"Розарий" - Луи Бриньон

— Меня ждут в больнице. Предстоит срочная операция, — прокричал Боуд, проносясь мимо них. У него на мгновение возникли угрызения совести. Но только на мгновение. Директор музея ясно сказал, что они никому не позволяют дотрагиваться до «экспоната». Так что у него попросту не оставалось другого выхода, как изобразить недомогание. — «Чёрт, это того стоило», — радостно думал Боуд сжимая в руках заветный кусок бумаги. Он выскочил из музея и сев в ожидавшую его машину, попросил ехать в аэропорт. Часом спустя, он уже находился на борту самолёта. Прошло ещё четверть часа, когда самолёт с символикой управление Х-5 взмыл в небо и взял направление в сторону Турции.

Глава 24

Храм Святой Ирины

Оба профессора пребывали в сильнейшем раздражении. Целый день поисков и всё безрезультатно. Они осмотрели всё, что только можно было. Но так ничего и не нашли. В данный момент, обе женщины сидели в уютном кафе и попивая горячий чай строили всяческие предположения по поводу мест в храме, которые они упустили из виду. И где, поиски могли быть продолжены. В момент, когда шло горячее обсуждение этих вопросов, телефон профессора Коэл зазвенел. Она достала телефон. И почти сразу же положила его обратно в свою сумку. При этом на её лице отразилось откровенно удивление.

— Что? — Александрова вся поддалась вперёд задавая этот вопрос.

— Джеймс ждёт нас в аэропорту, — коротко ответила профессор Коэл.

— В каком аэропорту? — не поняла Александрова.

— Похоже в нашем. Он в Стамбуле!

— Странно, — пробормотала Александрова, собираясь вслед за своей подругой. Они попросили официанта вызвать такси. Через несколько минут такси подъехало и они отправились в аэропорт, обуреваемые сильным любопытством. Кто, кто…а они прекрасно знали, что Боуд ничего без причины не делает.

Они застали Боуда в здании Стамбульского аэропорта. Он сидел в ресторане и обедал. Увидев женщин, Боуд жестом пригласил их занять место за столом, а чуть позже спросил: «Не голодны ли они»?

Услышав отрицательный ответ, Боуд кивнул головой. Очень скоро он закончил с едой и попросил официанта принести ему горячий кофе. К тому времени, когда дымящая чашка с напитком появилась на столе, любопытство обеих женщин достигло своего апогея. Но Боуд не торопился начать разговор. Он с откровенным наслаждением отпил несколько глотков и только после этого поинтересовался как у них обстоят дела.

— Ты ради этого приехал? Ради этого заставил нас переться через весь город? — возмутились женщины.

— Мне же надо знать, куда мы полетим дальше, — несколько многозначительно ответил Боуд и снова повторил свой вопрос, чем привёл обеих в крайне раздражённое состояние.

— Мы ещё ничего толком не успели осмотреть, — недовольным голосом ответила профессор Кол. — И если бы ты не помешал нам, возможно мы сумели бы найти следы.

— Какие следы? — невозмутимо поинтересовался у неё Боуд.

— Что значит «какие следы»?

— Я хотел уточнить. Что именно вы ищете?

— Как что? — женщины обменялись удивлёнными взглядами. Ответила же профессор Коэл. — Мы ищем следы, которые позволят нам продолжать поиски.

— И в чём они выражены? Эти следы. Что это? Могила, надписи, может…сундук закованный в цепь?

— Этот вопрос всё ещё предстоит выяснить, — важно ответила профессор Коэл.

— А что саркофаг? Неужели там ничего не нашли?

— да какой там саркофаг? — Александрова с досады махнула рукой, — одно название. Никаких останков Константина там и в помине нет. Одни выдумки для того чтобы завлечь туристов. — Она внезапно осеклась и с подозрением уставилась на Боуда. Тот. Как ни в чём не бывало отпил ещё один глоток кофе. — откуда вы знаете, что мы осматривали саркофаг?

— Просто предположил. — невозмутимо ответил Боуд.

— Что вы ещё предположили? — сдерживая гнев поинтересовалась Александрова. Поведение Боуда выводило её из себя. Создавалось ощущение, что он попросту смеётся над ними.

— Я очень внимательно отнёсся к вашим словам по поводу Гипатии, — ответил Боуд.

— И какое отношение имеет Гипатия к нашим поискам? — встряла в разговор профессор Коэл. Она с некоторым подозрением следила за Боудом. Не без основания полагая, что он явился сюда неспроста.

— Как оказалось…самое прямое!

— Не может быть! — в один голос воскликнули обе женщины.

— Почему же не может, — Боуд засунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил какую- то бумагу. Эту бумагу он протянул профессору Коэл. Ей хватило одного взгляда чтобы с изумлением вскричать: — Но как?

