Звездные ангелы. Новый мир - Виктор Хорунжий

Вот и сейчас она с видом полного безразличия к тому, что происходит на улице, уже заняла свой наблюдательный пост, устроившись в кресле.

Обычно Кэти с удовольствием останавливалась поболтать с миссис Томпсон и погладить ее любимца, напоминающего надувную подушку. Но сегодня с самого утра она чувствовала раздражение и непонятную тревогу. Поэтому, вежливо поздоровавшись, Кэти сразу поспешила дальше.

Свежее осеннее утро дышало ей в лицо прохладой и отзывалось веселым чириканьем где-то над головой. Кэти свернула на набережную. Она сама не заметила, как настроение постепенно улучшилось, а на лицо вернулась улыбка.

…Нет, причина внутреннего напряжения старшей сестры крылась вовсе не в разгильдяйстве Элис, младшая была такой всегда. Но в чем именно – Кэти не знала. Какое-то неуловимое тревожное предчувствие засело в ее сердце невидимой занозой.

Дальше дорога к университету шла по набережной речки Флит, и Кэти с удовольствием смотрела на уток, смешно ныряющих в воду за рыбой.

Старинное здание университета с фасадом, пышно украшенным лепниной, больше походило на графскую резиденцию, чем на храм науки. У входа уже шумно толпились студенты. Молодые люди переговаривались, шутили, о чем-то оживленно спорили.

Кэти не могла не заметить, что некоторые поглядывают на нее оценивающе, и, как обычно, смутилась. Стройная, зеленоглазая, с вьющимися волосами, собранными в блестящий шоколадно-каштановый хвост, она частенько привлекала заинтересованные взгляды парней. Но дальше этого дело не заходило: серьезность и сдержанность – вовсе не те черты, что способствуют популярности девушки. Тем более если она застенчива.

Даже ее элегантные очки в искусной оправе казались условным барьером между ней и остальным миром. Добавьте ответственное отношение к учебе – и вот вам «заучка» Кэти, какой, собственно, и считали ее более легкомысленные ровесники.

То ли дело Элис! Общительная и жизнерадостная, она везде была в центре внимания. И многие юношеские сердца становились жертвами ее голубых глаз.

Одевались сестры тоже по-разному: Элис любила яркие наряды, что подчеркивали точеную фигурку девушки; Кэти предпочитала классического покроя платья, свободные брюки и скромные блузы.

Кэти еще поднималась по ступенькам к двери университета, когда услышала позади знакомый звонкий голосок: это ее сестра уже здоровалась с приятелями. И как она успела так быстро добраться?

Элис догоняла Кэти. Складки короткой юбки разлетались в стороны, светлые волосы рассыпались по плечам, а глаза, как всегда, искрились веселыми огоньками: такая себе смесь чертенка с ангелочком. Вот уж кого точно «заучкой» не назовешь!

Училась Элис неплохо, но преподаватели всегда говорили, что могла бы лучше.

– А вот и я!

– Как ты успела так быстро? – удивилась Кэти.

– Разве ты не знала, что я умею летать? – Элис изобразила удивление на симпатичном личике и тут же рассмеялась.

В светлую шумную аудиторию девушки вошли вместе и, как всегда, уселись рядом. Такие непохожие друг на друга – и по характеру, и по внешности, – они были практически неразлучны. И сокурсники знали: чтобы отыскать их обеих, достаточно найти одну, а другая обязательно будет где-то поблизости.

Начался еще один день из череды обычных студенческих будней. В аудиторию вошел мистер Блэйк, преподаватель истории, и шум моментально стих. Кэти с некоторым облегчением открыла конспекты, чтобы с головой погрузиться в занятия и перестать прислушиваться к своим странным ощущениям. Это у нее получилось: чувство «что-то не так», тревожившее девушку с самого утра, утонуло под ворохом новых впечатлений.

Дальше все помчалось по привычному кругу: учеба – друзья – библиотека… Затем Кэти отправилась в школу танцев, а ее сестра – в секцию карате. Она записалась туда недавно, но ходила с большим удовольствием и делала успехи. Ее ловкости и быстроте реакции завидовали даже парни, а сам сенсей называл ее «бесстрашная Элис».

Правда, на все уговоры сестры присоединиться, «ведь там так круто!», Кэти только отмахивалась: ну что за радость прыгать и махать руками-ногами? А для поддержания формы куда приятней исполнять танцевальные па, чем носиться по залу с криками «х-ййя!».

Но если одна из них заканчивала занятия раньше, то обязательно ждала сестру возле речной набережной, чтобы потом идти домой вместе.

