Наши в Испании - Станислав Симонян

Если же турист смел и не брезглив, то в награду ему нальют пинту пива — за две цены! — и сразу же всё внимание будет приковано к нему, а какой-нибудь пьяненький дед примется громко расспрашивать о политике, исключительно чтобы повеселить друзей.

Вот в таком баре и засел поначалу Семён. Нужно было социализироваться, примелькаться по-нашему. А главное — познакомиться с рыбаками, чтобы научиться ловить рыбу. Тут удочками не пользовались.

Конечно, местные уже знали, что лодку «Mar y Vent» купил какой-то русский олигарх-нефтяник.

N. B. Внимание! Все русские в Испании — олигархи-нефтяники. Других русских просто не бывает. И не может быть. Запомните это.

Семён приходил в бар во время возвращения судов в порт, садился в углу, брал стакан дешёвого виски и настраивал «локаторы» на приём. Помещение набивалось уставшими, промокшими рыбаками, столов не хватало, и он быстро оказывался в компании. Мужики обсуждали улов, ругали правительство, а Семён улыбался, чокался и внимал.

Со временем с ним стали здороваться, хлопать по плечу и рассказывать непонятные анекдоты. Имя его запомнить никто и не пытался.

— Эй, русский, ты правда хочешь здесь рыбу ловить?

— Да, собираюсь.

— А ты умеешь?

— В России вроде умел, но тут другое море, другая специфика, буду у вас учиться.

— А… Ну-ну…

Испанские мужики при всей своей суровости совершенно не злые, а вполне себе доброжелательные, просто скрывают это.

В первую очередь новоиспечённому рыбаку нужно было определиться со специализацией.

Что ловить?

Каких-то рыб ловят сетью, каких-то — перемётом или тралом. Осьминогов и крабов — специальными ловушками.

Снасти стоили больших денег, тут важно было не ошибиться.

* * *

Хосе было уже за пятьдесят, он ловил с сыном на такой же лодке, как у Семёна. Отец Хосе с неизменной каталонской вонючей сигарой с пяти утра до десяти вечера сидел в баре, выпивал, а по выходным — ремонтировал порванные сети.

С Хосе и договорился Семён о «производственной практике».

— Смотрю, вы привозите по тридцать-сорок ящиков рыбы каждый день, как успеваете вдвоём? — хитро закинул он удочку.

— Привыкли, трудно, конечно, мой Джоан молодой ещё, не поспевает. Но со временем освоится, — наивно ответил Хосе, отхлёбывая пиво.

— А возьми меня с собой в море? Буду делать всё что скажешь, даже больше. Две недели буду на тебя пахать бесплатно, а ты меня научишь и покажешь — что к чему.

— Да мне не жалко, пошли, веселее будет. Только трудно это, уверен, что выдержишь?

— Я работы не боюсь.

— Не в работе тут дело… Ладно, попробуем, а то тут мужики уже ставки делают, как быстро ты исчезнешь из порта.

— Ого! Ты на кого поставил?

— Пока не определился, но вот посмотрю завтра в море, каков ты, и поставлю. Ха! Да у меня все шансы выиграть. В любом случае. Только вот имя твоё как-то запомнить надо.

— Да не парься. Зови как все — Русо.

— Хм, а не обидно?

— Ну вот я тебя каталаном назову. Обидно?

— От тебя — нет. Я же и есть каталан. Правда, если испанец назовёт… Тут другое дело.

— Так и порешим, во сколько завтра?

— В четыре утра. И так — каждый день.

Испанская зима хорошо воспринимается только на картинках. В феврале море не бывает спокойным, рыбаки выходят и в четыре, и в пять баллов. Температура ночью около ноля. Промозглый сильный ветер и прочие радости.

Утром Семён был послан в холодильник притащить двести килограммов колотого льда, чтобы сохранить выловленную рыбу.

Через полчаса вышли в море…

Пока Хосе вёл лодку к месту лова, Семён с его сыном готовили сеть. Длина сети была два километра, глубина — восемь метров. Всё это нужно было перебрать руками и уложить в огромную бочку.

— Выпускать будем на полном ходу минут за пятнадцать, иначе можно промахнуться от точного места. Если хоть где-то грузовой трос перехлестнётся с поплавками — день насмарку. Попытка только одна, — предупредил капитан.

Каюты или другого укрытия на лодке не было. Только маленькая рулевая рубка на одного человека, поэтому Семёну предстоял суровый день на ветру в солёных брызгах при хорошей качке.

Сеть вышла правильно.

Взошло солнце, и температура стала ощутимо подниматься.

— А теперь самое приятное — завтрак. — Хосе поставил лодку в дрейф, достал приличных размеров непромокаемый ящик, и Семён тоже потянулся за своим бутербродом. — Эй, ты работаешь на меня, и я обязан тебя кормить. Так всегда было заведено, — хитро пророкотал Хосе и принялся раскладывать продукты, количеству и качеству которых позавидовал бы деревенский ресторан, входящий в каталог «Мишлен».

— Эй, это всё съесть впятером невозможно.

— Ха, к вечеру ничего не останется, мы ж только начали ловить.

После перекуса Хосе направил лодку в открытое море, там стояла сеть, выставленная вчера.

Выловив красный буй, с помощью гидравлической лебёдки они начали выбирать сеть. Задача была непростая. Нужно было очень быстро выпутывать рыбу, не повредив её товарный вид, чистить сеть от мусора, запутавшихся кораллов и колючих морских ежей. Лебёдка работала без остановки, всё надо было делать быстро, без перекуров, время жёстко ограниченно.

После трёх часов этой жуткой работы на палубе высилась огромная гора мокрой сети весом более полутора тонн.

— Ну… Пятнадцать минут на обед, и летим обратно в порт, немного мы не уложились сегодня. Так, молодёжь, пока идём — сортируете рыбу по виду и качеству, времени мало, к началу аукциона должны успеть.

— Хосе, а как тебе наш сегодняшний улов? — спросил измученный Семён, чтобы как-то продлить минуты отдыха.

— Ну, так… Средненький… Где-то на пятьсот евро сдадим.

— О как! Ничего себе, это средненький? — быстро умножил в уме Семён. — Десять тысяч в месяц? Круто!

— Нет, я стараюсь ловить на тысячу — тысячу триста евро в день, тогда получается нормально. Затраты большие, содержание лодки, снасти. Скоро сам поймёшь.

— А почему считаешь сразу в евро? Ты что, знаешь, за сколько и чего продашь?

— Приблизительно — да. Да и проще так, чтоб не вдаваться. Вот ты меня спросишь в баре: «Эй, Хосе, как вчера сходил?», — я отвечу. — «Плохо. Нет рыбы, пятьсот всего взял!».

— Так соврёшь, наверное?

— Конечно. Все врут, только… Кто сколько поймал и продал — написано на большом мониторе на аукционе, вот сейчас придём — увидишь.

Аукцион по продаже рыбы есть в каждом крупном порту…

Организация и размещение поразили Семёна. Главный зал похож на небольшой стадион, где на трибунах размещаются десятки покупателей — это представители рыбоперерабатывающих фабрик, владельцы магазинов и ресторанов. Простому