Оранжевый туман - Анатолий Лосев

Я взял свою обгорелую лопату и пошел за ним — вроде как в другом месте покопать собираюсь.

— С Катей Северовой ты уже знаком? — спросил он меня по дороге.

— Знаком. А она что, тоже?..

— Телекинез — передвижение предметов без физического воздействия. Это Катя умеет.

— Класс! А ты?

— Так, всего понемножку, — уклончиво ответил Макс, — обычно способности проявляются в экстремальных ситуациях, но сейчас что-то, видимо, происходит, потому что я чувствую обострение своих возможностей.

«Я тоже», — подумал я. Этот парень все равно слышит все, о чем я думаю.

— Ты не замечал в последнее время ничего странного? Может быть, у тебя или твоих соседей наблюдался полтергейст?

— Что такое полтергейст, я знаю! — быстро сказал я.

— Так ничего такого не происходило?

Мне на память пришел один случай. Мы недавно купили молодого дога — дом охранять. У нас ведь, я говорил, дом в частном секторе. Город наш вообще небольшой, частных домов больше, чем тех, что с квартирами.

Наш городок стоит на холме. На самой его верхушке — церковь и почта, за ними, на склоне, — наша школа и дорога, выходящая на трассу и железнодорожную ветку. А с другой стороны — главный жилой квартал из частных домов, спускающийся к заросшей лесом долине реки.

Так вот, во дворе у нас Червонец сидит, беспородный. Сидит себе и сидит, никто на него внимания давно не обращает. Дряхлый уже стал, не кусается, только брешет на прохожих иногда, по старой памяти.

И мы завели Геста. Совсем недавно, месяца два он у нас. Молодой пес, умный, привязчивый очень. Настоящий друг. Я его уже голос подавать выучил.

Но в последнее время — с неделю, не больше — он стал какой-то странный. Я думал, болеет. Но прививки, какие положено, у него все есть. Может, жару плохо переносит?

Но дома никто ничего не замечает. Отец второй раз меня неврастеником обозвал. Я на него очень обиделся. А вдруг с Гестом что-то серьезное? Вдруг он умрет?..

— Вроде ничего не происходило, — все-таки ответил я.

Макс серьезно посмотрел на меня поверх очков и ничего не сказал.

Мы пришли на второй этаж нашего «второго дома», будь он неладен. Там на подоконнике сидела Катя и делала вид, что моет окно.

ГЛАВА II Пятеро над лесом

В новую школу я перевелась сама. Бесполезно полагаться в любых важных делах на них, на родителей. По-моему, им вообще все равно, учусь я или нет.

Они оба давно пьют, лет шесть уже. Я не очень люблю об этом говорить…

Мама пыталась что-то изменить, тетка ей давала деньги съездить в город, к доктору, который коды ставит. Мама тогда говорила, что вернется, заберет меня и мы будем жить хорошо, как раньше, только без отца. С отцом хорошо не получится. Мама его все еще любит, сама так говорит, но отец не хочет даже попытаться вылечиться.

Тетка дала матери деньги, а она их пропила в тот же день, вот и все. Да я знала, что так будет. Но надеялась. Вдруг то, что я знаю, — вроде как самообман, и все может получиться по-другому? Но это всегда сбывается. Бабка говорила, что у меня есть дар, угадывать, что может произойти дальше, и находить потерянные вещи.

Когда мне было года два, я начинала страшно плакать, когда мы с мамой проходили мимо магазина, где продавали водку в розлив. Как будто еще тогда знала, как все это может кончиться.

Я всегда знаю, что произойдет с моими родителями или с сестренкой в будущем. Сестренка у меня в детдоме, и иногда мама, когда не очень пьяная, просит, чтобы я рассказала, что с ней сейчас.

А когда я пришла в новую школу на отработку, она у меня в конце августа, меня будто что-то захватило: я увидела незнакомого парня с собакой. С большим догом. Парень сидел на корточках и разговаривал с ним. Потом видение пропало.

Иногда бывает, что-нибудь кажется само по себе, когда перед этим не настраиваешься что-то увидеть. Обычно это означает что-то важное.

Я очень удивилась — до сих пор я видела только близких мне людей. У меня была хорошая подруга, она жила здесь два года назад, Неля ее звали. Ее я тоже видела перед тем, как мы познакомились. Знала, что потом мы с ней встретимся. Только так же, как тогда с мамой, мне очень хотелось, чтобы это было ошибкой.

Я видела, как она выходит из поезда на железнодорожной станции — тут недалеко — купить чего-то.

И, увидев меня, только кивает головой и заходит обратно в поезд.

«Это же я, Оля Полунина!» — хотела я крикнуть, но только так же кивнула в ответ.

Одним словом, я вижу только близких мне людей, а теперь, когда мне стали являться картины с теми, кого я совсем не знаю…

Еще я увидела тоже незнакомого мальчишку высокого роста, в очках, который стоял посреди пустыря и смотрел в небо, словно высматривал там что-то. Пустырь я узнала, и от этого видение показалось мне особенно реальным.

Когда я пришла на отработку, меня тут же отправили мыть полы на второй этаж. Я оказалась в компании маленькой черненькой девчонки, которая пришла раньше меня и очень усердно мыла полы. Мы познакомились.

— Наташа, — сказала она, когда я спросила, как ее зовут, и покраснела. Бывают такие патологически застенчивые люди. Она мне показалась очень замкнутой, зажатой, и все-таки я почувствовала к ней симпатию.

Вообще-то я тоже не особо общительный человек.

Некоторое время мы молчали. Наташа так вдохновенно драила полы, что мне стало неудобно. Я вроде покрепче ее. К нам подошел мальчонка, с трудом тащивший полное ведро воды.

— Юрий Германович сказал вам принести, — проворчал он, поставил ведро на пол и принялся растирать затекшие руки.

Я не обратила на него внимания. Сейчас меня больше занимало, что за человек эта Наташа и почему она так на меня смотрит, будто тоже видела меня, как я видела тех незнакомых ребят.

— У меня такое чувство, будто бы я тебя знаю, — начала я разговор. Наташа сама бы ни за что не заговорила первой.

— У меня тоже, — застенчиво улыбнулась она, и я поняла, что мы нашли общий язык. Как тогда, когда Неля запросто подошла ко мне и предложила прокатиться с ней на речку. Девчонки из больших городов вообще гораздо раскованнее. Но от Нельки уже тогда веяло чем-то эгоистическим: ее сослали на лето в наше захолустье, и она искала себе компанию. А Наташа была совсем другой.

Я подумала, кем могут быть ее родители. И решила, что, наверное, она живет с матерью одна и ни сестер, ни братьев у нее нет. Да и живут небогато. Обычно я такие вещи очень точно угадываю.

Мальчишка, который принес воду, все еще стоял тут. По-моему, его мучило любопытство.

— Раз уж вы знакомитесь, — сердитым голосом сказал он, — то я — Дмитрий Грановский.