Дорога к дому тоже была обычным продолжением дня. Правда, сегодня они не болтали обо всем на свете, как всегда, а шагали рядом молча и каждая думала о своем. Теперь ничто не отвлекало Кэти, поэтому ощущение непонятной тоски и смутной тревоги вернулось. Словно где-то внутри образовалась пустота, которую нечем было заполнить.

Элис вдруг остановилась и стала смотреть на небо.

– Что ты там разглядываешь? – удивилась сестра и тоже подняла голову.

– Птицы… Смотри, сколько их! Наверное, они летят домой, – сказала Элис, всматриваясь в вышину. Где-то между облаками пролетал птичий клин.

– Интересно, откуда они знают, что уже пришло время лететь? – негромко произнесла Кэти, обращаясь то ли к сестре, то ли к самой себе.

– Наверное, в какой-то момент они чувствуют… что должны быть не здесь. И тогда всё вдруг становится чужим и обманчивым. Их тянет куда-то далеко. Возможно, там их дом… И они бросают всё и летят, – негромко произнесла Элис.

Кэти удивленно взглянула на сестру.

«Странно, однако я чувствую то же самое», – хотела признаться Кэти, но вслух все же ничего не произнесла. Только подумала, что из ее уст подобное прозвучало бы слишком абсурдно.

До самого дома они больше не разговаривали. И обе очень удивились бы, если бы знали, что сейчас думают об одном и том же…

Когда девушки добрались домой, в окнах горел свет. Это означало, что отец уже вернулся с работы.

Майкл был полицейским, работу свою любил и имел отличный послужной список. Правда, среди сотрудников слыл нелюдимым человеком. Это было и неудивительно: часто переезжая, просто не успевал заводить близких друзей. Свободное время проводил дома, с дочерьми, готовя вкусные блюда и читая любимые детективы.

Для Кэти и Элис он был не просто отцом, но и другом. Майкл старался изо всех сил, чтобы его девочки не чувствовали себя одиноко без матери, вот и баловал их как мог. С ним можно было обсудить книгу, поделиться секретом или проблемой. И не было случая, чтобы он не помог, хотя бы дельным советом. Поэтому Элис и Кэти звали его то отцом, то Майклом – как приятеля.

– Смотри, нам принесли почту! – воскликнула Элис, указывая на ящик для писем, в прорези которого что-то белело. Она уже вернулась в свое привычное жизнерадостно-буйное состояние. Подбежав к ящику, Элис вытащила небольшой узкий конверт. – Майклу Джонсону, – прочитала она. – Интересно, кто ему пишет? Обратного адреса нет.

– Н-да… – протянула Кэти, – не помню, чтобы ему приходили письма… ну, кроме счетов или приглашений на официальные праздники.

– А может… – Элис состроила загадочную рожицу, – у него кто-то есть?

Такое предположение вовсе не казалось Кэти абсурдным. Майкл был весьма привлекательным мужчиной: высокий брюнет с отличной фигурой. Серые глаза лучились добротой, и в них всегда прятались веселые искорки. К тому же он был очень силен: мог убрать с дороги упавшее дерево, которое и поднять-то было под силу только нескольким мужчинам сразу; а дурачась с дочками, легко, словно мячики, подбрасывал одновременно обеих.

Но ни Кэти, ни Элис никогда не видели, чтобы Майкл с кем-то встречался.

– Стой! – Элис вдруг резко остановилась с конвертом в руках и шумно потянула воздух носом.

– Что с тобой? – испугалась Кэти.

– Разве ты не чувствуешь? – Элис подняла указательный палец и засопела еще громче. – Это же куриные крылышки! Бежим скорее, я ужасно голодна!

Майкл действительно уже доставал из духовки дымящиеся крылышки. Семейный любимец – рыжий кот Бонифаций, крутился у него под ногами в надежде, что какой-нибудь кусочек ненароком упадет.

– Привет студентам! – весело произнес Майкл. – Вы как раз вовремя…

Девушки традиционно чмокнули отца в щеку, красную от жара духовки.

– Па, твое блюдо, наверное, уже обсуждают все соседи: запах потрясающий… А что на гарнир?

Майкл снял кастрюлю с плиты и торжественно открыл крышку:

– Что скажете?

Элис заглянула в кастрюльку.

– Мое любимое овощное рагу! – восхитилась она. – Папуль, я тебя обожаю!

– Тогда хватит болтать, – строго сказала сестре Кэти. – Давай накроем на стол…

– Есть, сэр! – Элис шутливо взяла под козырек. И только сейчас вспомнила о почте. – Па, тебе пришло письмо, – она протянула его Майклу.

Тот вытер руки о передник и взял конверт.

Это только показалось Кэти, или на его лицо действительно легла тень? Но, даже если и так, Майкл быстро взял себя в руки:

– Ну, вы давайте, девочки, расставляйте приборы, а я сейчас… – с этими словами он направился в свою комнату.