Бесконечная жизнь полная бесконечной похоти (СИ) - Никита Кита

— Та-ак… И-и… — протянул мужчина, потому что с полминуты ничего не происходило.

Как вдруг, в могучем теле прострелила жилка слабости. Колени подкосились, рукоять выскользнула из ладони в перчатке и тяжелый меч громыхаюче упал. Голова закружилась, а в глазах помутнело.

«Действует, действует…» — думал Вейгер.

В какой-то момент сил держаться на ногах не осталось и славный воин грохнулся на спину. Затылок больно приложился о холодный каменный пол, но это было уже не важно. Приподняв руку мужчина увидел, как из-под краги вылетает ворох синих светлячков. Ладонь испарилась и обмякшая перчатка упала совершенно пустая. Магия медленно растворяла его с ног до головы. Старое тело бесследно исчезало, пока воин представлял себя снова молодым и полным сил.

«Двадцать лет, помню себя. Море было по колено. Никто не мог меня остановить. Да в те годы, да с моим нынешним опытом, я бы этого Чантраха одной левой уложил, не запыхавшись! Ну и самое главное, в постели мог с вечера и до самого утра, пол трактира перетрахать, и дрын колом стоял, не то, что сейчас…»

Сознание славного воина ослабло. На какое-то время оно погрузилось в тёмную пустоту. Состояние напоминало неинтересный и глупый сон, зацикленный на своей бесцельности. Разум Вейгера ожидал. Ожидал, когда чары воплотят замысел колдуна создавшего их. Результат будет непредсказуемым. Но он определённо будет и его следует лишь дождаться.

Неизвестно сколько времени прошло в тёмной пустоте, но вот…

Бывший предводитель воинов Арханура раскрыл глаза. То, что он увидел было не парящей платформой, и то, что он ощутил, было не тело Вейгера Брода. Сознание тоже изменилось. Новые знания наполнили черепную коробку в дополнение к старым. В тоже время, какая-то важная и не очень информация из прошлого ушла в забвение.

И только одно можно было сказать наверняка — новая жизнь, начиналась прямо сейчас.

Глава 1. Рыжая служанка

Вейгер Брод лежал распластавшись на широкой мягкой кровати. Точнее сказать, сейчас его уже звали Шосо Брод, сын Рувина Брода. Рувином Вейгер в прошлой жизни назвал своего первенца, рождённого от сводной сестры. Это означало, что он переместился не в кого нибудь, а в тело своего собственного внука.

Бывший воитель мало-помалу узнавал место, где очутился. Деревянные стены, большая костяная люстра на потолке, массивный пушистый ковёр из шкуры толсторыка на полу, серебряный подсвечник на тумбочке из красного дуба. Похоже на одну из комнат поместья Остерлинга недалеко от столицы Арханура.

Шосо поднялся с кровати на ноги, ощущая себя совершенно иначе, нежели раньше. Тощее совсем юное тело, разрывало от бойкой бесперебойной энергии. Каждое движение было до того лёгким и непринуждённым, что казалось он сейчас оттолкнётся и взлетит. Никакой тебе боли в пояснице, никакого треска в коленях, ни капельки желания прилечь отдохнуть подольше. Вот она молодость! Вот он расцвет мужской доблести!

Шосо шагнул к окну, откинул задвижку и снял сбитый из досок ставень. Дневной обеденный свет залил просторную, слегка пыльную комнатушку. Вид из окна подтверждал догадку о поместье. Теперь он мог подойти к зеркалу напротив кровати и взглянуть на своё новое тело. Перерожденец так и сделал.

С другой стороны на него взирал худой, мускулистый юнец, с голубыми глазами, густыми каштановыми волосами, полоской светлых веснушек на носу и острым, словно копьё, подбородком. Миловидное лицо выглядело до того женственным, что сложно было сказать сразу, кто отражается в зеркале, девушка или парень.

«Да, внучок… Не перевелся на тебе мой род. Ты также красив, как я в твои годы. Что не говори, а большинству женщин нравятся именно такие смазливые паршивцы.»

На широкоплечим торсе висела свежая серая войлочная рубашка, а на узких бёдрах сидело чистенькое зеленоватое бре из конопли. Привычка спать в нижнем белье осталась сквозь поколения. Только если Брод засыпал в обнимку с пылкой красавицей, он делал это полностью нагим.

Юноша немного подвигался, красуясь в зеркале и испытывая молодые суставы на гибкость. Последний раз встать в такой высокий мостик он мог лет в тридцать. А вот шпагат Шосо не осилил ни продольный, ни поперечный.

«Плохо, внучок, плохо. Воину нужно уметь не только мечом махать да из лука стрелять. Ну и как после силовой тренировки без растяжки?»

В животе неожиданно заурчало. Признак явного голода. Он проспал до обеда и, судя по воспоминаниям, вчера был пир по поводу возвращения из похода войска генерала Ханмута. На гуляньях юноша не пил, к девкам не приставал, а только заворожённо слушал рассказы старых вояк о том, как они сражались с полчищами гигантских крыс у предгорий Маракуна. С их слов, твари сначала выжрали всех гоблинов в горных пещерах, а когда уродливые карлики закончились, побежали всем скопом кошмарить мирные людские деревни.

«Так-так, выходит мой первенец Рувин сейчас главный военный советник при дворе короля Рейтгара.» — отыскал нужные воспоминания Вейгер — «А ведь я думал он добьётся Серебряного Трона для моего рода. Вот обалдуй, весь в свою мать…»

И тут в входную дверь постучали. Юноша повернул голову от зеркала к высокой створке украшенной резьбой по дереву. По одному стуку он определил, что ударяла женская рука, не мужская. Очень хрупкая и нежная…

Шосо довольно улыбнулся. Он знал, кто пришёл. В воспоминаниях была эта информация. В голове юноша сразу прокрутил все дальнейшие свои действия.

«Ну что, внучок, моего-то опыта и самоуверенности тебе и не хватало. Сбросим твою листву здесь и сейчас. Заодно проверю наш Бродовский родовой „клинок“ на износостойкость. Не подведёшь славное имя деда?»

— Господин Брод, я принесла ваш обед, позволите войти? — долетел из-за створки тоненький девичий голосок.

Согласно чину служанка была обязана обратиться «ваше превосходительство», но Шосо сам разрешил ей называть себя просто господином.

— Входи, Франческа. — промолвил он, не скрывая радости в голосе.

Тяжёлая створка медленно и со скрипом откатилась. Дверь не запирали, потому что в коридоре дежурила стража, да и никто в здравом уме не решиться навердить человеку из рода Бродов. В проёме показался женский силуэт в длинном лиловом платье. В руках он сжимал деревянный поднос заваленный фруктами, сырами, жареным мясом и свежим хлебом. Также на нём стоял кувшин с любимым Шосо козьим молоком.

Тоненькие девичьи руки дрожали от нагрузки, но служанка всё равно держала безупречную осанку. Копна кудрявых рыжих волос обнимала милую юную мордашку. Застенчивые голубые глазки смотрели на своего господина с раболепным восхищением.

«Ох, не зря эту девицу поставили служить в поместье Остерлинга, ох не