Конфеты со вкусом контрабанды - Галина Анатольевна Гордиенко

нормальная, человеческая жизнь закончилась для него сегодняшним звонком в дверь. А то, что начиналось теперь…

Из спальни выглянула мама и просияла ясным солнышком:

– Вы уже подружились!

Лера насмешливо покосилась на Генку. Милые песики согласно заворчали. Сергей Анатольевич, не выходя из комнаты, сказал:

– Дай им время – привыкнут.

Глава 2

Общая псарня

Про Танин день рождения Генка вспомнил с досады. Еще бы! Когда с самого утра ищешь и не находишь в собственной квартире пятый угол…

Сегодняшний день для него начался отвратительно. А дальше уже привычно катился по наезженной колее, не желая сменить направления.

Ранним утром дверь в Генкину комнату вышиб неслабым ударом лапы бесцеремонный Ральф.

– Чего тебе? – пробормотал плохо соображающий со сна Генка. – Леркина комната – направо.

Ральф насмешливо фыркнул, а из коридора вынырнул заспанный бультерьер. Скребя носом по паркету, он с большим трудом доплелся до дружка и рухнул рядом.

– Группа поддержки? – съехидничал Генка.

Он отыскал взглядом часы и застонал: шесть утра!

Генка демонстративно отвернулся к стене и закрыл глаза. У порога негодующе заворчали. Генка сжал кулаки и начал похрапывать.

Пол задрожал, в шею мальчика ткнулся холодный собачий нос. Генка выдерживал характер: продолжал мерно храпеть.

Рядом шумно вздохнули. Генка услышал странный хлопок, и через пару секунд его как ветром сдуло с постели. В комнате стоял такой запах…

– Вот скотина! – потрясенно бормотал, натягивая шорты, Генка. – Нет, ну надо же, скотина…

Кроме него никто не возмущался. Ральф насмешливо щурил глазки, а флегматичный буль бревнышком валялся на пороге и невозмутимо посапывал.

Разъяренный Генка настежь распахнул окно и вылетел из «благухающей» комнаты. Грохнул кулаком в соседнюю дверь и яростно рванул ее на себя.

Ну, так и есть! Лерка, зараза такая, натравила на него своих псов, а сама, сама нагло спала!

– Эй! – взбешенный Генка рывком стянул с притворщицы одеяло. – Вставай!

Он успел заметить, как дрогнули густые, темные ресницы. Больше Лерка ничем себя не выдала. Генку заколотило от злости.

– Ну, погоди! Я сейчас холодной воды принесу! Стакан! Нет, литровую банку!

– З-зачем? – протяжно зевнула девочка.

– Тебе непонятно, да?! – задрожал от возмущения Генка. – Да затем, что твои паршивые псы мне спать не дают! А зараза Ральф так еще и воздух в моей комнате испортил! Зачем!!!

Лерка соизволила открыть глаза.

– Тебе их просто погулять нужно вывести.

И она сладко зевнула.

– Мне?!

– Ну да. Сегодня же твоя очередь.

– Что?!

– Да не клацай ты челюстями! Не кастаньеты же…

Сбитый с толку Генка молчал. Лера демонстративно посмотрела на настенные часы:

– Слушай, если тебе больше нечего сказать, шел бы ты, а? Я, знаешь ли, спать хочу…

Генка чуть не задохнулся от подобной наглости.

– А я – нет?!

– Ну и спал бы! Я тебя поднимала?

– Ты – нет! Зато твоя псарня – да!

– Она не моя!

– А чья?!

Лера безмятежно заявила:

– Со вчерашнего дня – наша! Общая, то есть.

И снисходительно пояснила:

– Леля сказала: мы теперь – одна семья. Значит, мои собачки – это и твои собачки.

И сегодня выгуливать их – твоя очередь. Понял, нет?

До Генки с большим трудом дошло, что Леля – это его собственная мамуля. Но вот все остальное…

– Почему – моя очередь?!

– А ты вчера их выгуливал? – вкрадчиво поинтересовалась Лера.

Генка приоткрыл рот. Гостья холодно констатировала:

– Значит, твой день – сегодня!

Она в очередной раз зевнула и нетерпеливо бросила:

– Выводишь собачек в какой-нибудь скверик. Можешь – без поводков. Они у меня дрессированы. Когда мальчики дела закончат, дашь команду – «домой». По-моему, ничего сложного.

И Лера небрежно посоветовала:

– Я бы на твоем месте поспешила. Ральфик, если ножку в доме поднимет, мало не покажется. Он тебя когда разбудил? Почти полчаса назад?

– Но почему – меня? – вяло огрызнулся Генка. – Ему-то откуда знать о твоей дурацкой очереди?

– Я сказала.

И Леркин вздернутый нос уже окончательно скрылся под одеялом. А в клетке, по-прежнему накрытой темным платком, кто-то явственно завозился и заперхал.

* * *

После утренней пробежки Генка вернуться в постель и не пытался. Милые песики четко дали понять, что подошло время завтрака. И если он им что-нибудь не кинет добровольно, то…

Зубы у них были на месте, а тощий Генка впервые понял, что мясца на нем все-таки достаточно.

Часам к девяти соизволило подняться и остальное семейство. Мать с Сергеем Анатольевичем даже решили заняться приготовлением завтрака и выставили мрачного Генку из кухни. Правда, потом они начали целоваться, забыв о стоящей на огне сковородке, и Генка еле-еле отскреб сгоревший омлет.

Пока голодный Генка готовил на скорую руку гренки, его гипнотизировала жадными взглядами вся троица: Ральф, Лерка и Клоп. Причем базировались они на полу.

К обеду собачья составляющая семейства прекрасно усвоила, в чьем ведении находится кухня, и Генка окончательно лишился покоя. Оба пса следовали за ним по пятам, провожая даже до туалета. Лера же нагло приватизировала Генкин компьютер и, восторженно повизгивая, гоняла на болидах, выбирая самые сложные трассы.

Короче, к двум часам дня Генка созрел. Вспомнил про недавний звонок своей одноклассницы Тани Ивановой. Она приглашала на день рождения, а он, болван полнейший, отнекивался. Но уж теперь-то…

* * *

Вообще-то Генка ничего против Ивановой не имел. Мало того, она ему даже нравилась. И, как чувствовал Генка, эта высокая, белокурая девчонка к нему тоже относилась неплохо. Во всяком случае, последняя открытка к дню рождения была подписана именно ее рукой. Генка специально сравнивал почерк.

Да и он сам будто случайно (под руку попалось!) не раз выносил смущенной Тане из раздевалки то куртку, то дубленку. А во время ее дежурств по классу снисходительно таскал ведра с водой, задерживаясь в школе якобы на какой-нибудь факультатив. И этих мелких знаков внимания Генке вполне хватало.

Идти на Танин день рождения, где наверняка будут ее родители и подруги, Генке не очень хотелось. Он не любил шумных сборищ. Но новоявленная родственница со своим зверинцем была много хуже. Генка решил выбрать меньшее из зол.

Он перезвонил Тане и небрежно поинтересовался, осталось ли в силе ее приглашение. По счастью, да!

И Генка помчался к матери. А вот дальше… Дальше все пошло совсем не так, как он планировал!

Казалось бы, что проще? Но когда Генка попросил деньги на подарок и явно сдуру спросил совета, мама жизнерадостно заулыбалась и тут же окликнула Леру.

Кстати, только сегодня за завтраком Генка выяснил, что его каторга домом вряд ли ограничится. Лера – его ровесница, и