Тайна рода Загорских - Алёна Токарева

— Эта Ульяна какая-то не такая… — однажды заявила Даша, когда они со Светой после занятий шли к метро.

— Конечно, не такая… — усмехнулась Войнович. — А ты что, только сейчас заметила?

— Просто в последнее время это стало особенно бросаться в глаза… — туманно пояснила Даша.

— А почему ты вдруг о ней вспомнила? — насторожилась приятельница. — Что-то случилось?

— Нет, ничего… — поспешно проговорила Даша. — Как-то само пришло в голову…

Её так и подмывало рассказать о том происшествии с Лёнькой, но в последний момент она прикусила язык. Что-то останавливало, не давало выболтать чужую тайну. В конце концов, Даша ведь обещала Ульяне молчать, так что лучше не распространяться на эту тему. А то мало ли что! От Ульянки можно ожидать чего угодно. Странная она. И опасная. С такой лучше не связываться.

— Да ну её… — махнула рукой Света. — Зачем говорить об этой юродивой? Как будто нет других тем…

— Например? — облегчённо вздохнула Даша, которая уже и сама была не рада, что затеяла разговор.

— Ты знаешь, что тут Лёнька Голубь отчебучил? — затараторила Света. — Связался с аспиранткой, вот! Нашёл себе старуху…

Она, как и большинство девчонок их курса, неровно дышала к красавчику Лёньке, поэтому готова была обсуждать его часами.

— Нет, я этого не знала, — поморщилась Даша. — И, честно говоря, не хочу знать. Мне он неинтересен.

— Ты серьёзно?! — воскликнула Света. — Или просто прикидываешься?

У неё в голове не укладывалось, что кто-то мог оставаться равнодушным к её кумиру.

— А с чего это вдруг я должна прикидываться? — раздражённо пожала плечами Даша. — Мне что, надо визжать от восторга при виде смазливой физиономии Голубя? Или петь дифирамбы его скудному умишке? Тоже мне райская птица!

— Ну не скажи… — Света даже обиделась. — Конечно, не райская птица, а Голубь… Наш сизокрылый голубок… Он далеко не дурак и к тому же симпатяга…

— Не вижу в нём ничего особенного, — отчеканила Даша. — И не понимаю ажиотажа вокруг его персоны…

— Ты потому так говоришь, что сама в него влюблена, а он не обращает на тебя внимания! — выпалила Войнович.

— Глупая ты, Светка… — улыбнулась Даша. — Хоть раз сними розовые очки и посмотри на Лёньку объективно… Сразу поймёшь, что это не тот вариант, и что есть ребята получше…

Слава богу, они уже спустились в метро, и дальше им было не по пути, а то точно бы поссорились.

— Ну пока, — надула губы Света.

Ей совсем не хотелось развенчивать своего героя.

— Пока, подружка, — кивнула Даша. — Можешь и дальше витать в облаках, если тебе так нравится…

Света обиженно дёрнула плечом и побежала на свой поезд, который только что с грохотом выкатился на платформу. Даша посмотрела ей вслед и двинулась в противоположную сторону. Она снисходительно относилась к симпатии своей приятельницы. Да, есть девчонки — и их большинство! — которые влюбляются в парней, что нравятся всем. Проще говоря, в общепризнанных кумиров. Даша не могла отнести себя к этой категории. То, что нравилось всем, в ней скорее всего вызывало протест и бурю негодования. Так было до сих пор. Так случилось и с Лёнькой Голубем. В самом начале первого курса Даша, конечно, обратила внимание на высокого крепкого парня со светлой шевелюрой и большими тёмно-карими глазами, потому что тот был слишком заметным. Она уже собралась в него влюбиться, но как только сообразила, что в своём интересе не одинока, и что ей предстоит влиться в довольно-таки многочисленную армию Лёнькиных поклонниц, её сразу будто бабки отшептали, и Лёнька как объект любви перестал для неё существовать.

Он был неглуп, но, кроме выдающейся внешности, пожалуй, ничем особенным не отличался. Главная же проблема состояла в том, что Даша не желала довольствоваться «пищей», которая нравилась всем. Ей хотелось найти что-то своё — неповторимое и принадлежащее только ей. Поэтому она с лёгкостью отказалась от идеи влюбиться в Лёньку и оставила его на растерзание сокурсницам, да, похоже, ещё и девицам постарше, тоже запавшим на Голубя. Толкаться в очереди, распихивая локтями остальных — это был не её стиль. А Светка, видимо, так и осталась на уровне девочки-подростка, ни грамма не повзрослев и не разобравшись в ситуации. А, может, Лёнька ей действительно нравился? Или всё-таки она оказалась из категории тех девчонок, которые влюбляются в кумиров большинства?

Глава 2

— Привет, мамуль! — крикнула из прихожей Даша, едва закрыв входную дверь.

Она так любила эти моменты возвращения, когда мама была дома и колдовала на кухне, а по квартире плыли умопомрачительные запахи.

— А, Дашка, привет, — мама на минуту выбежала в прихожую, вытирая руки о полотенце, чмокнула дочь и тут же умчалась обратно. — У меня оладьи подгорают…

Оладушки, ура! Пышные, ароматные да со сметаной! Даша только сейчас почувствовала, что зверски проголодалась. Кажется, готова умять целую гору маминых оладьев. Когда они со старшей сестрой Вероникой были маленькими, то чуть ли не дрались за то, кому достанется последний оладушек. Потом Вероника выросла и стала тщательно следить за фигурой, наложив на оладьи табу. И вся вкуснятина доставалась Даше.

— Ешь, ешь, — ехидно улыбалась сестрица, — толще будешь! И ни один приличный парень на тебя не посмотрит…

— Ну что ты её пугаешь! — досадливо морщилась мама. — Она ещё ребёнок. И потом у Дашки совсем другая конституция. Ты вот склонна к полноте, а она нет. Вон рёбра торчат… Кожа да кости… Кормлю-кормлю её, а не в коня корм…

— Никакой я не конь! — обижалась Даша.

— Конечно, нет, — улыбалась мама. — Просто это выражение такое. Когда человек много ест, но не поправляется, о нём так говорят…

У Даши и, правда, от природы был отличный обмен веществ — никакие мамины оладьи, пироги и пельмени не грозили испортить ей фигуру. А вот Вероника выглядела аппетитной пышечкой. Но, как известно, при таком телосложении, если не следить за питанием, то можно легко перейти из категории «девушки с формами» в разряд толстух. Даше, конечно, не хотелось об этом задумываться, да и не было необходимости. Она просто уминала разные вкусности и не парилась. На радость маме.

Теперь всё это ушло в прошлое. Вероника рано вышла замуж