых с кристаллом. Ничего не происходило.

"Попробуем увеличить нагрузку," — сказал один из учёных, регулируя рычаги на стенде.

Кристалл внезапно засветился, его грани начали переливаться мягким синим светом.

"Это работает," — произнесла Мария, её голос был напряжённым, но в нём чувствовалось возбуждение.

Я наблюдал за процессом, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Что-то в этом кристалле казалось мне странным, почти знакомым.

Внезапно я почувствовал раздражение. Мысль о том, что бояры могли использовать этот кристалл для своих целей, вызвала во мне вспышку гнева.

"Они играли с силами, которых не понимали," — пробормотал я, сжимая кулаки.

В тот же момент кристалл резко засветился ярче, его свет стал почти ослепительным. Учёные замерли, а Мария повернулась ко мне.

"Что ты сделал?" — спросила она, её металлический глаз фиксировал каждое моё движение.

"Я… ничего," — ответил я, но затем осознал связь. — "Эмоции. Он реагирует на них."

Мария кивнула, её взгляд стал задумчивым.

"Это не просто источник энергии," — сказала она. — "Он живой. Или, по крайней мере, связан с чем-то живым."

"Продолжаем тесты," — предложил я, стараясь успокоиться.

Мы увеличили мощность ещё раз, и кристалл снова засветился, но теперь его свет был более устойчивым. На экранах появились данные: потоки энергии, которые были слишком сложными для быстрого анализа.

"Это невероятно," — сказал один из учёных. — "Он вырабатывает энергию, но её природа… она не похожа ни на что, что мы видели раньше."

Внезапно кристалл начал мигать, его свет становился хаотичным. Трубы вокруг него завибрировали, издавая громкий гул.

"Отключайте!" — крикнул я, но было уже поздно.

Кристалл внезапно погас, оставив нас в полумраке лаборатории. Все замерли, прислушиваясь к тишине.

"Что это было?" — спросил один из учёных, его голос дрожал.

"Не знаю," — ответила Мария. — "Но это только начало."

Я подошёл к кристаллу, осторожно коснувшись его поверхности. Он снова был холодным, словно ничего не произошло.

"Подождите," — сказал я, внимательно рассматривая грани.

На поверхности кристалла были выгравированы