Кровавые сны владык - Эльдар Сафин

Спокойно встав, он показал бандитам обрубки и спросил:

— Неужели вы убьете калеку?

Воспользовавшись мгновенным замешательством, он резким пинком опрокинул тяжелый стол, затем вскочил на его кромку и мощным ударом правой ноги отправил ближайшего врага на пол. Попытался зацепить второго, но тот ловко ушел в сторону, и тесак оказался в его руке.

В отличие от нищих, эти люди драться умели, и хуже того — умели делать это вместе.

Дайрут успел пнуть двоих и опрокинуть третьего, когда ему воткнули в бок длинный нож. Через мгновение удавка охватила шею недавнего повелителя мира, и воздуха стало очень мало.

Судорожно махая обрубками, Дайрут попытался вырваться, но его скрутили, потом перед глазами поплыли цветные пятна, а их сменила темнота.

Мартус Рамен потрогал шею убитого врага, подождал несколько мгновений, убеждаясь в том, что биения жизни нет, затем улыбнулся и негромко сказал:

— Я мечтал об этом так долго… Но за то, что ты убил Вадыя и Разужу, я подарил тебе легкую смерть.

Люди далеко не всегда знают о том, чего хотят, и более того, они чаще всего уверены в том, что мечтают об одном, получают другое, а нужно им на самом деле третье.

Лиерра сидела у окна ее собственной комнаты, расположенной в светлой и высокой мансарде, и смотрела на тихую в это время года реку Гаро.

Если бы кто-то лет десять назад сказал ей о том, что у нее будет собственный дом в большом городе, человек, называющий ее женой, и дело, которое она станет ценить почти так же, как собственную жизнь, она только улыбнулась бы перед тем, как выпотрошить шутника.

Однако теперь все обстояло именно так.

Ну, почти так.

Мартус Рамен считал ее своей женщиной и поговаривал о том, что надо попросить одного из священников провести обряд. Но Лиерра не была уверена в том, что это ей нужно или когда-либо понадобится, вообще ни в чем не была уверена.

Он ворвался в ее жизнь, как комета, и они сошлись резко и сразу.

Мартус умел обращаться с людьми, у него был нюх на интриги и ловкость в их ведении. Лиерра же знала сложные магические ритуалы, могла принудить к откровенному разговору любого, попавшего к ней в руки, и не видела разницы при этом между живыми и мертвыми — последние в ее руках болтали даже более охотно.

Ухаживания бывшего распорядителя игр ведьма восприняла поначалу как нелепую шутку. Однако вскоре поняла, что он небезразличен ей, и тут сам Мартус с его странными понятиями приостановился.

Однако выпив однажды крепкой варварской араки, они оказались в его постели — и ей не были противны его прикосновения, не было противно или безразлично и то, что произошло позже.

Мартус оказался сильным мужчиной, который чувствовал свою силу и отмеривал ее ровно столько, сколько нужно.

С тех пор они нередко просыпались вдвоем, хотя вовсе не жили вместе, как муж и жена. Мрачность ведьмы понемногу умерялась, порой она забывала о том, что ей не двадцать и не пятьдесят, а чувствовала себя совсем молодой, как много, очень много лет назад.

Она сама замечала, что сильно изменилась.

Пока Мартус выстраивал схемы, в результате которых деньги попадали в его руки мимо лап властителей Орды, а некоторые люди переселялись из шатров и домов под землю или на дно реки, Лиерра готовила ритуалы.

Теперь у нее была большая комната, в которую не проникал ни один посторонний звук, имелась кладовка с сотнями зелий и магических предметов, с большим запасом фиолетовых кристаллов и несколькими артефактами, подходящими для занятий той или иной магией.

Если она выражала желание иметь глаз горгульи или сушеный лист мандрагоры, то вскоре получала желаемое. Мартус никогда не обременял ее историями о том, с какими трудностями столкнулся он или его люди, он просто делал все, что было в его силах.

Никогда ей не было так легко.

И это — пугало.

— Госпожа?

Человек, сунувший голову в приоткрытую дверь, наверняка до этого стучался, но задумавшаяся ведьма не услышала его.

— Да, Дито?

— Монсеньор просил передать вам, что он убил Дайрута Верде.

Лиерра замерла.

О том, что хана Дайрута сместила малолетняя королева Дораса, умудрившаяся оттеснить Рыжих Псов от власти, надеть магические наручи и не сойти с ума, она знала.

Но то, что Верде так быстро обнаружится и так легко даст себя убить, оказалось для нее сюрпризом.

Несмотря на то что ведьма сама оставила его лагерь, она питала к нему чувства, схожие с теми, что испытывает мать к неблагодарному и непутевому сыну. И теперь она размышляла о том, умирал ли Дайрут ранее — между тем днем, когда с него сняли наручи, и тем, когда его получил в свои руки Мартус?

Ведь если нет, то у бывшего хана есть еще одна жизнь.

Та самая, которую обеспечила ему она, Лиерра.

Айра

Ночью к ней пробрался убийца — он точно знал, где спит девушка, и действовал быстро и четко. Прокравшись мимо нукера из личной гвардии покойного хана, он взрезал стенку шатра, задушил спящую Расуль и вонзил клинок в сердце Айры.

А потом, когда она открыла глаза и вцепилась в ворот его халата, убийца заорал — так громко, что разбудил едва ли не четверть громадного лагеря. После долгих пыток он признался, что его послал человек Абыслая, предложив много золота, и что он сам — из гильдии.

Айра встретилась с бывшими соратниками хана в новом шатре, так как в том, где в нее всадили кинжал, жить отказалась.

— О сегодняшнем нападении нельзя говорить никому, — заявил Коренмай. — Абыслай — человек знатный, влиятельный. Если люди узнают, что он против нас, они засомневаются — а правда ли мы должны править Ордой?

— Я могу убить Абыслая, — предложил Имур. — У Ритана есть свои люди в его тумене, я пошлю пару человек, которым помогут подобраться к этому шакалу поближе, а дальше все просто.

— Если Абыслая убьют, подозрение падет в первую очередь на нас, — ответил Ритан. — Надо каким-то образом переманить его на свою сторону, вот только я даже не представляю, как это сделать.

«Абыслая надо убить, — посоветовал Голос. — Он не остановится. В его жилах течет кровь ханов, и он мечтает о том, чтобы править Ордой».

— Я устала от всего этого, — заявила Айра. — Я хочу спать на высокой кровати, хочу мыться каждый день в теплой воде, хочу еду, к которой привыкла, и дорасское вино, пусть даже и разбавленное. Мы двигаемся, но очень медленно, словно больная черепаха. Как Дайруту удавалось вести армию быстро?

Имур рассмеялся, Ритан и Коренмай нахмурились.

Они были опытными воинами и командирами, но все равно не могли управляться даже с одним туменом так, как это делал хан, и каждый день ставил перед бывшими Рыжими Псами новые вопросы.