Лионза Луане. Том 1 (СИ) - Либис Арсений

— Зачем было устраивать бедлам, Лионза? — спросил он низким рычащим голосом, — я слышал, что тебя ждут в замке к обеду. А сейчас солнце уже скоро пойдет в уклон.

— Милый Раксен, — ответила Лионза, погладив зверя по голове, — я сама бы рада успеть к обеду, но эти ребята оказались крепче, чем я ожидала.

— Зачем ты вообще на них отвлеклась? Неужели ты не можешь контролировать себя?

— Ты что, ревнуешь?

Лионза рассмеялась, леопард сердито чихнул.

— Мне нужна их сила, чтобы выполнить просьбу Графа. Как видишь, она сейчас вся во мне.

Орк, услышав это, жалобно взвизгнул, словно поросенок.

— Мой дорогой Раксен, у меня нет больше лошади, не соизволишь ли ты довезти меня до места назначения? — ласково сказала Лионза и почесала леопарда за ухом. Он довольно заурчал и кивнул. Лионза грациозно села ему на спину, словно благородная девица, свесив босые ножки с одной стороны.

— Мы успеем до заката?

— А то!

***

Леди Элеонора была молода, прекрасна и белокура. По крайней мере, так она выглядела на гобелене, что висел в её спальне. Настоящая Элеонора, что лежала на кровати, выглядела гораздо хуже: волосы, некогда собранные в две толстые косы, растрепались, платье изодрано, кожа имела нездоровый пепельный оттенок, на ней проступали темные прожилки. Но страшнее всего были глаза Элеоноры, горящие демоническим красным огнем. Она лежала на кровати, а вокруг неё стояли светильники со священным огнем, весь пол и стены спальни были исписаны священными знаками. Она недобро сощурилась, глядя на огни светильников. Эти дураки думают, что её так просто остановить? За окном ночь, а значит она сейчас хозяйка положения. Подумав об этом, она решила снова рассмеяться, как это делала весь день, но передумала. Не нужно беспокоить монахов, что сидят этажом ниже. Они сидят там и монотонно бубнят свои защитные молитвы, чтобы помешать ей завладеть чьим-то разумом. Но эти монахи люди, всего лишь люди… Им нужен сон, а они на ногах уже два дня. Она их здорово измотала за последнее время. Завтра приедут их сменщики. Но то завтра, а пока Элеонора лежала и прислушиваясь обостренным слухом к тому что происходит в комнате под ней. Вот они уже начали сбиваться, один и вовсе умолк. Вот и второй отвлекся, чтоб хлебнуть воды, быстро забормотал, но все тише, тише…

Тихо. Весь замок спит, даже собаки не лают. То, что надо.

— Ко мне… ко мне… иди ко мне… — Элеонора обращалась ни к кому-то конкретно, а сразу ко всем, кто услышит и не сможет противостоять её зову. Теперь его ничто не заглушает. Тихо, неужели они отселили подальше всех слуг? Надо попробовать ещё.

— Ко мне… помогите мне… освободите…

Опять ничего. Элеонора чуть не выругалась сквозь сжатые клыки. Давал знать о себе и голод. Тем, кто попадется, она помимо прочего рассчитывала перекусить.

— Ко мне… идите ко мне…

Тихий шелест где-то внизу, на лестнице. Кто-то попался! Главное, не разорвать эту паутинку, осторожно притянуть его к себе. Или её… Если это будет она, окажется вдвойне приятно. Кровь женщин Элеоноре казалась слаще и вкуснее. Давай, иди… Шаги негромкие и мягкие. Точно женщина. Как же ей повезло. Дверь тихо открылась.

— Ко мне… сотри знаки… погаси огонь…

Но фигура, закутанная в монашескую робу, не остановилась, она медленно подошла к самой кровати Элеоноры.

— Погаси огонь… — повторила вампирша чуть слышным шепотом.

— Но ты ведь тогда убежишь! — неожиданно громко сказала фигура и сбросила капюшон. На злобно зашипевшую Элеонору смотрела красивая девушка с красной кожей и большими зелеными глазами. Вампирша бросилась на неё, но тут же отлетела назад, подвывая от боли. В руках её ночной гостьи был серебряный знак братства Драконьеров, двухголовый дракончик, раскинувший крылья.

— Кто ты такая? — спросила Элеонора, потирая обожженную руку.

— Меня зовут Лионза Луане, с недавних пор баронесса Ней. Я прибыла, чтобы вылечить тебя.

Элеонора истерически расхохоталась.

