Генерал «красной армии» - Тони О'Нил

Мы «упаковались» в поезд метро, следовавший в направлении Миллуола [75]. «Упаковаться» означало следующее: 180 только что прибывших парней и примерно 30—40 человек из числа ожидавших вошли в вагоны без какого-либо шума и в такой же тишине ехали. Вроде бы все были в полном порядке, но при этом ничего не предпринимали — такими я видел фанатов «Юнайтед» единственный раз за все 70-е годы. Впрочем, у фанов имелись на то веские основания, так как весь хулиганский мир с нетерпением ожидал развития событий, особенно в Лондоне.

Когда же мы наконец приехали, нервы напряглись до предела. Двери вагонов открылись, мы вывалились наружу — а там никого. Нельзя сказать, что это приободрило меня. Как раз наоборот — теперь я ожидал нападения из засады в любую секунду. Мы зашагали по Опасному Проходу. Такое название было присвоено ему из-за необычайной извилистости, не позволявшей определить конец пути. Он представлял собой узкий коридор, по обеим сторонам которого высились стены высотой в два с половиной метра. На хороший исход уже никто не рассчитывал, но ничего не происходило. Вот так мы прибыли к «Дену» [76], озираясь и ничего не понимая.

Я вошел на стадион. Бля, как же мне срочно захотелось домой! В жизни не видел более устрашающего вида людей. Все они постоянно оглядывались в ожидании сигнала к началу боевых действий. Слава богу, школьная форма все-таки сработала, потому что эти жуткие докеры не обращали на меня никакого внимания. Я начал бродить по трибуне в надежде примкнуть к каким-нибудь «красным», но все они меня проигнорировали. Впрочем, я их хорошо понимал — обстановка на стадионе достигла точки кипения. Казалось, что все лондонские громилы собрались в этой клоаке, чтобы поквитаться с «красной армией», и долго ждать им не пришлось.

На трибуне напротив нас, тоже за воротами, какие-то храбрые, но безголовые «красные» внезапно затянули «Ю-НАЙ-ТЕД!». В тот же миг все как с ума посходили, стараясь попасть туда первыми. Некоторые особо кровожадные даже отталкивали друг друга локтями. Однако для большинства бойцов «Миллуола» это была бессмысленная трата времени. Когда самые расторопные достигли «хора», «певцы» уже не пели. Меня чуть не вытошнило, когда я наблюдал, как этих глупцов валили и растаптывали. В тот момент никто бы не смог им помочь. Кого-то вынесли на носилках. Вплоть до сегодняшнего дня я ничего не слышал о тех, кого тогда избили. Однако не сомневаюсь — им пришлось пережить нечто страшное.

Невероятно, но в какой-то момент игры сильно пьяная и оттого донельзя веселая группа парней из Северного Манчестера и Сэлфорда запела на нашем секторе, и с ними ничего не случилось. Уму непостижимо — почему. Остается только одно объяснение — с ними был Бог, так как в тот вечер на стадионе присутствовало 27 тысяч потенциальных убийц при средней посещаемости матчей 4500 зрителей.

Приближался перерыв, а значит, и время принятия кардинальных решений. Мне категорически не нравилось мое окружение, которое подталкивало только к одному выводу, что счастье недолговечно. В итоге я спустился, миновал турникеты и пошел прочь, понимая, что излишнее любопытство может привлечь внимание местных «шпионов». Избежав встречи с Опасным Проходом, я благополучно достиг станции метро «Нью-Кросс». На платформе оказались и другие «красные», на лицах которых читалось, что еще не все позади. Несколько минут ожидания тянулись целую вечность, но в тот вечер удача была на нашей стороне, и вскоре мы уже двигались в сторону Юстона. Напитки в пабе около станции (школьная форма была тщательно спрятана) слегка сняли напряжение, и на протяжении оставшегося времени все больше и больше фанатов «Юнайтед» прибывало на вокзал. Прошла еще пара напряженных часов в ожидании спецпоезда, но в тот вечер больше ничего не случилось. Тем не менее именно тогда я и осознал, что ожидает нас в ближайшем будущем: громил из Миллуола должны были сменить громилы из других частей необъятного Лондона. Более того, через пару лет здесь сформировался свободный альянс различных мобов, получивший название «Лондон Юнайтед». Состоял он в основном из фанатов «Вест-Хэма», «Тоттенхэма» и «Челси», выбравших для своих встреч паб на Петтикоут-лейн. Они собирались там, чтобы нападать на «джоков», когда те приезжали на «Уэмбли», а также на большие северные клубы, в особенности на нас. Юстон был излюбленным местом их засад.

«Норвич» запомнился преимущественно тем, что среди их фанатов я впервые обнаружил скинхедок. Произошло это, когда мы ворвались во вражеский сектор, но не встретили там ни одного бойца «канареек» [77]. Неожиданно на самом верху появились какие-то три малявки со стрижеными головами, в подтяжках и ботинках. В их адрес тут же полетело:

— Вы че, крутые?

— А ваши-то где?

Надо отдать должное девчонкам, они не боялись резких высказываний в свой адрес. Но вскоре их положение резко ухудшилось. Малыш Десси и его дружки из Сэлфорда решили, что пришла пора поставить дамочек на место, и трем пташкам пришлось испытать не самые приятные минуты в своей жизни. Под их джемперами внезапно появились чужие руки, которые стали расстегивать разные пуговицы. В общем, «нежным» созданиям повезло, что они свалили в одежде, а не голышом. С другой стороны, дамы должны были представлять себе, на что нарываются.

Мы снова играли с «Норвичем» в полуфинале Кубка лиги. Поздним вечером во вторник, когда я был дома, кто-то постучался ко мне в дверь. Это был Джимми Фитцпатрик, пришедший с целой толпой из паба и заявивший: «Все, пошли! Едем в Норвич». Время для автостопа они выбрали не самое удачное, но что еще могли придумать пьяные в жопу соратники? Все им было по херу. Короче говоря, первая стадия нашего выезда закончилась тем, что мы с Джимми заснули в телефонной будке неподалеку от Честерфилда. Всю ночь мимо нас проносились грузовики с углем. Утром мы зашли в кафе, а потом целый день добирались до Норвича. Прибыли туда за 15 минут до начала игры, и мне еще пришлось выклянчивать деньги на билет. По окончании матча, в котором мы досадно уступили [78], наши стали крушить все подряд, переворачивая машины и вызывая как можно больше хаоса. Это была «красная армия», несокрушимая сила. Залюбуешься! На обратном пути мне удалось сесть в спецпоезд, и там я почувствовал себя совсем хорошо. После такого крутого шоу о поражении никто и не вспоминал.

Во время нашего выезда в Блэкпул ровно половина всего Манчестера высадилась на этом ланкаширском курорте для достойного проведения уик-энда. Правда, я помню лишь то, что сильно нажрался и попытался ограбить ювелирный магазин, располагавшийся на какой-то маленькой улочке. В газетах писали, что на стадион [79] не пустили 20 тысяч человек. Да-да, именно 20 тысяч! Таких сцен вы уже никогда не увидите.