Мы можем жить среди людей - Варвара Еналь

— Все, уходим. Ты — молодец, Тайка, все по плану…

— Угу, еще скажи — по закону. Лопать вечером шоколад будем, да?

— Найдем что‑нибудь.

— А, между прочим, ту дуру рыжую, что разоралась сегодня, наверняка в эту ходку придется спасать. На вид ей как раз около пятнадцати.

— Зато она заработала сегодня несколько бонусов, прикинь? — не оборачиваясь, бросил Федор.

Таис вздохнула и пнула носком ботинка валяющиеся в коридоре остатки компьютерных плат.

2.

Две длинные и узкие лампы еле — еле освещали темные стены коридорчика, не покрытые даже дешевым пластиком. Холодный металл совсем не держал тепло, да и сама станция особенно не отапливала технические помещения, потому Таис, зябко поеживаясь, поплотнее запахнула серую курточку и натянула капюшон.

В коридоре воздух нагревался не больше, чем на пятнадцать градусов, а иногда температура падала и до десяти. А из одежды — только куртка без подкладки да пара футболок. Теплой одежды для детей на корабле не предусмотрено вообще. Зачем, если Второй Уровень хорошо отапливается?

В тех помещениях, где находилась их база, Таис напяливала на себя две курточки с молниями, но за продуктами не пойдешь, вырядившись, как пугало. На «охоту за провиантом» следовало надевать самое лучшее, самое новое и чистое.

Таис оглядела застегнутые на липучки края куртки и вздохнула. Грязная, вся в пыли и каких‑то пятнах. Придется стирать, а стиральных машин на базе «детей подземелья» не было и в помине. Хорошо хоть вода горячая текла, и за это спасибо.

Так что, вечер у нее будет веселым, стирка куртки — самое классное занятие.

— Мерзнешь? — спросил Федор и легко обнял за плечи.

Взрослым ребятам вообще приходилось несладко — одежды на больших детей роботы не производили. Потому что пятнадцать — это жизненный рубеж, и больше никто не живет. Для старших одежду делала подруга Валька — Ника, которую все называли Ниткой. Перешивала из нескольких детских курток одну взрослую. Выходили такие себе вещи из кусков, разноцветные и нелепые.

Федька как раз шагал в такой — один рукав из розовой и серой джинсы, другой из серой и синей. Отвороты на рукавах Нитка обшила черной тканью, и шнурки сделала черными. Спинка и перед тоже из разных лоскутов, и все это похоже на какое‑то пятнистое одеяло.

Но когда хочется согреться, то уже не имеет значение внешний вид, лишь бы было тепло.

А когда‑то Таис очень любила красивые вещи, и каждую семидневку заказывала у роботов — нянек что‑нибудь особенное. У нее к каждой куртке полагалась своя пара кроссовок, а к каждому сарафану — пара туфель. И такие милые футболки у нее были, с присборенными рукавчиками и узенькими кружевами на манжетах.

Эх, а сейчас на ней серая застиранная футболка и сверху такая с длинным рукавом, но уже коротковатая. Вторая футболка постоянно выскакивала из‑под брюк, и это страшно раздражало.

Только серая курточка на Таис выделялась новизной и чистотой. Пока не пришлось пробираться по вентиляционным шахтам.

— Как уже надоела грязь, — буркнула Таис, скорее сама себе.

— Думаешь, стоит помыть полы в коридорах? — невозмутимо спросил Федор.

— При чем здесь полы? Мне вообще надоели эти коридоры!

— Ну, не заводись, Тай. Хочешь шоколадку? У меня тут их знаешь, сколько? — и Федор демонстративно качнул рюкзаком.

— Погоди, сейчас мальки налетят на шоколад. Ты им рюкзак не отдавай, неси сразу Нитке и Машке, пусть распределяют.

— Ты опять злишься? — в голосе Федора еле заметной ноткой прозвучала тревога.

Таис сжала губы. Не стоило портить настроение другу, но ей самой вдруг стало так тошно, что захотелось орать и ругаться…

Вот именно, ругаться…

— Если бы не эта зараза, дура рыжая, мне удалось бы раздобыть хлеба и сыра. Ну, и может быть булочек каких‑нибудь. Какая ей разница, что я беру из автомата лишнее? Она же голодной не останется, она даже не знает, что такое голод!

— Скоро узнает, — невозмутимо ответил Федор.

— Угу, если получиться ее вытащить. А то она может и упереться, она ведь хорошая девочка, и хочет стать взрослой, хочет писать программы на Третьем Уровне и планировать бартерные операции.

— А ты этого не хотела?

— Я и сейчас этого хочу.

— Так кто тебе мешает? Хочешь, хоть сегодня вечером залезем в корабельную сеть и пошуршим. Взломаем опять торговые файлы корабля, потырим денег.

