Окончательный расчет - Фридрих Незнанский

Померанцев едва сдержался, чтобы не хихикнуть — так же как и Яковлев, моментально уткнувшийся в какие-то бумаги, лежавшие у него на коленях: Александр Борисович редко избавлялся в чьем-либо присутствии от нежелательных ему сотрудников столь беззастенчиво.

Клименко моментально вспыхнул и резко поднялся со своего места.

— Насчет занятости вы, несомненно, правы, — холодно произнес он. — В этой связи, если у меня действительно возникнут вопросы, я вам перезвоню… Удачи вам, господа!

И неестественно твердым шагом, ни на кого не глядя, представитель ФСБ покинул кабинет.

Установившееся после его ухода молчание нарушил Яковлев, все-таки не выдержавший и фыркнувший:

— Может, зря вы его так, Сан Борисыч? — Померанцев отметил, что следователь, судя по простоте обращения к Турецкому, видимо, знает его давно и хорошо. — Начнет палки в колеса совать, а тут и без него проблем будет навалом, следы-то остыли! Да и местные опера в Северотуринске, видать, не больно старались: понимали, что в итоге дело уйдет к нам…

— Точки над «и», Володя, расставлять надо на старте, — вздохнул Турецкий. — Иначе упомянутые тобой палки в наших колесах действительно объявятся!.. А так… Тебе это надо, чтоб данные господа путались у нас под ногами, по сути дела, всего лишь на том основании, что убитый — их коллега?.. Ну вот, и мне это ни к чему! Так что… О, Слава, привет!..

Слегка приоткрывшаяся на последних словах Турецкого дверь кабинета распахнулась, и на пороге действительно объявился заместитель генерального директора Первого департамента уголовного розыска МВД Вячеслав Иванович Грязнов собственной персоной.

Володя Курбатов и Галочка при виде своего начальника попытались встать, однако Грязнов так активно замахал на них руками, что попытка осталась попыткой.

— Привет, господа сыщики и прокуроры! — Вячеслав Иванович подошел к столу Турецкого, чтобы пожать своему давнему другу руку, после чего, добродушно оглядев окружающих, занял стул, на котором еще недавно сидел Клименко.

— Ты как раз вовремя, — усмехнулся Турецкий. — Собственно говоря, работать мы еще не начинали. У тебя же, судя по всему, есть что нам сказать…

— Вовремя я потому, — Грязнов ухитрился подмигнуть всем присутствующим сразу, — что умен и терпелив!

— А уж скромен!.. — фыркнул Сан Борисович. Но Грязнов и бровью не повел.

— Умен — поскольку ни секунды не сомневался, что, прежде чем вы приступите к обсуждению исходных позиций и составлению плана следствия, кое-кто покинет сей кабинет… Терпелив — потому что ожидал этого трепетного момента целых двадцать семь минут двадцать секунд! Вот теперь и впрямь можно к делу!

— Спасибо, что дозволил. — Турецкий насмешливо посмотрел на своего друга. — В этой связи тебя мы для начала и послушаем… Итак?

— Сейчас… — Вячеслав Иванович вмиг посерьезнел. — В общем, вот что я узнал по своим каналам: Юрий Александрович Корсаков родом как раз из Северотуринска. Но поехал он туда отнюдь не из ностальгических побуждений… Дело в том, что два месяца назад в Северотуринске был убит старший брат Юрия Александровича — Сергей Александрович Корсаков, крупный бизнесмен…

— Насколько крупный? — поинтересовался Турецкий, внимательнейшим образом слушавший Грязнова.

— Я бы сказал, не только по масштабам города, но и по масштабам Федерации: ты про ОАО «Север» что-нибудь слышал?..

— Увы… — Сан Борисыч развел руками.

— Один из самых крупных в России заводов бытовой химии… Сергей Александрович был его генеральным директором и владельцем сорока процентов акций…

— Странно, — вставил Володя Курбатов, — что дело о его убийстве не было передано на федеральный уровень… И что дальше?

— А дальше местные пинкертоны расследование, судя по всему, запороли. Во всяком случае, по словам супруги Юрия Александровича Корсакова, ее мужу не нравилось, каким образом оно ведется… Своими планами с женой он особо не делился, но она не сомневается, что ее муж предпринял — или намерен был предпринять — собственное расследование…

— Слава, как был убит Корсаков-старший?

— Застрелен в местной сауне, расположенной на окраине города, но весьма популярной среди «новорусских»… Оружие, из которого произведен выстрел, не найдено. Пока — это все, что у меня есть, дальше, ребятки, начинаются уже ваши заботы! В конце концов, начальник я или кто? Генерал или младший опер?..

