Байки у костра - Павел Шумил

— Наконец-то. Я уж думал, ты никогда не устанешь. Ты ещё забыл сказать, что это Командор засунул Стена Фреда на зону, чтобы тот через пятьдесят лет стал драконом и возглавил десантно-уголовные отряды.

— А что, хорошая мысль! Пятьдесят лет… Стена Фреда на зону, леди Берту — на Квантор. Всё совпадает! Представляешь, как Мрак обрадуется, когда об этом узнает?

— Хватит, хватит. Наигрались. Я же просил тебя всё серьёзно изучить, а ты…

— Всё серьёзное я тебе два дня печатал. Вон, пальцы плоские стали как у древесной лягушки. Ещё пара страниц — и смогу на присосках по стенам лазать.

Гость выставил перед собой ладони. Обычные, впрочем, без видимых следов каторжного труда.

— А, не прибедняйся. Триста лет назад это была чисто женская профессия. Молоденькие девушки себе на помаду зарабатывали печатаньем на машинке, а ты два дня постучал — и скис. Так значит, ничего серьёзного добавить не можешь. Ладно, солнце уже садится. Пойдём-ка отдыхать.

— Ага, щас. Только штаны подтяну. Тут какой-то рабовладелец обещал рассказать всю правду о Пришествии.

— Ты действительно хочешь это знать? И прямо сегодня?

— А чем сегодня хуже чем завтра?

— А чем официальная версия хуже полной?

Лицо гостя стало жёстким.

— Тем, что полуправда — худший вид лжи. Не успели прогрессоры эвакуироваться с Земли-два, и буквально на следующий день навсегда пропала связь. Я не верю в такие совпадения. Я начну рассказывать свою версию, раз тебе тяжело, а ты поправляй меня.

Решение направлять прогрессоров на Землю-2 принимали без вас. Вы не сразу поняли, чем это грозит, а когда поняли — запаниковали. В соседнем континууме вот-вот возникнет цивилизация, срезавшая на повороте истории несколько веков, не прошедшая через грязь и кровь развития. Не знающая, что такое — ужас войны и геноцида. Жестокие дети, получившие с колыбели всю власть над природой, которую имеем мы, но не научившиеся чувствовать чужую боль. И унаследовавшие от нас страсть к расширению своей власти и прогрессорству. Вы решили остановить это. Вы внедрились в церковь, и, когда забрали её в свои руки, имитировали «нейтринную бурю», протолкнули через Совет решение об эвакуации прогрессоров, а потом разорвали связь с Землёй и начали откат.

— Нет, не так. Ты почти угадал, но всё было не так. Паники не было, была планомерная работа. Мы действительно восемь лет готовились к тому, чтобы убрать с Земли-2 всяких восторженных идеалистов. Нейтринную бурю мы не имитировали. Она действительно была.

— Что-то я уже давно не слышал о перерывах в нуль-связи.

— Они и сейчас случаются. Когда энергетики перегружают нуль-генераторы. Джафар был прав, это действительно слишком опасный источник энергии, от них постепенно отказываются. А в тот раз причиной был один не совсем удачный эксперимент на базе энергетиков на Ио, их потом выселили куда-то в дальний космос. А мы… сочли момент удачным для эвакуации. Вывели почти всех, остались только несколько резидентов под прикрытием — мелкие служащие в Римской канцелярии, да на местах по паре-тройке человек. И ещё с десяток — дежурными на орбитальных станциях. Мы не успели подготовить достаточно персонала, казалось, что время ещё есть. Это была ошибка, не нужно было спешить. Если бы на орбите было хотя бы полсотни подготовленных ребят. Если бы остались ещё на год, и сделали… ну, хотя бы так, как ты предположил. А вышло — и народу слишком мало, и… не все оказались теми, кто нужен. Фанатики-идеалисты. Они решили, что дочерняя цивилизация, обогнавшая нас на три эпохи — это благо. На время эвакуации все камеры были переключены на отправку, приём запрещён. Потом связь с Землей вообще прервалась, и это было уже не по сценарию. Камеры перевели в закрытую сеть, связь только в пространстве Земли-2. Умельцы смогли перенастроить в передатчики несколько орбитальных маяков, но сигнал шел очень слабый и неустойчивый.

И тут идеалисты перехватили управление нуль-камерами. Почти всеми. Не делай большие глаза, не Джафар. Тот, кто это провернул, потом погиб. Под контролем прогрессоров осталась только одна нуль-камера на поверхности, в Риме, и почти никаких сил. Прогрессоры просто потеряли контроль над церковью. Всех сил — десяток человек на не самых важных постах. И церковники начали делать то, к чему готовились последнюю пару лет — начали давить прогрессоров. А мы ни на что не могли повлиять.

У церковников были подготовленные люди, они выслеживали и уничтожали нуль-камеры. Прогрессоры под прикрытием делали всё, что могли — смягчали, пытались договориться. А церковники отлавливали прогрессоров, технику — уничтожали или увозили в Рим. Прогрессоры пытались вербовать новых агентов, но людей вычисляли раньше, чем они успевали внедриться. И не всех удалось спасти.

А потом церковники научились вычислять резидентов. Ситуация полностью вышла из-под контроля. Начался кровавый хаос. В конце концов, прогрессоры просто бежали на Сэконд. Последний захлопнул дверь нуль-Т перед носом у монахов, и через пару секунд камера перестала отзываться. Через пару месяцев мы потеряли последний контакт. Маяк перестал отзываться. А Джафар, оказывается, всё это время спал в биованне в своём бункере…

— Двадцать пять лет — и вы ничего не смогли сделать?

— Да. Известно, что Джафара искали, но не нашли. Решили, что погиб. Об остальном мы не знаем.

— Может, вы не так уж и ошибались. Замаскированный бункер, который не нашли за тысячу лет — это о чём-то говорит. И потом, совсем не обычное решение для профессионального биолога — переключить управление биованной с внутреннего компа на свой собственный… Джафар бы, скорее, потратил пять минут на программирование биованны, чем подключал комп.

— Что ты хочешь сказать?

— Что у него не было пяти минут. Что он не рискнул залечь в ванну на Базе, что было бы логично, а спрятался в бункере, о существовании которого церковники не знали. Что убить голыми руками вооружённого рыцаря, не испытывая при этом особых эмоций, а потом замутить голову прибывшим «силам правопорядка» — не совсем обычное поведение для зелёного стажёра. И погром, что он учинил на ярмарке — тоже не из нашего века, этому он научился, прожив в средневековье лет двадцать. Что он был ранен и не совсем соображал, что делает. Что он лёг в ванну не сразу после эвакуации, а гораздо позже. Вот такого Джафара я помню. Он никогда не отступал и всегда доводил дело до конца.

Хозяин дома встал, подошёл к краю веранды, долго смотрел на закат. И, наконец, сказал:

— Из всего, что ты сегодня наговорил, это может быть единственная мысль, стоящая внимания. Доказать сможешь?