— Ты думаешь, я больна?

— Все больные так говорят. Особенно те, что любят пить кровь и боятся солнечных лучей. Я собиралась приступить с утра, но услышала твой зов, и подумала, что придется мне пренебречь сегодня уютной кроваткой!

Лионза склонилась над вампиршей. Её зеленые глаза излучали сострадание и нежность, словно у Богини-матери.

— Ты такая красивая… Жаль будет тебя потерять.

— Что ты там бормочешь, баронесса? — оскалившись, спросила Элеонора, — думаешь, жизнь после Приобщения заканчивается? Нет! Она только начинается! Причем, вечная! Вечная жизнь!

Лионза склонилась к лицу вампирши близко, пощекотала её своим горячим дыханием. Она, казалось, не боялась её страшных клыков.

— О, я хорошо это знаю… Я ведь тоже больна… Только в тебе много смерти и мало любви… А во мне наоборот…

Вампирша стремительно бросилась к шее Лионзы, но её губы неожиданно встретили губы незнакомки. Лионза впилась в обескровленные губы Элеоноры горячим поцелуем. Вампирша только растерянно моргала, когда язык краснокожей девушки страстно шарил у неё во рту.

— Как ты смеешь? — смогла выдавить вампирша, — я… я дюкесса Элеонора…

— Вот, уже вспомнила, кто ты! — радостно ответила ей Лионза.

Вампирша зло оскалилась.

— Все равно это не поможет. Я ничего не чувствую… Нам, Детям Ночи, плевать на эти глупые игры кусков мяса…

— Ну, это пока не чувствуешь — улыбнулась в ответ Лионза.

— Глупая смертная…

— Может, заключим пари, что ты почувствуешь то, что чувствовала когда играла сама с собой или с…

Элеонора зашипела. Лионза склонилась к её шее, на которой были видны два черных следа от укуса. Она коснулась их губами.

— Как её звали? Твою менторшу?

— Не твоё дело…

— Дай угадаю, Кармилла? Её звали Кармилла?

Элеонора резко выбросила руку, пытаясь вцепиться ногтями в глаза Лионзе. Но та успела увернуться и перехватить руку вампирши за кисть.

— Может поиграем в связывание? Знаешь, в борделях Кра-Акена такое часто практикуют…

— Ты случайно не оттуда, красная шлюшка?

— О, мне нравится, когда меня обзывают… Скажи ещё что-нибудь такое. Это так заводит…

Вампирша выругалась, но в этот раз более абстрактно.

— И где леди научилась таким нехорошим словам? Подслушивала за слугами? А может и видела что-то, чего не положено видеть благовоспитанным девицам? А может даже и не только видела…

— Ты точно сумасшедшая шлюха…

— Я читаю сейчас тебя, как свиток… вспомни, Эль…

— Не смей меня так называть, ты…

— Так называла тебя твоя любимая служанка, да? Та, которая делала тебе приятно… Ты пустила ей кровь самой первой.

— Заткнись!

Лионза отстранилась и достала кинжал. Элеонора замерла в удивлении. Она что, собирается её убить вот этим? Он даже не серебряный. Но Лионза резким движением вспорола то, что осталось от одежды Элеоноры, обнажив её тело, стройное, с высокой небольшой грудью. И такое красивое в свете лампад, даже несмотря на мертвенную бледность. Лионза издала тихий вздох восхищения и нежно поцеловала потемневший сосок на груди. Он никак не отреагировал на ласку.

— Я слышала, есть люди, которым нравится делать всякие вещи с мертвецами — тихо сказала Элеонора, — может, ты из них?

— Не льсти себе, ты ещё жива… — Лионза склонилась к груди вампирши, — слышишь, твое сердце ещё бьется, просто очень медленно. Оно окончательно остановится только через несколько дней…

— И как ты этому собралась помешать?

— Есть один способ…

Лионза поцеловала второй сосок.

— Ты позволяла ей целовать твою грудь… Это было так волнительно, так необычно…

Лионза, целуя бледное тело вампирши, спустилась к пупку.

— А тут ещё приятней… Но самое лучшее, когда она начинала играть с твоим бугорком…

Язык Лионзы скользнул к клитору Элеоноры. Та вздрогнула всем телом.

— Вот… твое тело начинает вспоминать, как это было хорошо…

Вампирша решила немного помолчать, ожидая удобного момента, чтобы укусить надоедливую особу или хотя бы свернуть ей шею. Пусть немного поиграет в доктора, если ей так хочется.