Александрова едва ли не влезла к ней на колени пытаясь рассмотреть содержимое бумаги. Она была потрясена не меньше своей подруги.

Боуд сразу же изменился в лице и очень серьёзным голосом заговорил:

— Для начала вам следует понять одну, очень важную вещь. Всё, что мы ищем или находили, имеет свой смысл. Никогда нельзя пренебрегать ни с одним из найденных предметов или документов. Запомните мои слова: «Мы ещё не раз вернёмся назад, чтобы понять смысл определённой вещи или слова». Эти слова прежде всего относятся к Розарию. Не забывайте, что кроме пятидесяти бусинок, указывающих на «Пять Вселенских Соборов», у нас остаются ещё пять отдельных бусинок и одна большая. Я не сомневаюсь, что в определённый момент нам придётся столкнуться и с этими загадками. Поэтому очень важно определить общую картину поисков и те части, которые пока остаются в тени. С учётом того, что мы уже нашли можно предположить следующее: — Боуд окинул взглядом серьёзные лица обеих женщин и только убедившись в том, что они очень внимательно слушают, продолжил говорить: — скорее всего, «Пять Вселенских Соборов», лишь укажут на определённое место где и хранится тайна. Если мы найдём это место, нам наверняка придётся столкнуться с очень серьёзными проблемами. На это указывается едва ли не в каждом найденном документе. По этой причине, будьте очень и очень бдительны. Запоминайте любую мелочь в наших поисках. Всё это в конечном итоге может спасти наши жизни. И ещё…предоставьте анализ событий мне, а вы лучше занимайтесь тем, что у вас так хорошо получается. Истрией, археологией, латынью и прочим. Договорились?

Обе женщины сознавали справедливость слов Боуда. По этой причине, не стали ему возражать. Получив согласие, Боуд попросил профессор Коэл перевести ему содержимое бумаги. Профессор Коэл не стала медлить. И ей, и Александровой не терпелось узнать, что именно там написано:

— «В третьем подземелье… «вторая», «шестая» и «десятая». Продолжение пути ищи на камне среди Каппадокийцев». Всё. — профессор Коэл выглядела совершенно растерянно передавая бумагу, обратно Боуду. Тот положил её обратно, в карман пиджака и сразу же спросил:

— Что ещё за Каппа,…чёрт и не выговоришь ведь это слово.

— Каппадокийцы! — подсказала ему Александрова.

— Ну и что означает это слово? Вам известно?

— Конечно, — уверенно ответила Александрова, — но вовсе не то, что вы себя представляете Джеймс. Одним словом это название не объяснишь.

— Да по мне, хоть целой книгой, лишь бы я понял, о чём вообще идёт речь!

— Тогда слушайте. «Второй Вселенский Собор» ещё называют «Собором трёх святителей». Речь идёт о величайших отцах церкви, вселенских учителях, которые и установили все церковные законы по которым божественные события могли именоваться так, а не иначе. Они же предписывали правила поведения, устанавливали догмы и прочее. В общем, очень много было сказано и сделано ими на этом Соборе. Под «тремя святителями», — увлечённо продолжала рассказывать Александрова, — имеется в виду «Василий Великий», «Григорий Богослов» и «Иоанн Златоуст». Именно их и называли «Каппадокийцами». Если коротко, то это всё.

— Чёрт бы побрал этого Феодорита, — в сердцах вырвалось у Боуда, — неужели нельзя было хотя бы здесь сделать что- нибудь попроще. С каждым разом, всё сложней и сложней находить правильное решение. И что я должен искать «в камне, среди отцов церкви»? Это что ещё за путь такой? Даже если мы определим, кто именно из трёх святых нам нужен, как мы найдём нужный камень? Их полно везде…чёрт…

— Ну ты же нашёл этот кусочек папируса, значит и камень найдёшь, — профессор Коэл попыталась вначале ободрить Боуда, но затем осеклась и удивлённо спросила: — Кстати, как ты нашёл этот папирус?

— Он находился внутри ареометра, который изобрела Гипатия! — ответил Боуд и тут же раздражённо добавил: — Нам сейчас следует думать о другом. Осталось двадцать дней, а мы ещё и не видим конец наших поисков.

— Что ты предлагаешь? — попыталась уточнить профессор Коэл, но Боуд раздражённо ответил:

— Ничего. Прежде всего мы должны вернуться в управление. Начались активные фазы работы управления. Мне необходимо находиться там, по крайней мере, пока не завершится операция. А вы тем временем, соберите всю возможную информацию об этих… «трёх святых» не помню, как их называют. И в особенности, отмечайте места, где упоминаются камни, связанные с их деяниями, словами, письмами. Да всё что угодно под названием «камень» заносите в отдельный список. Нам предстоит провести детальный анализ. И этот анализ должен учитывать любую мелочь, иначе нам просто не справиться с такой непосильной задачей.