Depraved - Брайан Смит

ЗАЧТОЗАЧТОЗАЧТОЗАЧТОЗАЧТООБОЖЕ... ЗА ЧТО

Но ответа не было.

Он сорвал с нее одежду и совершил задуманное. Кончив, он оставил ее лежать на кухонном полу, пролитое пиво пропитывало кончики ее веером рассыпанных волос. Ей нужно было хватать одежду и убегать. Это было бы логично. Но тогда она не могла мыслить логически. Вряд ли могла мыслить на сознательном уровне. Она осталась лежать на полу, пока он бродил из кухни в кухню, легкомысленно насвистывая старую песенку Хэнка Уилльямса. Потом ненадолго исчез. Когда вернулся, он был снова полностью одет. Он встал над ней с прежней знакомой ухмылкой на лице, только теперь его глаза сквозили холодом. Холодом безразличия. Как же она не заметила этого раньше? Могла заметить, если бы рассмотрела его как следует. Но не рассмотрела. Похоже, этот засранец хорошо научился скрывать свою истинную сущность.

Его рот еще шире растянулся в насмешке. - Хватай шмотки и убирайся. Машину я оставляю себе.

Его слова вывели ее из оцепенения. Она с трудом поднялась на ноги, подняла с пола одежду, местами пропитавшуюся пивом. Оделась, взяла сумочку с кухонной стойки и, не говоря ни слова, вышла из дома. Дошла до остановки, подождала автобус до дома. Вышла на своей остановке, зашла к себе в квартиру, переоделась, достала пистолет 38 калибра, подаренный ей папой, капитаном армии, на восемнадцатилетние. Вышла, вернулась на автобусе к дому Хоука.

Сначала она не показала ему пистолет.

Когда он открыл дверь, она просто посмотрела на него и сказала, - Хочу еще.

Он рассмеялся. - Я знал, что ты та еще штучка. Входи, крошка.

Как только дверь захлопнулась, она вытащила пистолет и сказала, - Давай, прокатимся в моем "Фалконе".

И вот она здесь, на проселочной дороге посреди глуши, за рулем угнанной машины, а в багажнике лежит человек, которого она собирается убить.

Да, ни хрена себе денек.

Глава вторая.

- Вылезай.

Покрытая пятнами ржавчины крышка багажника была открыта. Хоук сперва зажмурился от внезапно ослепившего его солнечного света, потом уставился на нее. Он лежал в позе эмбриона, подобрав колени к груди. Вид у него был потрепанный. Волосы взмокли от пота. Кожа блестела. Багажник был большой, типичный для автомобилей предкомпактной эпохи, но был набит скопившимся за долгие годы хламом. Старый аккумулятор, две пары проводов для прикуривания, грязное старое одеяло, пустые бутылки и банки из под пива, пачка заплесневелых газет, ржавый домкрат, сложенная палатка, что-то еще. Да и не заслужил этот гребаный насильник комфорта.

Подавив улыбку, она жестко повторила, - Вылезай.

Хоук снова зажмурился, потом сфокусировал взгляд на стволе пистолета 38 калибра. Смотрел на него долго и молча. Шевельнул кадыком, с трудом сглотнув. Потом поднял на нее свои голубые глаза, и она с изумлением не заметила в них страха. - Брось, детка. Ты же не убьешь меня.

Ее охватила ярость. Она схватила лежащий рядом с ним домкрат. Дрожащей рукой Хоук попытался перехватить ее, но она оказалась проворнее. Отбросив руку в сторону, она переложила пистолет себе в левую, и правой вскинула домкрат. Это был хоть и ржавый, но крепкий кусок железа. Она с силой опустила его вниз. Хоук успел лишь слабо вскрикнуть. Домкрат с глухим стуком обрушился на его колено. Хоук взвыл от боли. Она снова вскинула домкрат, прицелилась, и на этот раз нанесла более мощный удар по его правому бедру. Он опять взвыл, а потом разрыдался, умоляя не бить его больше.

Бросив домкрат на землю, она навела пистолет промеж его водянистых голубых глаз. Он умоляюще смотрел на нее, подбородок дрожал. На этот раз она позволила себе слегка улыбнуться. В его глазах появился долгожданный страх. Она взвела пальцем курок, и из его дрожащих губ вырвался тонкий звук, то ли всхлип, то ли стон.

- Вылезай. Повторять не буду.

Грудь Хоука дергалась, когда он судорожно пытался что-то ответить. Рот раскрылся. Зубы клацали, - Д-да. Л-ладно. У-у-умоляю...

Ухватившись дрожащей рукой за край багажника, он стал вылезать. Отойдя на пару шагов, она продолжала держать его под прицелом, готовая среагировать на любое резкое движение в свою сторону. Но он даже не пытался, явно не был способен на это в данный момент. Он поставил ноги на землю, выпрямился, хрустнув коленями. На мгновение задержал на ней взгляд. Потом, оглянулся вокруг, нахмурился, увидев, что стоит посреди маленькой лесной поляны.

Снова посмотрел на нее, - Черт, где это мы, крошка?

Прикусив губу, она крепче сжала пистолет. Малейшее нажатие на спусковой крючок, и пуля прошьет ему сердце. А она не была к этому готова. Пока. Она ослабила лежащий на спусковом крючке палец. - Меня зовут Джессика. Не крошка и не милочка. Больше ты меня так не назовешь. Ясно?

Он уставился на нее пустыми, ничего не выражающими глазами. Потом облизнул губы, повел плечами. - Конечно, Джесс. Черт, я вовсе не хотел тебя обидеть.

Ее глаза сузились до щелочек. - Какой смешной комментарий от гребаного насильника.

Тут произошло странное.

Он рассмеялся.

На его лице снова была та чертова ухмылка. Глаза лучились неподдельным весельем. - Да брось, девочка. Я тебя не насиловал.

Тут она чуть не взорвалась. Она хотела уже прострелить ему коленные чашечки и услышать, как он будет визжать, корчась в пыли от боли. Но постаралась взять себя в руки. - Что?

Его ухмылка даже не дрогнула. - Ты слышала, детка. Черт, ты же сама подавала мне сигналы, пока проверяла тачку. Так сексуально вертела своей сладкой попкой, когда смотрела двигатель. И когда проверяла салон. Выгибалась, как те киски из "пентхауса", мать их. Я ведь заметил, как ты смотрела на меня. Соблазняюще так смотрела. Как будто хотела все мозги мне оттрахать. Черт. Он хмыкнул. - Ты же сама напросилась. Снова хмыкнул. - И ты знаешь это.

Она посмотрела на него изучающе. Ему лет тридцать. Может, тридцать пять. Светлые лохмы. Бронзовая от многолетнего загара кожа. Брюки "карго" цвета хаки, футболка с логотипом "Грэйтфул Дэд". На шее ожерелье из ракушек. На ногах дизайнерские сандалии. Вот этого человека она собиралась убить. Мерзкий социопат, надругавшийся над ней. Чертов придурок. Глядя на него, сложно было воспринимать его всерьез. Перед глазами всплыла картинка. Она лежит ничком на кухонном полу. Стоит густой запах пролитого пива. Он кряхтит над ней со странным выражением ярости на лице.

- Вставай на колени.

Ухмылка растаяла, он покосился на нее. - Что?

- Ты слышал.

На мгновение он замолк. Наконец вымолвил, - А если не встану?

- Пристрелю на месте.

Он уставился ей прямо в глаза. - Черта с два.

Она незаметно отвела пистолет чуть в сторону и спустила курок. Звук выстрела оглушительным грохотом разнесся над поляной. Пуля пробила отверстие в открытой крышке багажника. Хоук с криком рухнул на колени. Он поднял на нее полные слез глаза, молитвенно сцепив перед собой руки.