Грязнов подмигнул Яковлеву и скромно потупился. Но Александра Борисовича Турецкого шутка друга на сей раз не развеселила.

— Валера, — он отыскал глазами Померанцева, — прежде чем отправишься в Северотуринск, подготовь, пожалуйста, все бумаги для постановления об объединении дел… Я имею в виду — убийства обоих братьев. Позвонишь в Северотуринск, вытащишь нужные данные, пусть шлют все копии по факсу в срочном порядке… Иди выполняй!

Тоскливо глянув на Турецкого, Валерий поднялся. Ну почему ему всегда достается самая отвратительная часть работы, словно и без тою у них не хватает этой проклятой бумажной возни?!

Уже в коридоре он, предварительно оглядевшись по сторонам и убедившись, что никто его не видит, искренне сплюнул, в сердцах ругая начальство на все корки.

Впрочем, устыдился он почти сразу, поскольку понимал еще и то, что у него, в отличие от остальных, появляется в запасе целый день для того, чтобы обдумать это дело, первым ознакомившись с северотуринскими документами и переговорив, пусть и по телефону, как с коллегой из местной прокуратуры, так и милицейским следователем, ведущим дело об убийстве Корсакова-старшего.

Несмотря на свое название, Северотуринск был типичным среднерусским городом, расположенным в восьми часах езды от столицы по железной дороге, с довольно спокойным историческим прошлым трехсотлетней давности. Близость к обеим столицам, с того момента как начала строиться вторая из них — Санкт-Петербург, сделала этот отрезок истории города наиболее ярким: Северотуринск оказался одним из городов, очутившихся на тракте Москва — Петербург, а значит, и в числе тех, которые обеспечивали жизнь строящейся Северной столицы.

Добавим к этому замечательно густые и богатые леса, тихие и чистые озера, окружающие город, а главное — близость истоков Волги. И станет ясно, что в ту далекую пору Северотуринск сделался одним из самых торговых городов России… К сожалению, рано или поздно проходит все, а лучшая пора жизни, независимо от того, о городе или о человеке идет речь, — тем более…

В начале нынешнего, XXI века о тех временах напоминало обилие некогда богатых, а ныне ветхих купеческих домов, сохранившихся на окраинах Северотуринска, четыре отреставрированных и восстановленных храма, один из которых, постройки XVII века, являл собой уникальный образец деревянного зодчества.

За пролетевшие столетия центр города сместился к югу от волжских истоков и представлял собой комплекс зданий в основном пресловутой эпохи «сталинанса», среди которых выделялись стеклобетонные постройки казенного вида, возникшие здесь в середине шестидесятых прошлого века. Именно таким и был местный Дом правительства, фасад которого смотрел на огромную круглую площадь Победы. Не так давно здесь размещались горком и обком партии. Ныне же здание делили между собой мэрия и городская дума, два месяца назад потерявшая одного из своих депутатов — известного в городе бизнесмена, генерального директора завода бытовой химии «Север» Сергея Александровича Корсакова…

В тот момент, когда Александр Борисович Турецкий начал обсуждать с оперативно-следственной комплексной группой план ближайших мероприятий, на широкие и многочисленные ступени северотуринского Дома правительства, ведущие от застекленных дверей вниз, на площадь, вышла невысокая, полненькая дама лет сорока в красном пальто и такой же шляпке. Покинув полутемный холл здания, она на мгновение задержалась на крыльце, слегка сощурив небольшие темные глаза от яркого солнечного света, после чего начала спуск вниз, внимательнейшим образом глядя себе под ноги.

Весна наконец-то достигла Северотуринска в середине нынешнего, ледяного поначалу апреля, и это не могло не радовать даже столь серьезную даму, каковой являлась Лариса Вячеславовна Левакова, судья Северотуринского городского суда.

На густо накрашенных губах судьи блуждала легкая улыбка, когда она, спустившись наконец на площадь, решительно направилась к служебной автостоянке, возле которой, не спеша припарковаться, минуты за три до появления Ларисы Вячеславовны остановился «вольво» последней модели серебристого цвета. Вот к нему-то и держала путь Левакова, что стало очевидным, едва она поравнялась с машиной.

Передняя пассажирская дверца распахнулась как по мановению волшебной палочки, и выскочивший оттуда детина в камуфляжной форме с несколько преувеличенным почтением открыл перед Леваковой вторую дверцу — в заднюю часть салона.