Воплощение снов (СИ) - Федотова Надежда Григорьевна

Однако термы — это не лимонная вода и пара отбивных. «Надо будет хоть банщику пару монет от себя оставить, — озабоченно думал Нейл, машинально скользя пером по бумаге. Мэтр Клауделл все еще не закончил перечислять необходимые условия для создания купола. — Лучше бы конечно к счету присовокупить, но ведь Райан опять раскричится, что крохобором его выставляю. И Фаиз, сто к одному, найдет, что добавить» По лицу адепта эль Хаарта вновь проскользнула кислая гримаса. Он терпеть не мог Фаиза ан Фарайя. Надменный алмарец способен был вызвать приступ желудочных колик, наверное, даже у собственной матери — до того высокого он был о себе мнения и столь мало его интересовало мнение об этом всех остальных. Он говорил то, что думал, делал, что хотел, и плевал на тех, кто был с этим не согласен, далеко и со свистом. Его ядовитого жала опасались даже старшие адепты. А то, что Фаиз с первого курса избрал боевую стезю и имел высший балл по всем соответствующим дисциплинам, довершало дело: соученики предпочитали держаться от алмарца подальше. Все, за исключением безликой пятерки его соотечественников-подпевал и Райана Рексфорда. Что уж Райан нашел в Фаизе, боги его знают, но, к большому сожалению Нейла и еще большему — добродушного Зигмунда, которому обычно доставалось крепче всех, в их маленькой компании ан Фарайя обосновался прочно.

«Сегодня наверняка тоже явится, — мысленно предрек адепт эль Хаарт. — Куда же без него. И мы все, как всегда, наслушаемся» Он задумчиво прикусил кончик пера. Общество Фаиза ан Фарайя, конечно, то еще удовольствие… Но термы? Нейл скосил глаза на окно, за которым перекатывался сизый влажный туман, и вздохнул уже в голос. Демоны с ними, с Фаизом и его языком без костей! «Переживу как-нибудь, — смалодушничал он. — Уж за пару часов этот змей меня до печенок достать не успеет. Или, может, Азата с собой прихватить? Глядишь, Фаиз хоть при нем помело свое придержит».

Нейл взглянул на соседа, с печатью обреченности на лице тихо синеющего на лавке, и, подумав, решил, что все-таки не стоит. Во-первых, Райану это может не понравиться. А во-вторых, бедняге и без того несладко, а тут еще ан Фарайя — да Азату пламя нижнего мира в сравнении с теми термами небесными чертогами покажется!

— …и если вопросов нет, перейдем к практической части создания купола, — долетело снизу долгожданное. Нейл, отвлекшись от своих дум, встрепенулся. — В первую очередь творец мысленно очерчивает…

Сиплый старческий голос потонул в оглушительном звоне рекреационного колокола, победным вихрем пронесшегося по всем этажам учебного корпуса. Адепты зашевелились на лавках, загомонили, захлопали крышками парт. Кто-то уже торопливо проталкивался к дверям, кто-то тормошил уснувшего товарища… Нейл, вытирая перо и укладывая его к остальным, в длинный деревянный пенал, сокрушенно качнул головой:

— До купола так и не дошли. По-моему, достопочтенному мэтру давно пора на покой.

— А смысл? — философски обронил Азат. — Таких тут через одного, всех не проводишь… Ну что, к Моссдену? Там хоть не уснем!

Адепт эль Хаарт принужденно улыбнулся. Насчет последнего сосед был, несомненно, прав: на тренировке у мэтра Моссдена не то что носом клевать, там и дышать как правило было некогда. Жаль только, что преподавал он хоть и прикладную, но отнюдь не магическую дисциплину — с которой у Нейла дела обстояли весьма так себе. Рукопашный бой! Три часа мучений, полная спина синяков и никакого со всего это толку. «Ну, хоть в термах после разомнут, — пасмурно подумал Нейл. — Не придется завтра мучиться… Что бы я без Райана делал?» Молодой человек бросил пенал в холщовую ученическую сумку, кивнул соседу и выбрался из-за парты.

