Мороз по коже - Roxanne01

Она стонет, опирается на руку и садится. Трясёт головой. Ещё до того, как Киллер Фрост открывает глаза, я успеваю запихнуть наручники в карман. Опускаю руку, всего миг — и в меня впивается колючий взгляд, синий, как ясное зимнее небо. Холод бежит мурашками по коже. Это не от её силы, а от осознания: выбор сделан, и теперь придётся расхлёбывать последствия.

— Ты в порядке? — Дежурный, ничего не значащий вопрос, который американцы задают с такой же рутинно, как желают доброго утра, дня или вечера.

— Нихрена, — хрипло отвечает она. Касается лба, где алым пятном выделяется ссадина — яркая на фоне белоснежной кожи. — Ты сбил меня, козёл!

— Ты сама выскочила под колёса, — тут же парирую я.

По коже пробегает новый холодок, на этот раз от страха. Вокруг её свободной кисти начинает клубиться иней. Но вот лицо кривится от боли, и я инстинктивно понимаю: она слишком измотана, чтобы пустить в ход свои особые силы. Но это мало успокаивает. Даже без метаспособностей Киллер Фрост может прикончить меня голыми руками. Если захочет. Или если я окажусь для неё бесполезен.

— Слушай, выглядишь неважно, — начинаю я, стараясь казаться максимально естественным. Думаю, в этот миг мне впору вручить премию за лучшую актёрскую игру. — Может, подвезти тебя? Ну, туда, где смогут помочь.

Её подозрительный взгляд заставляет сердце пропустить удар. Вдалеке раздаётся вой полицейских сирен. Она тоже его слышит, но не сводит с меня глаз. Даже полулёжа на асфальте, она умудряется выглядеть одновременно жутко и прекрасно.

— Замётано, — соглашается она.

Я протягиваю руку, Киллер Фрост принимает помощь. Её ладонь удивительно мягкая, но при этом холодная, будто под кожей течёт не кровь, а сжиженный фреон.

Киллер Фрост поднимается и, опираясь на моё плечо, направляется к машине. Я нарочно сгорбился, но не из-за её веса, а на случай, если она привалится ко мне. Так она не почувствует под курткой кобуру. Если заметит ствол — всё кончено. Даже раненая, она свернёт мне шею.

Сажаю её на переднее сиденье, обхожу машину и устраиваюсь за рулём. Её лицо остаётся бесстрастным, хотя вой сирен становится всё громче. Ещё чуть-чуть, и другие копы появятся из-за поворота. Если заметят пассажирку в моей машине, то начнётся погоня. А когда нас прижмут — а нас точно прижмут, — она наверняка возьмёт меня в заложники. И если догадается, кто я на самом деле, всё полетит ко всем чертям окончательно.

Двигатель заводится с полоборота, и я невольно выдыхаю с облегчением. Киллер Фрост тоже. С синеватых губ срывается облачко пара. Красиво.

— Тебе куда?

— Прямо, — отвечает она, не отрывая взгляда от дороги. — И поторопись. Мой док принимает строго по записи.

Я давлю на газ, но не резко. Быстрый старт привлечёт внимание, а мне нужно слиться с потоком редких машин. Кажется, Киллер Фрост это тоже понимает: она указывает на первый поворот к четырёхполоске, где движение куда оживлённее.

Через пару кварталов вой сирен тонет в какофонии автомобильных сигналов. Водители спешат на работу, к серым будням офисов. Грязная бомба, Джокер, массовая гибель копов — в конце концов всё это меркнет перед другими монстрами: корпорациями, бизнесом, рутиной.

Держа руки на руле, я вдруг понимаю ещё одну причину, по которой остановился, чтобы помочь ей. Ведь я и сам почти задохнулся в этой безликой обыденности.

Раньше я думал, что если уж попал в мир, где в небе парят супергерои и боги, то всё изменится, но куда там. Не поменялась почти ничего, только психи стали носить более навороченные пушки и накачиваться более забористой дрянью, чем простая наркота. А порой они и вовсе могли разносить всё вокруг одной лишь силой мысли.

А я… я остался просто человеком. Белый парень под тридцать, среднего роста, без каких-либо особых примет. Единственное, что меня выделяло, — едва заметный акцент, намекающий на иностранное происхождение. Слишком обычный даже для того, кто пришёл из мира, где все, кто окружал меня сейчас, были лишь персонажами комиксов и их экранизаций.

Год назад ребята из департамента по пришельцам из иных вселенных поставили мне штамп «невозвратный». Взяли подписку о неразглашении и посоветовали «осваиваться в новом доме». «Моя» Земля так и не была идентифицирована, а значит, никто не мог вернуть меня обратно. Вместо этого мне назначили социального работника и выдали направление на биржу труда.

Выбор там оказался прост: укладчик шпал или стажёр в полицейском участке. Я выбрал второе и вскоре оказался в водовороте нудной работы. Мелкой рыбе вроде меня перепадали только третьесортные подельники второсортных злодеев. Паковать их оказалось не самым захватывающим занятием, но невероятно выматывающим.

Мой типичный день напоминал заезженный скрипт. Подъём. Завтрак. Пробежка. Душ. Дорога до участка. Регистрация очередного мелкого преступника. Допрос. Отчёт. Кофе. Потом снова допрос, отчёт, ещё кофе. Дополнение отчёта по вчерашнему допросу. Отчёт по уликам. Обед — пончик. Классика. Затем ещё отчёты. Выезд с напарником на какую-нибудь бытовуху, отчёт по ней. Разнос от шефа — без повода, просто для поддержания тонуса. Больше его, чем моего.

А после — дорога домой, в квартирку-студию с крошечными окнами и видом на серый бетон соседнего небоскрёба. Ужин. Душ. Сон.

И так по кругу. Снова и снова. Настоящая западня без просвета и надежды на что-то большее. И мысль, что я просто долбаный NPC на общем фоне.

А вот Киллер Фрост, сидящая рядом — героиня. И она всегда была свободной. Опасной. Неудержимой. Среди нас, копов, её репутация была дурной. Большинство суперзлодеев стараются всё же избегать лишних жертв. Кровожадность привлекает борцов с преступностью, таких как Бэтмен, а это прямой путь в Аркхем. Но Киллер Фрост никогда не заморачивалась такими ограничениями. Грабя банки, она оставляла за собой максимальный хаос и разрушения, как будто специально бросала вызов обществу и героям. И что удивительно — ей всё сходило с рук. Так продолжалось, пока её не прижала Аманда Уоллер и не отправила с самоубийственной миссией в Аркхем. Последствия этой провальной затеи мы и разгребали прошедшей ночью.

Строго говоря, я не должен знать этого. Точнее, не должен показывать, что знаю. Я понял это ещё в Департаменте по делам иномирцев (ДДИ), сразу же, как только убедился: вокруг — реальность, а не галлюцинация.

Глядя на разворот газеты с Лигой Справедливости, я осознал: