Время не лечит - Алисандра Ким

самой ситуацией. Ему неизвестной! Важная персона, которую не поставили в известность о происходящем. Не моя забота. Я лишь исполнитель. Работа — оплата. Все.

Мужчина делает пару шагов и теперь практически нависает надо мной. Вот тут наши взгляды скрестились. Остренько так. Как будто тысячи иголочек под кожу. Шторм. Глаза без цвета. Сплошная буря. На лице нет ничего. Слегка промелькнула печать усталости. Но лицо очень привлекательное. По мужски. Нет смазливости и пластической идеальности. Нет. Жесткие темные волоски закрывает половину лица. Но все равно понятно, что подбородок квадратный, четкий. Хочется ноготками пройтись по его бородке. Губы резко очерчены, как нарисованные. И нос с широкими ноздрями. Он сверлит своим тяжелым взглядом. Но молчит. Изучает. Обстановку. Меня. Это словно игра. Кто заговорит первым. Шторм его глаз завораживает и затягивает. Меня уже разрушает этот город. А этот парень словно радиация, расщепляет нервные клетки. Запомнить эти ощущения. Запечатлеть в элементах моей работы.

Я ладонью с пятнами краски, касаюсь его брюк в области колена. И медленно поднимаюсь на ноги. Может быть не так грациозно, как хотелось бы. Нога слегка занемела. Не важно! Мне нравится его запах. Как бы его запомнить и описать. В цвете. Это не серый! Нет. Скорее теплый, шоколадный, и горько-малиновый. Мужчина тьма. Мужчина торнадо.

Встаю во весь рост. Ладони кладу на сгибы его сильных предплечий. И носом утыкаюсь незнакомцу, как раз в вырез косоворотки. Хочется языком коснуться его смуглой кожи. Без поросли. Кадык нервно бьется. И сердце. В этой звенящей тишине я читаю его кардиограмму! Саблезубый тигр мне нахально подмигивает. Интересная вещица. Явно, ручная работа.

Я знаю цену своему таланту. А так же твердо осознаю невозможность привлекать мужчин. Артем был всего лишь мальчиком. А вот этот передо мной, именно мужчина!

Мелкая, худая, без особых привлекательных черт лица. Всегда была похожа на хулиганистую пацанку. Просто Дашка. Мое полное имя Дарина вообще мало, кто знал. Не собираюсь плакать на судьбу. Нет. Я такая, какая есть. И меняться не собираюсь. Мой самый большой плюс это молодость, искренняя ясность в сердце. И яростная сила воли. У меня есть цель. И на пути к этой цели не будет никого. Лишь мои уверенные шаги. Мама пыталась свернуть меня с этой дорожки. Артем миллион раз предупреждал и уговаривал остановиться. Не могу. Прекратить вмешиваться в прошлое. Но нет нормального будущего, пока не узнаю все!

El tiempo no cura. (Время не лечит. Исп.) — хотела выжечь это тату на сердце. Но сделала сбоку, на бедре. Все равно эти слова пробирают насквозь. Нельзя забыть то, что стало частью твоей сущности.

Поднимаю глаза. И понимаю, что мужчина не смотрит на меня. Он замер, изучая наброски на стене. Хорошо. Делаю шаг назад. Подальше. Но мужская ладонь придерживает меня как раз на уровне лопаток. Там лишь тонкая хлопковая ткань топа без рукавов. Ему все равно, что я измазана краской. И это тоже очень нравится. Его странный безразличный интерес.

Пальцы твердо пробегают по затылку и обхватывают шею сзади. Не люблю прикосновения. Но здесь что-то другое. Он и сам не хочет касаться. Но делает это лишь для подтверждения своего превосходства. Изучает. Сканирует.

Не вижу его эмоций. Он легко держит все под маской спокойствия. Внимательно осматривает мое лицо.

Я даже губы облизала от того, как сильно пересохли. Странный. Хотя меня чудачкой называют. Это мой прикол — рентгенировать всех взглядом. А теперь на себе испробую действие! Не особо приятненько.

Все так же молча. Отпускает и уходит.

Может это вообще местный призрак был?

Ногой отшвыриваю кисти и краски. Черт! Он все-таки сбил мой творческий ритм! Не сбил! А перенаправил. Теперь я точно знаю, что будет на этой стене. Вижу полную картинку. Совсем не та абстракция, что желает Альбина! И сердце ускоряет бег. По углам огромного помещения установлены небольшие прожектора. Быстро щелкаю выключателем. И все. Словно колпак на голову. Давит все внутри, усиливая желание выплеснуть!

Теряется время. Теряется основа реальности. Здесь другой мир. Мой собственный. Неприкасаемый.

Дома меня всегда вдохновляло море. Его шум. Воздух хвойного леса и близость гор. Здесь, в этом столпотворении негатива и хамства, я нашла новый сильный толчок. Новую линию своей творческой души.

2

Рома

Shit (Дерьмо)! Fucking shit! Из Аэропорта надо было ехать на квартиру. На хрена, спрашивается в офис приперся! Да сам не понимаю. Как пинком под задницу сюда загнали. Нет веры этой женщине! Бабушка! Она же моя бабка! Альбина Андреевна Сафронова. Актриса погорелого театра! Еще вопрос, кто кого воспитал и помог устоять на ногах! Альбина всегда в первую очередь была именно актрисой. А уж после карьеры, могла поиграть в заботливую бабушку. Бабушку. На долго такие игры не затягивались. Матерью никогда не могла даже претвориться! Я помню слишком много подробностей своего детства. И в нем не было ни бабушки, ни родителей. Роман Олегович Сотников в свои 30 лет, с уверенностью заверяю — создал и воспитал себя сам!

Вхожу в ярко освещенный кабинет и слишком яростно хлопаю дверью. А вот не ждали меня в Скайхэнде! Да нормально я так обломал незапланированный расслабон! Все забегали, как бестолковые бешеные тараканы. Как в лучшей сцене затрапезного сериала, иду такой грозный. Лохматый и небритый. В раздрае! В ауте! Готовый любого медленно втереть в пол! Альбине в приказном порядке заявил, чтоб не лезла больше к делам фирмы! Она же все время стонет, как устала. Как старость ей нелегко дается! Давно не проводил воспитательных мероприятий с распустившейся в конец родственницей.

Резко торможу. Когда боковым зрением уловил баннер посреди широченного коридора. Там было пустующее помещение. Что за хрень твориться в моем владении?! Распоряжений не оставлял. Самовольничать никто не посмеет. Лариса не могла утаить информацию. Секретарша генерального директора тоже не в курсе. У меня свои планы на этот этаж. Заговор могла устроить только Альбина. И я уверен, не понравится мне это! Не сразу, но прошел внутрь.

Мелкое создание не особо было видно. Она словно слилась с общей унылой гаммой бесцветия. Сначала разглядывал некие наброски на стене. Задумка не понятная. Силуэты. Резкие линии. Опускаю взгляд на странное неподвижное существо. Сидит на полу, подогнув колени. Глаза под веером ресниц. Сонные и тягучие движения. Во мне ничто не шелохнулось. Нет. Но злоба улетучилась. Странное непонятное веяние по всему простору пустоты. Запах краски. Она не побежала, как все остальные. И точно не понимает, кто я такой.

Малолетка? Мышонок. Крошечная совсем. Этот балахон-комбинезон придает