Священные войны Западного мира - Уильям Энгдаль

К тому моменту, как Джордж Буш-младший занял президентское кресло в 2001 году, христиане-евангелисты стали самой быстрорастущей религиозной группой в Америке с церквями стоимостью в десятки миллионов долларов каждая и более чем 90 миллионами прихожан. Евангелисты через собственные организации планомерно внедрялись в систему Вооружённых сил США, в американский Конгресс и органы исполнительной власти, подобно тому, как «Братья-мусульмане» действовали в Турции, Египте, Сирии, Катаре, Пакистане, Афганистане и множестве других исламских стран.

Наиболее активное и хорошо организованное меньшинство христианских церквей и мелких сект переродилось в милитаристское течение «вновь рожденных» фундаменталистов. Такая радикализация и усиление влияния фундаменталистов стали плодом усилий верхушки американской военной индустрии, правительства и системы разведки, заинтересованных в превращении вооруженных сил в «имперские легионы», готовые идти на любые жертвы в развязываемых по всему миру священных войнах «во имя Христа», войнах в защиту американской «чистоты и невиновности».

Фундаменталистские церкви традиционно были особенно сильны в беднейших южных штатах, относящихся к так называемому «Библейскому поясу» – сельскохозяйственному региону на юго-востоке США, где наиболее влиятельной религиозной организацией является ультраконсервативная Южная баптистская конвенция. В движение влились и многие другие религиозные группы, такие как «Церковь слова Христова», «Собрания Господни», объединения пятидесятников и т. п.

Ядром Библейского пояса являются такие растянувшиеся широкой полосой южные штаты, как Вирджиния, Алабама, Северная и Южная Каролина, Джорджия, Миссисипи, Луизиана, Техас, Оклахома. Для идеологов неоконсерватизма и военных стратегов из Пентагона, стоящих у руля военной кампании Соединенных Штатов с 2001 года, этот регион стал источником подавляющего большинства новобранцев, по собственному желанию вступивших в ряды Вооруженных сил США. В американском правом крыле конца XX века рука об руку шли христиане многочисленных фундаменталистских сект и воинствующие ультранационалисты.

«Мой Бог – настоящий…»

В новой американской культурной парадигме религиозный абсолютизм сочетался с постоянной готовностью воевать и побеждать во имя Христа, причем образ Христа, предложенный этой культурой, сильно отличался от библейского образа любящего и прощающего Спасителя. Ярким представителем новой формации стал печально известный генерал-лейтенант армии США Уильям Дж. Бойкин, помощник заместителя министра обороны США по вопросам разведки при Дональде Рамсфелде.

Генерал Бойкин был членом элитного оперативного отряда специального назначения «Дельта», в составе которого в апреле 1980 года принимал участие в провальной операции «Орлиный коготь» по спасению заложников из посольства США в Тегеране. В течение 1990-х служил в ЦРУ в качестве заместителя директора по специальным мероприятиям частей Армии США, получил звание бригадного генерала. Позже служил заместителем директора по оперативным вопросам, готовности и мобилизации в штабе Армии в Пентагоне. В июне 2003 года Бойкин был назначен помощником заместителя министра обороны США по вопросам разведки. Сыграл ключевую роль в фальсификации разведданных о наличии у Саддама Хусейна оружия массового уничтожения, на основании которых Конгресс проголосовал за право президента Буша объявить войну Ираку.

Бойкин, радикальный «вновь рождённый» христианин из входящей в Библейский пояс Северной Каролины, руководивший в начале 1990-х кровопролитной кампанией в Могадишо против сомалийских повстанцев-мусульман, в одном из своих выступлений на CNN прокомментировал слова захваченного в ходе миссии Османа Атто, соратника генерала Айдида. Уильям Бойкин напомнил, что незадолго до этого Атто дал интервью CNN: «Он смеялся над нами и сказал: "Им меня не поймать, потому что Аллах защитит меня". И знаете что? Я знал, что мой Бог сильнее, чем его. Я знал, что мой Бог – это настоящий Бог, а его – просто идол».[6]

