Термотефлида. Победившему себя – ничего не страшно… - Савао Сириус

Выкарабкавшись наружу, отряхнувшись от пыли, я увидел сумрачный лес, тропинки которого кое-где были освещены голубыми столбами. Причём светился весь столб от макушки до основания. Улетев из Федра днём к Атланам я попал глубокой ночью.

Не успели мы отойти и несколько десятков шагов как дольмен за нашей спиной начал вибрировать и гудеть. По каменным каналам во всех направлениях от него потекли ручейки сине-голубого цвета. Каждый ручеёк соединялся с определённым светящемся столбом и достигнув его, увеличивал яркость свечения вертикального сооружения.

Потом дольмен притихал, ручейки угасли, а столбы продолжали испускать свет. Но было заметно, что свет со временем тоже терял былую яркость. Пока мы пересекли сумрачный лес столбы несколько раз меняли интенсивность свечения.

На берегу морской бухты находилась таможня. Все вновь прибывшие люди заполняли бумаги, в которых прописывались заурядные вопросы о цели визита, длительности пребывания и т. д.

Закончив с формальностями, я в сопровождении своей спутницы спустился на палубу парома курсирующего от небольшого островка до крупного столичного острова. Мы простояли в порту около получаса, дожидаясь прибывающих гостей. Когда паром полностью наполнился, раздался трубный вой, гласящий о нашем отплытии.

Моя спутница оказалась весьма приветливой и разговорчивой девушкой. С её слов я понял, что путешественники с нашей страны к ним забираются очень редко. Но каждый такой случай находится под особым контролем военного комиссариата. Ещё Лиана, так звали девушку, рассказала, что она является студенткой местного университета, а подработка переводчиком с языка Ру является неплохим доходом для неё.

Город Солидон отличался от всех городов мира, которые мне посчастливилось видеть.

Широкие каналы, расположенные по сторонам света сходились в центральной части острова. Они соединялись с огромным кольцевым каналом. Как оказалось, таких кольцевых каналов было несколько, и именно они делили город по секторам.

Морские суда не имели права двигаться дальше внешнего кольца, поэтому все портовые сооружения были сосредоточены по крайнему периметру города острова. Затем между внешним и внутренним кольцевым каналом находились многочисленные торговые лавки, харчевни, а так же большинство гостиниц и постоялых дворов.

Следующий сектор занимали дома местных жителей. Здесь ещё разрешалось передвигаться на лошадях и гужевом транспорте, в отличает от соседнего кольца застройки.

А вот там, располагались дома вельмож и чиновников.

Причалы для воздушных судов находились поблизости с научными и административными учреждениями, которые занимали предпоследний кольцевой квартал города.

И наконец, круглая часть города с огромными площадями, парками, храмами, театрами и мэрией располагалась в центральном квартале.

Параллельно лучевыми и кольцевыми каналами города шли широкие улицы выложенные брусчаткой, они пересекали водные препятствия с помощью высоких каменных мостов. По каждой стороне дороги были проложены уже виденные мной в сумрачном лесе, ручейки.

Путешествие к центру города заняло весь остаток ночи, поэтому с первыми лучами солнца я со своей спутницей и ещё несколькими вновь прибывшими гостями столицы, спустился на набережную центрального квартала Солидона.

Жизнь столицы кипела. Чиновники и курьеры спешили на свои рабочие места, а продавцы пищи и прохладительных напитков расположились, на отведённых для торговли местах.

Моя спутница угостила меня бодрящим напитком под названием «кахе», что было весьма кстати. Длительное путешествие стало сказываться на моём самочувствие. Утолив жажду, мы двинулись к огромному высокому зданию.

Отец рассказывал мне про это сооружение. Много лет назад ему посчастливилось побывать здесь. Это была академия наук Солидона.

Её внутренне убранство просто поражало. Огромные колонны увенчанные великолепной лепниной, мраморные лестницы уходящие ввысь на различные этажи, скульптуры людей и богов. Всё это ошеломляло.

Лиана довольно ловко и быстро довела меня до двери нужно кабинета. Было заметно что она часто посещает эти казематы науки.

Войдя в помещение, мы увидели клерка сидящего за столом и что-то усердно записывающего к себе, в прошитую льняной нитью, книгу.

Девушка представила меня и попросила назначить встречу с кем-либо из начальства. Чиновник всем своим видом давал понять, что данный вопрос ему не интересен и отвлекать высшее руководства по таким мелочам он не собирается.

Видя замешательство Лианы, я поинтересовался о результате.

Услышав мою речь клерк изменился в лице, и получив ответ моей спутницы откуда я прибыл, тут же выписал нам приглашение о встрече на завтра после полудня.

Лиана заулыбавшись, протянула мне подписанный пропуск и лёгкой поступью направилась на свежий воздух.

Проделав обратный путь к набережной, она подозвала свободного лодочника. Дав тому инструкции относительно меня, она растворилась в людской толпе, пообещав встретить меня здесь завтра утром.

В любой стране, на каждом таможенном пункте всегда находился обменный пункт. На местной таможне я обменял часть своих денег на деньги Солидона. Когда зафрактованная мной лодочка прибыла в квартал гостиниц, я расплатился мелкой монетой и отправился искать ночлег.

Снять номер оказалось несложно. В первой же попавшейся гостинице меня поселили, с полным пансионом, в весьма хорошую комнату. Добравшись до кровати, я почти мгновенно уснул.

Разбудило меня лёгкое постукивание в дверь. На пороге стояла хозяйка гостиницы, которая жестами показывала, что пора обедать. И действительно, солнце уже было в зените, Не теряя времени, я быстро помылся и спустился пообедать. Местная еда была очень вкусной и острой, и практически вся приготовлена из морепродуктов. Насытившись, и приодевшись, я вышел из гостиницы, побродить.

Хозяйка, видя, что я вообще не понимаю языка, всучила мне листочек бумаги с адресом гостиницы, что было весьма благоразумно.

Днём город предстал во всём великолепии. Высокие серебристые здания с остроконечными шпилями величественно возвышались над морем.

Они напоминали сосульки перевёрнутые верх тормашками и выстроенные одна рядом с другой. Эти дома стояли центральных кварталах города. Но даже на большом удалении они впечатляли своим размахом. И все эти высотки казались кустарником по отношению к одиноко стоящему дереву.

Это высотное сооружения, макушка которого была увенчана длинными торчащими во все стороны металлическими трубами.

Как в последствии я узнал, это была антенна, для снабжение энергией всех курсирующих в округе кораблей. Она была настолько мощная, что её силы хватало на движение транспорта за несколько сотен морских миль от столицы.

Подобные, антенны были установлены по всей империи Аланов. Владельцы судов раз в месяц платили фиксированную плату за использования энергии и путешествовали по своим делам практически по половине планеты. Что очень впечатляло весь оставшийся мир, как обычно использовавший для передвижения, попутный ветер.

Эти антенны каким-то образом ловили и накапливали атмосферное электричество, поэтому уже много столетий в столице не было ни одного пожара вызванного ударом молнии.

Несмотря на своё развитие в технической сфере граждане данного государства прибегали и к труду рабов. Отличить свободного гражданина от раба было просто. На шею рабов крепилось кольцо с медной табличкой. На ней выбивалось имя владельца. Табличка была весьма громоздкая, поэтому все попытки спрятать её под одеждой были обречены на провал.

Рабы Солидона выполняли всю грязную работу. Количество их, составляло половину численности населения города.

Прогуливаясь по городу довольно длительное время, я сильно устал. Мои ноги гудели от напряжения. Поэтому найдя свободную скамью в парке я присел отдохнуть. В этот момент я услышал скрипучий металлический голос человека стоявшего за спиной. Голос неспешно спросил: -«Господин, вы из страны Ру?»

Обернувшись, я увидел седоволосого старца одетого в пыльные лохмотья. По наличию таблички я понял, что передо мной стоял раб. Я ответил ему, что прибыл сегодня ночью из славного государства под названием Ру. Услышав мою речь, глаза старика засветились. Кончики его губ поднялись верх. Старик подошел ближе и стал всматриваться в мои глаза.

Его ноздри расширились, вдыхая ещё сохранившийся в полах моей одежды аромат родины.

Я предложил ему сесть рядом, он сел, только не на скамью, а прямо на мостовую. Рабам запрещалось седеть на уровне господ.

Когда старик немного успокоился от нахлынувших эмоций, он поведал мне историю своей жизни.

Фока, так звали старика, родился в степной части Ру, в небольшой деревне под названием Шип. Деревню окружало множество пресноводных озер, на которых селились стаи лебедей и гусей. Очевидно шипение птиц, и стало причиной названием этого населённого пункта. Фока не стал скотоводом, охотником и рыболовом, тем самым прервав традицию своего рода. Достигнув совершеннолетия, он вместе со своим лучшим другом отправился путешествовать по миру.