Джо Р. Лансдейл. Повести и рассказы. - Джо Р. Лансдейл

Деннис отпустил свой щит одной рукой, а другой, свободной, огрел пса по голове. Дружище отскочил, и стул вырвался из рук Денниса. Пес метнулся в сторону, прыгая и кидаясь всем телом то вправо, то влево, сбросив-таки в итоге нелепую пародию на деревянное ярмо.

Ухватившись обеими руками за провисшую цепь, Деннис хлестнул ею пса по голове, потом рванул ее к себе и, схватив Дружище за ноги, с громким шлепком повалил того на бок. Пока пес поднимался, Деннис краем глаза приметил ножку, отломавшуюся после одного из безумных собачьих наскоков. Та лежала менее чем в метре от него.

Дружище атаковал вновь, и Деннис шарахнулся к ножке, схватил ее, кое-как развернулся и ударил добермана. Лежа на полу, он не мог вложить всю силу в удар, но все равно тот был хорош.

Пес заскользил боком на брюхе и передних лапах. Замерев, он попытался поднять голову, но это ему не удалось.

Деннис пополз вперед на четвереньках и изо всех сил обрушил ножку стула на голову добермана. Удар получился на славу — деревяшка пришлась увесистым концом прямо промеж заостренных ушей и приложила узкий череп пса об пол.

Дружище заскулил. Деннис снова ударил его. И еще раз.

Пес вытянулся и замер.

Деннис тяжко выдохнул, посмотрел на врага, занес над ним деревяшку вновь.

Дружище не двинулся с места. Он лежал на полу, широко раскинув лапы и выпростав язык из облепленного пеной рта.

Деннис тяжело дышал, его раненая нога будто плавилась. Он попытался растянуть ее и облегчить боль, но ничего не помогало.

Он снова проверил пса.

Не двигается.

Он взялся за цепь и подергал ее. Голова Дружища поднялась — и безвольно шлепнулась обратно. Мертв. Совершенно очевидно.

Он расслабился, закрыл глаза и попытался унять кружащуюся голову. Надо хоть как-то, с грехом пополам, перевязать ногу и остановить кровь, вот только сейчас он едва мог связно мыслить.

К тому же Дружище — не мертвый, а лишь оглушенный, — поднял голову, и в тот же миг Деннис открыл глаза.

Оправился доберман на диво быстро. Пружинисто вскочив с пола, Дружище прыгнул. Деннис не успел выставить вперед ножку стула, и деревяшка, скользнув по гладкошерстной спине зверя, вылетела у него из рук.

Он схватил пса за горло и попытался задушить, но ему мешал ошейник, а шея Дружища оказалась неожиданно широка в обхвате. Пытаясь усилить захват, Деннис подогнул под себя раненую ногу и попытался встать, поднимая зверюгу вместе с собой. Здоровой ногой он резко двинул Дружище коленом в грудь, но устоять на покусанной — и, следовательно, повторить маневр — не вышло. Вдобавок ко всему Деннису не удавалось просунуть большие пальцы под ошейник и впиться в горло пса.

Задние лапы добермана оторвались от пола и забили по воздуху. Когти на лапах впились Деннису в живот, полоснули по промежности.

Деннис не мог поверить, что эта зверюга такая сильная — четверть центнера чистой мускулатуры и энергии, ставших еще более смертоносными из-за пыток и химикатов Морли.

Четверть центнера мышц.

Эта мысль снова пронеслась в голове Денниса.

Четверть центнера.

Медбол, с которым он тренировался в спортзале, весил больше. У него не было зубов, мускулов и одержимости, но он весил больше.

И по мере того как осознание этого крепло в нем, пока его хватка слабела, а прогорклое дыхание добермана овевало его лицо, Деннис поднял глаза на балку всего в двух футах над головой; балку, между которой и потолком было еще два фута пространства.

Деннис перестал душить Дружища, просунул одну руку за ошейник пса, а другой ухватил его за заднюю ногу. Медленно поднял добермана над головой — собачьи зубы вцепились в волосы Денниса и вырвали несколько клочков.

Деннис слегка раздвинул ноги. Раненая нога дрожала, как старый и разбитый паркинсонизмом маразматик, но пока держалась. Пес, казалось, весил полсотни килограммов. Даже пот на лице Денниса и густой, пропаренный воздух в сарае казались теперь тяжелыми.

Четверть центнера.

Баскетбольный мяч почти ничего не весил, а Дружище весил меньше, чем огромный медбол в спортзале. Где-то между ними и пролегала золотая средина; но у него хватало сил поднять пса и сноровки — кинуть мяч. Пока это были два важнейших умения в его жизни.

Кряхтя, подняв на дыбы извивающуюся зверюгу, он приготовился к броску. Разок Дружище едва не вырвался, но Деннис, стиснув зубы, удержал его — и с диким воплем подбросил к потолку.

Прямой бросок, конечно, не получился — но хоть какой-то удался. Дружище врезался спиной в потолок сарая, попытался, размахивая лапами, перевалиться всем весом в ту сторону, откуда прилетел… и не смог.

И рухнул по ту сторону балки, повиснув на цепи.

Деннис ухватился за цепь как можно выше, напрягшись, когда вес Дружища обрушился с другой стороны с такой силой, что он встал на цыпочки.

Пес издал булькающий звук, крутанулся на конце цепи, дрыгая ногами.

На то, чтобы задушить его, ушло пятнадцать безумно долгих минут.

Когда Дружище умер, Деннис попытался стащить его со стропил. Буквально все препятствовало ему сейчас — вес обмякшей туши, больная нога, саднящие от натуги руки и спина. Голова Дружища вяло колотилась о стропила. Деннис взял целый стул, на котором перед ним сидел Морли, и вскарабкался на него как на стремянку. Он сумел перевернуть добермана, и Дружище грохнулся об пол. Шея псины болталась свободно, точно