Лук Амура - Линн Грэхем

– Мы устроим вечеринку и пригласим несколько подходящих женщин, – объявила донья Мария с упрямством человека, решившего договорить до конца. – Только не подростков, Эстефания. Не думаю, что нам подошла бы такая юная женщина. Маркесу нужна зрелая невеста, обученная этикету, образованная и совершенно безупречная в социальном отношении, то есть женщина с соответствующим происхождением.

– Никаких подобных вечеринок я посещать не буду! – сразу предупредил Леандро.

Джульетта укоризненно посмотрела на него:

– Зато на такой вечеринке ты, по крайней мере, мог бы в кого-нибудь влюбиться.

– Никаких вечеринок не будет! – Леандро с трудом верилось, что близкие могут так беспардонно вмешиваться в его личную жизнь. Впрочем, это еще вопрос, насколько они близки между собой, хоть и родственники.

– Мы думаем только о тебе и о том, что для тебя лучше, – нежно проворковала донья Мария.

Леандро с интересом глядел на женщину, когда-то пославшую шестилетнего сына в закрытую английскую школу, и вспоминал ее полную глухоту к письмам со слезными мольбами забрать его домой.

– Я знаю, что для меня лучше, мама. В таком сугубо личном деле человек должен действовать сам.

Джез Эндрюс оторвался от автомобиля и помахал рукой:

– С днем рождения, Молли!

Широко раскрыв и без того огромные зеленые глаза, Молли Чепмен изучала свою старенькую машину, которую Джез перекрасил в розовый, скорее даже в светло-вишневый, цвет. Ошеломленная переменами, она обошла машину кругом – исчезли все царапины, вмятины, ржавчина…

– Потрясающе! Эндрюс, это просто чудо!

Друг и домовладелец не возражал:

– На то и существуют мужчины! Надеюсь, теперь техосмотр пройдет без всяких проблем. Пришлось кое-что перебрать и заменить массу деталей. Я же знаю – лучший подарок для тебя, чтобы машина была на ходу.

Благодарная Молли горячо обняла коренастого светловолосого парня.

– Не знаю, как тебя и благодарить!

Удивленный порывом, Джез пожал плечами и отстранился.

– Невелико дело, – неловко проворчал он.

Но она-то знала цену его великодушию. Молли тронуло до глубины души, что он потратил свое свободное время на видавший виды автомобильчик. С другой стороны, Джез был ее самым близким другом и знал, что мотор ей нужен. Иначе на чем объезжать магазины ремесленных изделий и ярмарки, где она по выходным дням выставляла свою керамику? И Джез, и Молли воспитывались вместе у приемных родителей, и история их привязанности друг к другу уходила в глубь времен.

– Не забудь, я сегодня останусь у Иды. Увидимся завтра, – напомнил Джез.

– Как она?

При мысли о старой больной женщине Джез подавил печальный вздох:

– Как и следовало ожидать… Вряд ли ей станет лучше.

– А прояснилось что-нибудь о помещении ее в хоспис?

– Нет еще, но Ида в начале списка.

Размышляя о том, как это похоже на Джеза – ухаживать за женщиной, которая когда-то взяла к себе десятилетнего мальчика, Молли вернулась в дом. Скоро на работу.

Этот дом с садиком в Хакни Джез получил в наследство от дяди-холостяка. Такое везение позволило молодому человеку открыть автомастерскую. Кроме того, Джез тут же предложил Молли кров, а также весьма ценную возможность пользоваться каменным сараем в садике за домом. Именно здесь Молли соорудила гончарную печь.

Но профессиональный успех керамиста до сих пор ускользал от нее. А она с такими большими надеждами на будущее покидала художественное училище! Но жизнь требовала свое, и Молли поступила работать в компанию по доставке продуктов. И все равно денег не хватало.

Как и у Джеза, в ее жизни бывало всякое: потерянные родные, постоянные перемены, неуверенность в себе и в будущем… Мать умерла, когда девочке было девять лет, а бабушка воспитывала ее, пока не подросла Офелия, старшая сестра Молли. Трудно себе представить, что ребенка можно отдать органам опеки только потому, что он, в отличие от сестры, незаконнорожденный! Но именно так и произошло… Молли была неприятным свидетельством связи своей матери с женатым мужчиной.

Рана, нанесенная тем, что семья от нее отказалась, так и не зажила, и Молли весьма осмотрительно относилась к каким-либо контактам с родственниками. Даже сейчас, когда ей стукнуло двадцать два, она не любила вспоминать детство.

Сегодня вечером Брайан, работодатель Молли, должен поставить продукты для свадебного приема в большой дом на Сент-Джон Вуд. Новый клиент, большой заказ, элитный район – Брайан очень беспокоился, чтобы все прошло нормально. Ради этого заказа Молли поверх узкой черной юбки с белой блузкой, в которых обычно ходила на работу, надела передничек. Мать невесты, Кристал Фофер, крашеная блондинка, одетая в устрично-розовое платье, довольно визгливо выдавала Брайану инструкции. Брайан просигнализировал Молли:

– Моя старшая официантка, Молли… Сегодня здесь будет один парень…

– Мистер Леандро Каррера-Маркес, – перебила его мать невесты, произнеся это иностранное имя с восторженным придыханием. – Он испанский банкир и самый важный гость. Служите ему душой и телом. Смотрите, чтоб его бокал не пустовал. Я вам покажу его, когда он появится.

– Отлично, – неохотно кивнула Молли и поспешила обратно на кухню, чтобы помочь распаковать все необходимое.

– Что все это значит? – спросила ее напарница, Ванесса, и, когда Молли объяснила, фыркнула: – Наверняка еще один франт, у которого денег куры не клюют!

Появилась невеста, вся в белом атласе, чтобы вместе с матерью проверить сервировку стола. Молли наблюдала, как миссис Фофер суетилась возле дочери, то одергивая шлейф пышного платья, то поправляя диадему.

Не оценив горделивого родительского внимания, невеста резко высказалась по поводу цвета салфеток – мол, цвет не модный и вообще это не то, что они заказывали. Брайан сунулся с извинениями и предложением все заменить. Молли же невольно загрустила – сама она никогда не знала такой материнской любви, и первые девять лет жизни ее любила только сестра. Неужели ее мать тоже стыдилась, что родила Молли не в браке?

Несколько минут спустя Молли позвали к дверям, чтобы показать, как выглядит испанский банкир. Высокий темноволосый мужчина увлеченно беседовал с родителями невесты. Он был настолько хорош, что Молли почувствовала, как екнуло сердце. В нем все было ослепительно – от модно подстриженных густых темных волос до безупречно правильных черт бронзового лица, не говоря уж о широких плечах, узких бедрах и длинных ногах.

– Давай, предложи высокому гостю выпивку, – подтолкнул ее Брайан.

Она прерывисто вздохнула, смущенная собственной неожиданной впечатлительностью. В отличие от сверстниц Молли никогда так уж не увлекалась мужчинами. Скоротечные связи матери с разными мужчинами с ранних лет наложили свой отпечаток на характер Молли. Все мужчины, которые встречались Молли, только усиливали ее настороженность и недоверие к противоположному полу.