Кровь тайны - Марк Энтони

Гаурис не сомневался, что в предстоящей битве пилигримы встанут на правильную сторону. Он почувствовал прилив сил и, забыв о боли в крыльях, вновь взмыл в небеса.

Когда солнце стояло в зените, горная гряда, вдоль которой летел ворон, превратилась в новую каменную стену, простирающуюся с востока на запад. Ворон поднимался все выше и выше, теперь он мчался над плоским голым нагорьем. Воздух здесь был разреженным, и Гаурису приходилось гораздо чаще взмахивать крыльями. Наконец он оказался над перевалом, дальше начинались зеленые долины.

Ворон посмотрел на запад и на восток. Все вокруг казалось мирным и преуспевающим; сюда еще не добрались ранняя зима и война, уже вступившие в свои права на севере. Тем не менее зоркие глаза Гауриса заметили трудноуловимые, но несомненные признаки нарастающего конфликта. Невидимой тенью застывал ворон на ветках, карнизах или каменных стенах, внимательно прислушиваясь.

На вершине холма, в каменном лабиринте, пряталась дюжина мужчин. Они сидели по кругу, одетые лишь в льняные килты, их обнаженные торсы лоснились от пота; над костром поднимался дым – кто-то бросил в него лекарственные травы. Лицо одного из мужчин, плечи которого бугрились от мышц, скрывала деревянная маска в форме бычьей головы. На коленях лежал меч.

– Расскажи нам о Молоте и Наковальне, – попросил один из мужчин человека в маске.

– Молот и Наковальня – инструменты Ватриса, – раздался из-под маски грохочущий голос. – Он будет сражаться в Решающей Битве и свершит великие подвиги.

– А когда появятся Молот и Наковальня?

– Они здесь. Во всяком случае, так утверждают жрецы тайного круга. Они полагают, что Решающая Битва уже началась.

Послышались возбужденные возгласы.

– И мы одержим в ней победу? – спросил юноша, на щеках которого лишь недавно появился светлый пушок.

Человек в маске пожал могучими плечами.

– Победим или проиграем, значения не имеет. Даже в поражении заключена слава, если сражаешься, не нарушая законов чести. Тот, кто погибнет в Решающей Битве, отправится в Ватранан, когда наступит конец мира. Теперь, если вы готовы сражаться за своего Бога, то должны пролить собственную кровь, кровь его Быка.

Он взял меч и провел рукой вдоль острия, по клинку потекла алая кровь. Затем передал меч следующему…

Все мужчины пролили свою кровь, в том числе и самый юный из них.

Ворон полетел дальше.

В замке с девятью башнями по залу расхаживал рассерженный король.

– Как ты можешь утверждать, что ее больше нет в Ар-Толоре? – взревел король.

Он был сильным человеком, в черном с серебром одеянии, волосы лоснились от масла. Голубые глаза сверкали, подобно молниям.

Стражник невольно попятился.

– Прошу меня простить, Ваше величество. Но эту новость принес сэр Дальмет, который вернулся из Толории четверть часа назад.

Король сжал кулак.

– И куда же, клянусь Семью, она подевалась?

Стражник сглотнул.

– Создается впечатление, что ее нет в Доминионах, Ваше величество.

Король застыл на месте. Мастиффы у камина съежились и заскулили.

– Что?

– Таррас, – выпалил стражник. – Она пошла на юг из Тарраса, Ваше величество. Вместе с лордом Фолкеном, леди Мелией и другими. С тех пор миновало две луны.

Голубые глаза короля сузились.

– Очень не похоже на мою подопечную, она не станет убегать из дома навстречу глупым приключениям. Впрочем, так было до знакомства с королевой Иволейной. Клянусь Быком, здесь без нее не обошлось. Но я положу этому конец. – Он посмотрел на стражника. – Немедленно отправь гонца в Таррас…

Солнце скрылось за западным краем мира, а ворон продолжал лететь.

Неподалеку от замка, за кругом камней, в густых зарослях девственного леса между золотыми и медно-красными деревьями сиял нежный свет. Воздух оглашал высокий смех, мешаясь с дикой музыкой и звоном колокольчиков.

Затем смех и музыка стихли. У края леса появились узловатые тени, они пытались войти под сень деревьев. Снова вспыхнул свет – ослепительно серебристый. Раздались пронзительные крики. Тени отступили; все стихло…

Ворон летел вперед, и каждый взмах крыльев болью отдавался в его груди.

В гроте скрытого от посторонних глаз сада сидели три молодые женщины. Глаза их блестели, платья были испачканы землей, в волосах застряли листья. Над костром висел железный котелок.

Одна из молодых женщин держала в руке пригоршню листьев.

– Сколько бросить, Белира?

Женщина с карими глазами подошла поближе и вдохнула ароматный пар, поднимавшийся над кипящей водой.

– Меня научила сама сестра Лиэндра. Это зелье позволяет заглянуть в будущее. С его помощью мы увидим того, кто далеко отсюда.

Две другие радостно захихикали.

– И кого ты хочешь увидеть, Белира? Лорда Теравиана?

Та, что звалась Белира, сердито посмотрела на них.

– Мы потратили целый день не для того, чтобы удовлетворить ваши глупые фантазии. Я намерена поискать другого, гораздо более важного человека. И если именно мы сумеем его найти, то окажемся в самом центре Узора.

На хорошеньких личиках двух других появилось озабоченное выражение.

– Что ты имеешь в виду?

Кареглазая посмотрела в сторону котелка и произнесла:

– Повелитель рун…

Гаурис взмыл вверх – но тут же начал опускаться вниз. Крылья нестерпимо болели, он едва мог ими шевелить. Еще никогда ворон не пролетал столько лиг за один день. Но он так и не нашел женщину, которой предназначалось послание короля. Лучше рухнуть вниз, чем вернуться, не выполнив долг.

Когда солнце коснулось западной линии горизонта, поднялся сильный ветер. Гауриса бросило в сторону, а когда ему удалось выровнять свой полет, оказалось, что он не знает, где находится. С какой стороны север? Он сделал разворот в поисках ориентиров…

…и увидел тень на земле.

Совсем небольшую, но Гаурис знал, что он на верном пути: склон горы, который должны были освещать лучи заходящего солнца, погрузился во мрак. Гаурис понял, что близок к цели: даже если она находится на солнце, за ней тянутся клочья тьмы.

Гаурис взмахнул крыльями и начал снижаться. Холм имел идеально круглую форму, его склоны поросли зеленой травой, а вершину венчал круг камней. Погребальный курган, возможно, реликвия первой войны короля. Гаурис радостно каркнул. Конечно, здесь для нее самое подходящее место.

Крылья перестали ему подчиняться, он их больше не чувствовал. Полет превратился в падение. И в тот самый миг, когда кровавый диск солнца коснулся горизонта, Гаурис рухнул на землю в центре круга камней. Он так и остался лежать, не в силах пошевелиться.

Темная фигура приблизилась к нему.

– Ну, что тут у нас?

Воркующий женский голос прозвучал безжизненно.

Из сумрака возникла другая фигура.

– Всего лишь птица, Шемаль. Наверное, порыв ветра швырнул ее на землю. Если я слишком задержусь, в замке заметят мое отсутствие. Бросьте ее; пусть умирает.

– В самом деле, Лиэндра? – ласково прошептал ледяной голос. – А я думала, что твои сестры считают жизнь всякого существа драгоценной. Рада, что ты думаешь иначе. Однако это не «просто птица»…

Шемаль опустилась на колени рядом с Гаурисом, коснулась его тела тонкими пальцами и подняла. Сначала он слабо сопротивлялся, но потом затих; Гаурис не любил, когда его брали в руки, но вырваться не мог. Он успел заметить, как промелькнула улыбка под темным капюшоном накидки.

Спутница Шемаль, которую звали Лиэндра, подошла поближе: высокая статная женщина с золотисто-рыжими волосами, на плечи наброшен светло-зеленый плащ.

– Почему вы никогда не говорите прямо, Шемаль? Если птица важна для вас, так и скажите.

– Послушай меня, Лиэндра. Мне известно, что твоя способность к магии слабее, чем у большинства твоих сестер. Я выбрала тебя по другой причине. Однако и твоего умения достаточно, чтобы понять: перед тобой не простая птица.

Лиэндра нахмурилась; что-то почувствовала, или ей не хотелось признаваться в собственной беспомощности.

– Этот ворон – его посланец, – сказала Шемаль, поглаживая перья Гауриса.

Он задрожал от ее прикосновения.

– Чей посланец?

– А теперь ты сознательно отказываешься меня понимать. Ворон – посланец того, кто заставит тебя поменять живое сердце на железное, если заметит малейшие признаки слабости.

Несмотря на теплый плащ, Лиэндра содрогнулась и сложила руки на груди.

– Ваш господин…

– Мой господин? – Шемаль рассмеялась, и ее смех был подобен звону бьющегося стекла. – Да, полагаю, он так думает. Но на самом деле мы оба служим другому Королю. Иногда мне кажется, что за долгие столетия он об этом забыл – и слишком привык править в отсутствие нашего повелителя. Не забывай, Лиэндра, мой господин также является и твоим.

Лиэндра сглотнула:

– Но если это посланец, то какое он принес сообщение?

Шемаль погладила перья Гауриса, надавила сильнее.