В июне 2003 года генерал Бойкин заявил журналисту: «Наш враг – это духовный враг. Его называют Князем Тьмы. Наш враг – Сатана». А позже в своей речи он произнес слова, практически дословно повторяющие то, о чем больше полувека назад в ином контексте говорил основатель движения «Братья-мусульмане» Хасан аль-Банна: «Мы никогда не покинем Израиль… Многие из нас беспокоятся о том, как попасть в рай. Рай – это ваша награда. Вы все солдаты, и вы должны бросить вызов врагу». И далее: «Тот, кто верит в Бога, обретает силу. Он будет парить на крыльях, словно орел, будет бежать и не устанет, будет идти, и силы не покинут его… Если Бога нет, то нет и надежды. Не позволяйте СМИ и либералам поколебать вас в вашей вере. Молитесь за Америку, и мы победим».[7]

Когда в подобных высказываниях усмотрели нарушение положений Конституции США, касающихся разделения церкви и государства, в защиту Бойкина открыто выступили министр обороны Рамсфелд, президент Джордж Буш-младший и председатель Объединенного комитета начальников штабов США. Этот случай наглядно показывает, насколько сильным стало влияние крайне правых «Вновь рождённых христиан» среди высших американских военных чинов. И насколько полезным оно могло быть для осуществления обширных военных планов некоторых влиятельных кругов, стоявших за всеми войнами.

Один из исследователей феномена христианского правого крыла американской политики отмечал, что истинно верующие люди ждут от Америки «проведения внешней политики, основанной на воинствующем национализме, считая это чуть ли не священной добродетелью. Они верят, что Соединенные Штаты были избраны самим Иисусом Христом для воплощения Его замысла. Противостоять воинствующему национализму или сомневаться в нем считается непатриотичным, а в глазах религиозных правых, если ты не патриот – ты не христианин».[8]

Война за терроризм

Американская война против ислама, плохо замаскированная под войну с терроризмом, с самого начала была развязана для того, чтобы вызвать реакцию радикальных исламских политиков-фундаменталистов. Эта реакция, как волна, должна была накрыть весь исламский мир, мусульман в Евразии и за её пределами.

18 декабря 2010 года в Тунисе произошли события, с которых началась небывалая по силе и охвату волна массовых протестов против правящих режимов по всему исламскому миру. Протесты в Тунисе вынудили президента Зин эль-Абидина Бин Али с семьей забрать свои несметные богатства и бежать в Саудовскую Аравию.

Вскоре демонстранты, координируемые через Facebook, Twitter и другие социальные сети, появились и на улицах Каира в соседнем Египте. Распространяясь со скоростью степного пожара, протесты с требованиями реформ, смены режима или тотальной революции вспыхнули в Йемене, Ливии, Бахрейне, Кувейте, Иордании, Ираке, Марокко и даже в далекой китайской провинции Синьцзян. Там, где народные протесты не давали желаемых результатов, подключалась НАТО, демонстрируя свою ранее скрываемую причастность. Так, для свержения Муаммара Каддафи потребовалось введение «бесполетной зоны» над Ливией, которое обернулось массированными бомбардировками мирных жителей.

Весна арабского мира возвещала приход истинной демократии, которой ждали миллионы, выходя на демонстрации, однако в действительности хаос массовых протестов привёл к власти хорошо организованное тайное общество, известное как «Братья-мусульмане», имеющее влияние во всём исламском мире. Борьба юных студентов и простых граждан за демократию быстро сменилась борьбой за власть целой сети организованных исламских групп сторонников шариата, которые были ничуть не меньшими тоталитаристами и фашистами, чем сторонники Муссолини или Гитлера.

В 2007 году в интервью индийской газете «Хинду» (The Hindu) Рэмси Кларк, бывший генеральный прокурор США и известный правозащитник, заявил: «Война с терроризмом – это на самом деле война с исламом. Большинство политиков говорит об исламских террористах, но в действительности они подразумевают угрозу распространения ислама. Поэтому стратегия войны против ислама предполагает такое массовое истребление, какого еще не знала история… Правительство США нуждается в противнике: поиск новых врагов позволит объединить страну, не раскрывая истинных мотивов и взывая к патриотизму, который не зря называют последним прибежищем негодяев. Патриотизм не является истинным мотивом. Их истинная цель – доминирование и эксплуатация, а чтобы этого добиться, нужно иметь основу для компромисса – общего врага. И вот тут в дело вступают военные».[9]

Вот уже больше десятилетия, с 11 сентября 2001 года, разворачивается война Соединенных Штатов с терроризмом, и со временем становится всё очевиднее, что основной её целью является не контроль над нефтедобычей Ближнего Востока. Основная цель – купирование угроз со стороны растущих евразийских экономик для иссякающей мощи Америки и ответ на вызов, который бросают США экономический колосс развивающегося Китая и силы ядерного сдерживания России.