Назови меня женой - Майя Бэнкс

Он небрежно махнул рукой:

— Ничего серьезного. Я просто не поставил подпись на одном экземпляре.

Он склонился над кроватью, и в глазах его вновь появился голодный блеск.

— Крисандер... мы все же должны поговорить.

На лице его мелькнула досада, но затем он покорно вздохнул. И сел рядом с ней на кровать.

— Я слушаю, Марли. Что тебя беспокоит?

Его близость лишила ее душевного равновесия. Она быстро вскочила с кровати и встала перед ним.

— Мне хочется знать, какие чувства ты испытываешь ко мне и что думаешь о нашем будущем, — нервно выпалила она.

Губы его твердо сжались.

— Ах, вот до чего дошло... — Он поднялся, сделал к ней шаг и приподнял ее лицо за подбородок. — У нас нет никаких отношений. Ты — моя любовница.

Почему ей показалось, что он ударил ее? Она взглянула на него широко открытыми глазами.

— Любовница? — с трудом выговорила Марли. Возлюбленная, Подруга. Девушка его мечты. Он мог использовать любое из этих определений. Но любовница? Женщина, которой платят за секс?

К горлу Марли поступила тошнота.

Она оттолкнула его руку и отступила назад. Крисандер, похоже, немного смутился.

— Я действительно для тебя только любовница? — выдохнула Марли, все еще не в силах поверить в его слова. — Л-любовница?

Он нетерпеливо вздохнул.

— Ты немного не в себе. Сядь, и я налью тебе чего-нибудь. У меня была тяжелая неделя, и, думаю, этот разговор нам сейчас совершенно ни к чему.

Крисандер заставил ее сесть на кровать и широкими шагами направился на кухню. Он несколько раз пытался вычислить человека, предавшего его, и меньше всего хотел сейчас истерических объяснений со своей любовницей.

Крисандер налил Марли сока, а себе — изрядную порцию виски. Возвращаясь с подносом в спальню, он с улыбкой заметил туфли Марли, оставленные возле лифта. Потом увидел сумочку, брошенную на диван.

Она всегда любила порядок. Что же с ней произошло? Возможно, она себя не очень хорошо чувствует и надо проявить к ней особое внимание. Он поморщился при этой мысли. Но ведь Марли всегда была готова помочь ему расслабиться после долгих деловых поездок или напряженных встреч. Секс с неи возглавлял список его приоритетов.

Крисандер уже собрался войти в спальню и постараться исправить ситуацию, когда увидел листок бумаги, выглядывавший из сумочки Марли. Нахмурившись, он поставил поднос на кофейный столик, и мрачное предчувствие сжало его сердце. Не может быть!

Крисандер вытащил документы, быстро их пролистал, и его охватила бешеная ярость. Марли, его Марли — предательница?!

Ему не верилось в это. Хотелось скомкать бумаги и выбросить прочь. Но доказательства были в его руках, кололи глаза. Фальшивые документы, которые он состряпал этим утром в надежде поймать за руку человека, продававшего его секреты конкурентам, были украдены Марли. Она не тратила время зря.

Неожиданно все прояснилось. Бизнес-планы Анетакиса стали рушиться с тех пор, как Марли поселилась вместе с ним в апартаментах. Она работала в компании Крисандера, но после того, как он убедил ее оставить работу, все равно в любое время могла заходить в его офис. Какой же он глупец!

Крисандер вспомнил звонок Ставроса, который сообщил ему, что Марли появилась в офисе, а затем исчезла на несколько часов. Он все время просил ее соблюдать осторожность, а оказывается, осторожность должен был соблюдать сам. И теперь вот документы оказались в ее сумочке.

Крисандер с гневом сжал бумаги и направился в спальню, где Марли все еще сидела на кровати. Она повернула к нему свое заплаканное лицо, но он мог думать только об одном: как ловко она обманывала его!

— Даю на сборы тридцать минут, — сказал он ровным голосом.

Марли в шоке взглянула на него. Может, она ослышалась?

— Я не понимаю, — запинаясь, проговорила она.

— У тебя есть тридцать минут, чтобы собрать свои вещи, прежде чем я вызову охранника.

Марли вскочила на ноги. В чем дело? Она даже не успела сообщить ему, что беременна.

— Крисандер, что случилось? Почему ты разозлился на меня? Тебе не понравилась моя реакция на то, что ты назвал меня любовницей? Но ведь я думала, что значу для тебя гораздо больше, чем любовница.

— У тебя осталось двадцать восемь минут, — холодно произнес он и поднял руку с несколькими смятыми листами бумаги. — Что ты скажешь насчет этого, Марли? Неужели ты считаешь, что я спокойно отнесусь к предательству? Я ненавижу мошенников и лгунов, а тебя, дорогая, можно отнести и к тем, и к другим.

Кровь отхлынула от ее лица.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Что это за бумаги?

Крисандер презрительно усмехнулся.

— Бумаги, которые ты украла у меня. Радуйся, что я не вызываю полицию, но если увижу тебя снова, то сделаю это обязательно.

— Украла? — Голос ее сорвался от волнения. Она выхватила бумаги из его рук. Слова и графики расплылись перед глазами. Однако адрес электронной почты принадлежит ей. Секретная информация. Детальные планы строительства крупнейшего отеля международного класса. Фотокопии чертежей.

Марли подняла голову и взглянула прямо в его глаза. Ей казалось, что мир рушится.

— Ты думаешь, что я это украла?

— Бумаги были в твоей сумке. Не надо мучить нас обоих и все отрицать. Я хочу, чтобы ты исчезла. — Он демонстративно взглянул на часы. — У тебя осталось двадцать пять минут.

Комок застрял в горле, и Марли не могла вымолвить ни слова. Молча она направилась к двери, даже не пытаясь собраться с мыслями. Ей лишь хотелось скорее уйти. Напоследок она взглянула на Крисандера. Лицо его было суровым.

— Как ты мог подумать обо мне такое? — прошептала она.

Словно слепая, Марли вошла в лифт. Еле сдерживая рыдания, на первом этаже направилась к выходу. Швейцар с сочувствием посмотрел на нее и предложил вызвать такси. Она молча отмахнулась от него и нетвердыми шагами двинулась по тротуару.

Теплый вечерний ветерок обдувал лицо. Слезы на щеках холодили кожу, но она совсем не замечала их. Крисандер должен был выслушать ее. Это какая-то ужасная ошибка.

Охваченная смятением, Марли не заметила человека, шедшего следом. Внезапно кто-то вцепился в ее руку, и она, не успев закричать, почувствовала, как на голову ей надели бумажный мешок.

Марли отбивалась изо всех сил, но бесполезно. И скоро с отчаянием она осознала, что лежит на заднем сиденье какого-то автомобиля. Хлопнула дверца, раздались тихие голоса, и машина тронулась.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Три месяца спустя

Крисандер сидел в своих апартаментах, погруженный в задумчивое молчание. Его компании сейчас уже ничто не угрожало, но от этого ему не становилось легче. Он смотрел на кучу документов, лежавших перед ним. Голос диктора бубнил сводку вечерних новостей.