* * *

Термы на Береговой линии по праву считались лучшими во всей Бар-Шаббе. Даже сам архимаг, пока позволяли годы и здоровье, был здесь завсегдатаем, а что уж говорить о прочих? Достопочтенные мэтры, богатые горожане, заезжие купцы и, конечно, молодые повесы вроде Райана Рексфорда, швыряющие направо и налево отцовские деньги, знали и любили термы на Береговой. И было за что. Стоящий на самой вершине Седого утеса, наособицу, окруженный двойным кольцом стройных высоких тополей мраморный дворец — иначе никак не назвать — был на две головы выше своих собратьев во всех смыслах. Огромный, белоснежный, может быть, несколько претенциозный, но несомненно величественный, он являл собой незабываемое зрелище. А уж внутри гостя ждало истинное волшебство: там клубился мягкими облаками горячий пар, плескалась в бассейнах, выложенных тонкими плитками розового кварца и лазурита, прозрачная вода, глянцево блестели мраморные столы, у которых трудились лучшие банщики побережья, журчали фонтаны с теплой термальной водой из подземного источника, манили приятным сумраком полукруглые ниши для отдыха… В термах на Береговой имелись даже библиотека и трапезная, где подавали блюда и вина на самый изысканный вкус. Здесь было всё — и только самое лучшее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В парной, жаркой и влажной, стоял негромкий гул голосов. На широких мраморных скамьях, откинувшись на теплые стены, искусно изукрашенные мозаикой, сидели и лежали полуголые мужчины разных возрастов и сословий, в одинаковых коротких простынях вокруг бедер. Тихо переговаривались солидные горожане, обсуждая какие-то свои дела, убеленные сединами мэтры, прикрыв глаза, отдыхали от шума многолюдных лекториев, адепты из числа счастливчиков при деньгах и связях грелись бок о бок на гладком мраморе лежанок, изредка перебрасываясь словечком-другим. Нейлу, устроившемуся на широкой скамье между Райаном и Зигмундом, разговаривать не хотелось — после очередной беспокойной ночи его так и клонило в сон.

Райан Рексфорд, повернув голову, стряхнул с покрытого испариной лба влажную светлую челку и легонько толкнул Нейла плечом:

— Эк тебя развезло, дружище! А ведь мы еще даже до трапезной не дошли.

Нейл улыбнулся, с трудом подавив зевок. Сидящий слева Зигмунд де Шелоу понимающе склонил голову.

— В парной так частенько, — сказал он. — Но ты лучше не спи, Нейл. Потом худо будет.

Райан беспечно пожал плечами:

— Да пусть его спит! Будем уходить — растолкаем уж как-нибудь. Хотя в целом Зигги прав, Нейл, были печальные случаи, когда таких вот сонных тетерь отсюда вперед ногами выносили. Поэтому лично я в термы один не хожу.

Адепт эль Хаарт, как мог, изобразил понимание. И тряхнул головой, отгоняя сонную одурь. Полулежащий на противоположном конце мраморной скамьи Фаиз ан Фарайя, заметив это, ехидно осклабился.

— Что такое? — насмешливо спросил он. — Наш малыш совсем поплыл?

Нейл многоопытно прикинулся глухим. Зигмунд тоже, не рискуя вступаться за товарища, — перед Фаизом у него все равно не было шансов. А Райан Рексфорд только махнул рукой:

— Ничего, в холодном бассейне отойдет. А если после ужина сызнова начнет носом клевать — так в «Хризантеме» его живо разбудят!..

Алмарец фыркнул. «Золотая хризантема», самый известный в Бар-Шаббе веселый дом, славился лучшими девушками, которые знали толк в своем деле и растормошить могли не только спящего, но даже, пожалуй, мертвого. Другое дело, что адепт эль Хаарт их щедростью на памяти Фаиза так ни разу и не воспользовался, хотя это было ему вполне по средствам — королевский алхимик не скупился на сыновнее содержание, да и Райан не раз предлагал товарищу «угоститься» за свой счет. Однако при всем при этом Нейл от ласк веселых красавиц неизменно отказывался.

— «Хризантема»! — обронил ан Фарайя. — Да брось, этот и там уснет. Или рискнешь все-таки проститься с девственностью до первых седин, а, эль Хаарт?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Нейл, уже не скрываясь, зевнул.

— Тебя так волнует моя невинность, Фаиз? — лениво осведомился он, даже не взглянув на алмарца. — Вот уж никогда бы не подумал. Мне-то казалось, я для тебя уже староват…

Зигмунд де Шелоу, и так распаренный, красный, заполыхал щеками еще сильнее и сделал вид, что любуется мозаикой на противоположной стене. Райан весело хмыкнул. А Нейл, потянувшись на скамье, поднялся: