Хватит мечтать, займись делом! Почему важнее хорошо работать, чем искать хорошую работу - Ньюпорт Кэл

Проблемы начались с изучения коанов. В буддийской традиции коан – текст в форме вопроса или притчи, не имеющий логического смысла. Коаны предназначены для постижения сути учения через просветление. Объясняя, что такое коан, Томас привел пример из своего опыта, относящегося к началу монашеского пути.

– Покажи мне дерево, не гнущееся под сильным ветром, – предложил он.

– Понятия не имею, как это сделать, – удивленно сказал я.

– Во время беседы с наставником ты должен отвечать сразу, не раздумывая, иначе тебя попросят уйти и беседа будет окончена.

– Значит, меня бы выгнали.

– Я, – сказал Томас, – ответил вот как. Я встал и стоял, как дерево, слегка покачивая руками, как будто это были ветви, качающиеся на ветру. Понимаешь, дело в том, что это невозможно выразить словами.

Одно из первых серьезных испытаний для начинающего буддийского монаха – коан «му». Выдержавший это испытание считается прошедшим через первые из «восьми врат» и ставшим истинным последователем буддизма. Мне показалось, что Томасу не хочется обсуждать коан. Я и прежде замечал, что буддисты не любят говорить о нем с представителями других конфессий, ведь коан – вещь вне логики, и попытки объяснить его смысл человеку, не знакомому с буддизмом, – чистой воды профанация. Зная это, я не наседал на Томаса. За помощью я обратился к Google. И вот что я узнал.

Ученик спросил Великого мастера Чжаочжоу: «Обладает ли собака природой Будды?» Чжаочжоу ответил: «Му».

«Му» по-китайски означает что-то вроде «нет». Если я правильно понял, Чжаочжоу не ответил на вопрос, а как бы вернул его ученику. Томас пытался решить этот коан и думал над ним несколько месяцев. «Я все время размышлял о нем. Я с ним ложился и с ним вставал. Я полностью погрузился в него», – говорил мой собеседник.

Наконец он нашел ответ. «Однажды, идя по лесу, я словно прозрел, – вспоминал он. – Я смотрел на листья, и мое “я” исчезло. Все мы иногда испытываем нечто подобное, но обычно не придаем этому значения. А я был готов к этому ощущению, и когда оно пришло, во мне словно что-то щелкнуло. И тогда я понял, что в этом и состоит смысл коана». Томас смог на миг ощутить общность всего сущего, лежащую в основе буддистской картины мира. Это и было ответом на коан. Взволнованный своим открытием, во время следующей беседы с наставником Томас жестом – «простым, понятным жестом» – показал, что достиг просветления. Он прошел через первые врата: теперь он мог считаться настоящим учеником Будды.

Вскоре после того, как Томас справился с коаном «му», он осознал бесплодность своей мечты. Он шел по лесу, где ему открылся смысл коана. Благодаря просветлению, достигнутому в результате работы с коаном, он начал понимать непонятные прежде лекции. «Идя по тропинке, я вдруг увидел, что все эти лекции были о том же, что и коан “му”», – говорил Томас. Иначе говоря, в этом и был весь смысл. В этом и заключалась духовная работа монаха: все более напряженные размышления об одном и том же.

Его мечта сбылась: он стал буддистским монахом. Но в его душе по-прежнему не было мира и радости, о которых он мечтал.

«На самом деле ничего не изменилось. Я оставался все тем же человеком, с теми же заботами и тревогами. Однажды воскресным вечером я понял это. И тогда я заплакал».

Томас пришел в Горный монастырь в погоне за мечтой. Он верил, как и многие, что ключ к счастью – найти свое истинное призвание и отдаться ему целиком и полностью. Но тогда, в воскресный вечер, в дубовой роще Томас осознал, насколько наивна его вера. Мечта сбылась, но жизнь не превратилась в сказку.

Он понял, что найти путь к счастью (или по крайней мере к любимой работе) куда труднее, чем ответ на сакраментальный вопрос о смысле бытия.

Как я начал свои изыскания

Летом 2010 г. меня начала преследовать навязчивая идея. Мне хотелось понять простую вещь: почему одним удается найти работу по душе, а другим – нет? Именно это желание заставило меня искать встречи с такими людьми, как Томас. Их истории подтверждали правильность моего предположения, что при выборе работы не стоит полагаться на мечты.

Этот вопрос начал волновать меня вот почему. Летом 2010 г., когда я впервые задумался об этом, я был доцентом Массачусетского технологического института, где годом ранее получил степень доктора информатики. Со временем я должен был стать профессором (если верить университетским проспектам, это лучшая в мире должность). Если ничего не стрясется, профессором можно оставаться всю жизнь. Иначе говоря, в 2010 г. мне нужно было сделать выбор, который мог стать первым и последним в моей жизни. Трудно было найти более подходящий момент для того, чтобы задуматься, о чем мечтаешь.

Однако мне все чаще приходила в голову мысль, что я ведь могу и не стать профессором. Вскоре после разговора с Томасом я встретился с научным руководителем, чтобы обсудить с ним вопрос о своей будущей работе. «В насколько плохой университет ты готов пойти работать?» – с ходу спросил он. Для научных работников возможности выбора места работы всегда были ограничены, а в 2010 г., в период экономического спада, ситуация была особенно сложной.

К тому же в последние годы моя научная специальность почти не пользовалась спросом. Двое моих однокашников, с которыми я оканчивал докторантуру, были вынуждены уехать преподавать в Азию. Еще двое тоже работали за границей: один – в Швейцарии, в Лугано, другой – в Канаде, в Виннипеге. «Должен признаться, найти работу оказалось нелегко, – писал мне один из них. – Сплошная нервотрепка, я чуть не свихнулся». То обстоятельство, что мы с женой хотели остаться в США, причем желательно на восточном побережье, еще больше сужало возможность выбора. Я понимал, что могу и не найти работу по специальности, и тогда мне придется сменить профессию и начать с нуля, а значит, снова решать, чем заниматься.

Такова была ситуация, когда я начал свои, как я их называю, «изыскания». Вопрос был поставлен предельно ясно: как люди находят любимую работу? Я очень хотел найти ответ.

О результатах своих изысканий я и рассказываю в этой книге.

Эта книга вот о чем.

Я не слишком далеко продвинулся в своих изысканиях, пока, как и Томас, не понял, что общепринятые представления об успешной карьере под лозунгом «Иди за мечтой!» вызывают серьезные сомнения. Они не только не объясняют, как делается эта самая успешная карьера, но, более того, частенько мешают ее делать. В результате люди постоянно меняют работу и, как Томас, испытывают потрясение, когда мечты сталкиваются с реальностью.

Я начал именно с этого и сформулировал свое первое правило: «Не гонитесь за мечтой». Но на этом я не остановился. Мои изыскания не только показали ошибочность общепринятых представлений, но и дали ответ на вопрос: что делать, если нельзя предаваться мечтам? В поисках ответа, описанных в разделах «Правило второе», «Правило третье» и «Правило четвертое», я оказывался в самых неожиданных местах. Например, чтобы лучше понять преимущества независимости, я провел день на органической ферме, принадлежащей молодому выпускнику одного из университетов Лиги плюща. Чтобы вникнуть в тонкости исполнительского искусства, я общался с профессиональными музыкантами – представителями вымирающего племени истинных мастеров. Я полагал, что им есть что рассказать об отношении к работе. Я побывал в мире венчурных капиталистов, успешных сценаристов, блестящих программистов и, разумеется, преуспевающих профессоров. Я встречался со многими людьми, чтобы понять, чтó важно для построения успешной карьеры, а чтó – нет. И я был поражен тем, как много нового открывается, если разогнать туман, сгустившийся из-за столь распространенного представления о пользе мечтаний.

Основная мысль этой книги заключается том, что главное – это профессиональное мастерство. Я понял: качества, делающие работу любимой и желанной, встречаются редко и ценятся очень высоко. Чтобы получить такую работу, вы также должны предложить работодателю что-то редкое и ценное, а именно высокий профессионализм. Иначе говоря, чтобы найти хорошую работу, надо научиться хорошо работать.