— Что с деньгами будем делать? Если бы можно было купить на них хоть немного одежды для тебя. Или для Валька, Нитки и Машки.

— Таис, ты же больше всего хотела бы для себя новой одежды? — Федор добродушно усмехнулся и поправил рюкзак на плече.

— Да, прежде всего себе, — жестко ответила Таис, рванулась вперед и за поворотом вышла к двойным металлическим дверям, тяжелым и толстым.

Рифленый геометрический рисунок на двух створках представлял собой эмблему корабля, но не новую, изображающую ближайшее созвездие. Старый квадратный знак, состоящий из двух треугольников — знак «Млечного пути». Когда‑то на этом корабле были совсем другие правила и знаки.

Федор догнал ее, вытащил из кармана узенькую, не толще карандаша, флешку, вставил в щель у края дверей.

С тихим шипением створки разошлись в стороны, открывая темный коридор. Потянуло холодом и кукурузной кашей.

— Что, «овальные» на ужин наварили каши? — фыркнула Таис, заглядывая в огромную круглую трубу, ведущую в правый проход.

— Какая разница? У нас‑то будет шоколад, — Федор взял Таис за руку и потянул в противоположную строну.

«Овальными» называли ребят со второй базы, тех самых, к которым вела большая труба. Всего так называемых «баз» на нижнем уровне станции было три. Та, в которой жили Таис, Федор и Валёк, звалась Темной, за то, что в дальних закутках коридоров не хватало лампочек. Третью базу населяли мальчишки, которые вообще делали что хотели, не подчинялись старшим и лазили по всему кораблю. Этих просто звали «дикими» и почти не общались с ними.

От Диких можно было ожидать какой угодно глупости или гадости, потому связываться с ними никто не хотел. Да и они сами не с кем не желали связываться. Их было четверо, и каждый сам решал, что ему делать.

На «Овальной» жили девочки, в основном. Это была девчачья база, и только одного мальчишку они терпели рядом с собой — младшего брата Риты, вихрастого Сеньку.

На Темной Базе жило всего девятеро ребят, включая и Таис. Самым старшим был Валёк, это он первый сбежал от Моага, и удобное место для базы нашел тоже он. Нитке и Федору недавно исполнилось девятнадцать. Смуглой Маше, неразговорчивой и медлительной, совсем чуть — чуть не хватало до семнадцати, так же, как и Таис.

На вылазки за продуктами, которые Федор шутливо называл «охотой», Маша давно уже не ходила, она на целую голову переросла Таис, и никто бы не принял ее за четырнадцатилетнюю девочку. Широкие плечи, длинные крепкие руки с большими ладонями, высокая грудь.

Машка вымахала настоящей дылдой, правда, симпатичной и на удивление спокойной. Глаза ее казались похожими на черный космос — такие же глубокие и загадочные.

Зато Таис ростом точно не могла похвастаться, Федору она едва — едва доставала до плеча. Темно — русые волосы плела в две косы, чтобы не мешали, длинную челку откидывала на бок и постоянно кусала губы, точно школьница, забывшая выучить урок и ожидающая, когда же снимут бонусы с планшета.

Вот и приходилось на охоту ходить Таис да Кольке Колючему — Кольке еще не исполнилось шестнадцати, и к «детям подземелья» он присоединился по доброй воле, никто его не убеждал.

Просто в одну из охот проследил за охотником, а у вентиляционного люка вцепился Федору в плечо — тогда это был Федор. Спаси меня, мол, а то я тут натворил делов и боюсь, что достанется мне хорошенько от нянек — роботов.

Федька его тогда вывел, а на базе уже объяснил, что к чему. И даже на Третий уровень сводил, показал настоящую правду. Кольке тринадцать лет было, когда он попал на нижний, технический уровень к «детям подземелий».

Еще на Темной базе были Мальки — то есть совсем малыши. Восьмилетние Вовик и Ромик и девятилетняя Кристинка, которую все называли просто Мелкой. Их уже Колька вывел, стукнула ему в голову глупость — мол, лучше детей совсем маленькими выводить. Тогда их точно можно убедить в том, что Моаг — не тот, за кого себя выдает. Просто когда они маленькие, они больше верят старшим.

Угу, а кормить как ораву? Об этом Колючий не подумал вовсе своей коротко стриженной башкой. Каждый новый житель Баз — это новый едок. А большие ребята — такие как Валёк и Нитка — за продуктами ходить уже не могут, не пролезут в вентиляционные шахты, да и слишком заметные они. Порядочные детишки тут же подымут крик, лишь бы им за это начислили бонусов.

Вот и приходится отдуваться Таис и Кольке — только они могут тащить еду для Темной базы. А сегодня была очередь Таис, и ей не повезло. Шоколад и чипсы — вот и вся охота.