Назови меня женой - Майя Бэнкс

— Хотите узнать, кто у вас будет: девочка или мальчик? — спросил доктор, широко улыбнувшись.

Крисандер взглянул на Марли, и у нее на секунду перехватило дыхание.

— Да, — прошептала она. — А ты?

Он улыбнулся и поднес ее руку к своим губам.

— Как ты пожелаешь, дорогая.

Марли повернула голову к врачу:

— Пожалуйста, скажите нам.

Она смотрела, как менялось изображение на экране, становясь то четким, то расплывчатым. Через несколько секунд картинка обрела ясные очертания и застыла на месте.

— Поздравляю, у вас мальчик.

Марли перевела дыхание.

— Неужели мальчик? — прошептала она, видя две ножки и две круглые ягодицы.

— Конечно, мальчик. Красивый дьяволенок, не так ли?

— Прекрасный малыш, — хриплым голосом произнес Крисандер. Он коснулся губами щеки Марли. — Спасибо, родная моя.

Марли улыбнулась ему, и Крисандер помог ей встать. Через несколько минут они уже сидели в лимузине.

Она застенчиво взглянула на него.

— Ты счастлив, что у нас сын, Крисандер?

Похоже, его обескуражил этот вопрос. Он притянул ее к себе, нежно погладил округлый живот.

— Разве я дал тебе повод думать обратное?

Она покачала головой:

— Нет, я просто спросила.

— Я счастлив, что у нас будет сын. Но я так же горячо любил бы и нашу дочь.

— И я тоже. — Она вздохнула. — Сегодня такой хороший день. Но мне хочется вспомнить, как я любила тебя.

Глаза его потемнели, и в них мелькнуло нечто, заставившее Марли вздрогнуть.

— Может быть, ты заново научишься любить меня, — помедлив, произнес он.

Марли улыбнулась.

— Тебе легко меня научить. — Успокоенная, она прижалась к нему и, погрузившись в сладкие ощущения, совсем не заметила, как они приехали в аэропорт.

Крисандер помог Марли выйти из машины, и она заморгала от яркого солнечного света. Дул легкий ветерок, и она поежилась от холода.

Крисандер обнял ее за плечи. Они направились к ожидавшему их самолету. Внутри было тепло и очень уютно.

Он провел ее к сиденью и сообщил:

— В заднем отсеке находится кровать. Когда мы взлетим, ты можешь поспать.

— Звучит очень заманчиво, — сказала Марли с улыбкой, усаживаясь в мягкое кресло. Она выглянула в иллюминатор и увидела людей из службы охраны Крисандера, поднимавшихся по трапу.

— Крисандер, зачем тебе столько телохранителей?

Она почувствовала, как он напрягся.

— Я очень богатый человек. И кое-кто желает навредить мне... или тем, кто мне дорог.

— О, и эта опасность очень велика? — спросила она.

— Над этим и работают мои люди — устраняют любую опасность. Не волнуйся, Марли. Я позабочусь о тебе и нашем ребенке.

Они приземлились на маленьком аэродроме в Коринфе после долгих часов перелета, и Крисандер помог ей сойти по трапу на бетонную посадочную полосу. В нескольких сотнях метров их ожидал вертолет. Когда Марли вопросительно взглянула на Крисандера, он наклонился к ней и сообщил:

— Через пятнадцать минут мы будем уже на острове.

Когда они взлетели над морем, Марли залюбовалась сверкающей голубой гладью, но вскоре вдалеке заметила маленькое пятнышко.

— Это остров? — (Крисандер кивнул.) — А у него есть название?

— Анетакис, — ответил он. Марли рассмеялась.

— Я сама могла бы догадаться. — Она покачала головой. Ей казалось нереальным, что Крисандер владеет целым островом. А вот то, что остров называется Анетакис, ее нисколько не удивило. Самолюбие и гордость были неотъемлемой чертой характера бизнесмена.

Вертолет сел на маленькую площадку, расположенную неподалеку от роскошного особняка. Холодный ветерок дул с моря. Марли с надеждой огляделась, но в голове не возникло никаких воспоминаний. Зато появилось ощущение, будто она оказалась в райском уголке, но он не был ее домом. И это пугало.

Крисандер с беспокойством дотронулся до ее лица — и выругался, когда она вздрогнула.

— Я никогда здесь не была, — пробормотала Марли и вопросительно взглянула на него, как бы ища подтверждения.

Он кивнул:

— Так оно и есть. Ты в первый раз на Анетакисе.

— Я не совсем понимаю, — еле слышно произнесла она. — Мы обручены, а я никогда не была в том месте, которое ты называешь домом.

Он твердо сжал губы.

— Мы жили в Нью-Йорке, Марли. Я говорил тебе об этом.

Марли растерялась. Неужели они здесь ни разу не были? Она позволила Крисандеру взять ее за руку, и они направились по длинной извилистой дорожке к особняку. Когда они приблизились к калитке, Марли увидела прозрачную воду, поблескивавшую в бассейне. За домом обнаружился большой внутренний двор.

Большой зал на первом этаже был поделен на три функциональные части: гостиную, кухню и столовую, — плавно перетекающие одна в другую.

Взор Марли обратился к стеклянным дверям, ведущим в патио, где был расположен еще один бассейн, с видом на океан. И вдруг она вздрогнула от неожиданности — на пороге появилась женщина в бикини.

Марли узнала в ней секретаршу Крисандера, но почему та здесь? Кроме того, на улице слишком холодно, чтобы купаться в таком виде.

Рослин взглянула на них, и Марли стало понятно, что она совсем не ожидала увидеть хозяев. Не потрудившись надеть на себя халатик, который держала в руке, секретарша поспешно бросилась к Крисандеру:

— Мистер Анетакис, я ждала вас только завтра!

Ее длинные светлые волосы соблазнительно спускались на спину, и Марли судорожно вздохнула, когда увидела, что трусики купальника практически ничего не скрывают.

— Я надеюсь, вы не будете возражать, что я поплавала в бассейне? — поспешно сказала Рослин, прикасаясь наманикюренными пальчиками к его руке.

— Конечно, нет, — мягко произнес Крисандер. — Я не раз говорил тебе, делай что хочешь. Ты подготовила для меня рабочее место?

— Конечно. Ничего, если я останусь здесь еще на одну ночь? Я не успела предупредить пилотов — вертолет улетел.

Широко раскрытые наивные глаза Рослин не могли обмануть Марли, и она почувствовала, как у нее начинают болеть виски. Марли отошла в сторону, чтобы больше не слышать его секретаршу.

— Пожалуйста, оставайся, Рослин. Надеюсь, ты поужинаешь с нами, — вежливо предложил Крисандер, а Марли между тем поднималась по ступенькам.

Она сама не знала, куда идет, но ей хотелось спрятаться где-нибудь подальше. Она почти поднялась на самый верх, когда Крисандер остановил ее.

— Тебе следовало подождать меня, — укоризненно произнес он. — Мне не нравится, что ты одна идешь по лестнице. А что, если ты упадешь?

Марли открыла рот.

— Ты серьезно?

Он нахмурился, ему явно не понравился ее недоверчивый тон.