Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний - Мамлеева Наталья

Оранжерея… Раньше там росли просто невероятные цветы очень редких сортов, любоваться которыми приезжали со всех уголков мира. Заботился ли кто о ней со смерти матушки?…

Я помрачнела, возрождая в памяти события десятилетней давности, когда меня посадили на корабль и увезли в далёкий Домис к подруге погибшей матери – айлине Кифае. Она дала мне дом, семью и образование.

Но кровопролитная борьба за власть закончилась, и двоюродный брат, взошедший на престол, потребовал моего возвращения на родину, выдвинув ультиматум Домису. Демоны не привыкли вмешиваться в людские дела, поэтому пятый алерд выдал меня незамедлительно, и заступничество айлины Кифаи не сыграло никакой роли.

И вот я здесь.

Дома.

Однако испытываю ли я радость, теплоту, ностальгию? Пожалуй, последнее чувство отзывается на струнах моей души лёгким мерцанием. Но я уже вижу, насколько здесь всё изменилось. Даже подплыв к берегу, я не узнавала родную бухту.

– Принцесса, нам следует поторопиться, – наклонившись ко мне, шепнул генерал Асмунд Арвиг, – и натяните капюшон ниже. – И он пристально огляделся.

Несмотря на полноту старого вояки, его почтенный возраст и с виду доброе лицо, глаза казались орлиными, улавливающими любое изменение.

Мне хотелось тяжело вздохнуть, но я сдержалась и послушно выполнила указания. Давно забытая принцесса возвращалась в родные края тайно, без помпезной встречи корабля, без разбивания бутылки о борт (хотя этого не было даже при отплытии, чего уж) и ликования жителей. Всё потому, что обстановка в Абикарде была ещё неспокойной, и выставлять себя напоказ, едва приплыв, чтобы тут же получить болт в грудь, было как минимум глупо – так определил свою позицию нынешний король, по крайней мере, как я поняла со слов Арвига. Хотя я видела другую, более разумную причину: дорогой кузен не желал представлять меня обществу, давать им флагман для мятежей прежде, чем поймёт, на чьей я стороне. Меня нужно «обработать», заручиться моей поддержкой, после чего без лишних расшаркиваний отправить в качестве невесты куда-нибудь подальше от Абикарда, чтобы с моей помощью наладить связи.

Учитывая всё это, я переживала, не ждёт ли меня болт в грудь, едва я войду во дворец? Вот вопрос.

«Во дворце тебя ждут опасности. Принц не дурак и возвращает тебя с целью укрепления власти. На выбор два пути: либо остаться заложницей мира во дворце, либо вступить в политически выгодный для страны брак. Второе лучше всего. Соглашайся не раздумывая. Беги из этого очага заговоров, от которых твой дорогой Абикард лихорадит уже не первый год», – наставительно твердила айлина Кифая в последний мой вечер в Домисе, и её слова набатом звучали в голове все десять дней плавания.

Тёмная карета без опознавательных знаков ожидала у красного кирпичного здания, которое, судя по облезшей краске, когда-то пыталось быть белым, но вряд ли кому-то сейчас есть дело до архитектурных изысков. Однако моё сердце обливалось кровью при виде подобных мелочей. Смогу ли я всё исправить? Даст ли мне кузен такую власть?

Или лучше не привязываться к Абикарду, не воскрешать давно забытые воспоминания? Ведь вскоре мне предстоит полюбить другую страну – страну своего потенциального жениха…

Впереди и позади кареты стояла охрана – по два всадника с каждой стороны. Но, судя по сероватой ауре, ни один из них не являлся магом.

– Садитесь, ваше высочество, – шепнул генерал и открыл передо мной дверцу.

Воспользовавшись галантностью лорда Арвига, я забралась внутрь. Мягкая обивка диванчика порадовала. Я разместилась с удобством и с облегчением сняла перчатки – они были достаточно плотными, и на такой жаре руки сопрели.

Генерал предпочел ехать верхом, и вскоре мы тронулись. Я накинула капюшон и, отодвинув шторку на окне, жадно рассматривала город.

Всё тот же Брошвиль, как могло показаться сначала. Вот только изменилось буквально всё – от фасадов когда-то великолепных зданий до заметно нервничающих людей, вышедших на улицу не ради прогулки. Они бежали по делам так быстро, словно их в любой момент мог догнать вор или убийца. Страх – он чувствовался не только в воздухе, он читался в глазах горожан.

Что-то странное отзывалось в моём сердце. Казалось, я забыла свою родину, забыла всё, к чему меня готовили с младенчества, приняла чужие традиции и даже следовала им, и вот, вернувшись сюда, дыша абикардским воздухом, вглядываясь в лица жителей Брошвиля, я начала испытывать необъяснимую тоску, словно кто-то так долго жал одну и ту же клавишу на пианино, что в какой-то момент нота стала условным сигналом, открывающим кровотечение.

Дворец находился довольно далеко от порта, поэтому ехать нам предстояло по меньшей мере минут двадцать. Недостаточно времени, чтобы понять, чем дышит любимый город, но этого хватит для возрождения былых воспоминаний.

– Как всё странно, – шепнула я и отвернулась от окна.

Невнятный шум настиг меня раньше, чем я успела что-то увидеть. Чутьё буквально завопило об опасности, на кончиках пальцев заискрилась магия, и я, согнув их в определённой последовательности, начала чертить в воздухе нужные линии и руны – быстро, без промедлений, ощущая, что у меня есть считанные секунды перед ударом. Наконец передо мной загорелись золотистые диски с метр в диаметре с выписанными по окружностям рунами защиты. Я успела поместить их по обеим сторонам от себя, прикрываясь, когда прогремел удар справа. Магический шар растворил дверцу и врезался в один из моих дисков, разрушив его. В тот же момент открылась левая дверь, и я ударила щитом наотмашь, но допустила ошибку: это был сам генерал Асмунд. Мужчина отлетел на десяток метров и упал, не шевелясь.

Твою ж мантикору! Сейчас ещё кузен обвинит меня в сговоре с мятежниками и отправит на плаху. Хотя чего это я так оптимистично думаю, что выживу здесь и сейчас?

Сокрушаться над совершённой ошибкой я более не стала, выпрыгнула из кареты и, повесив перед собой в воздухе оставшийся щит, обеими руками начала творить следующий. Сконцентрироваться на движениях не получалось: вокруг летали болты, люди генерала пытались отбить атаку мятежников. Пятясь в сторону лежащего Асмунда, я наконец сумела создать второй диск и прикрыла им свои тылы.

Послышался топот копыт, свист и скрежет металла. Конная полиция! При отце она была очень популярна!

Но как же я ошибалась… Это была действительно подмога, но, к сожалению, не наша. Всадники с магическими дисками в руках – на них не руны щита, а знаки огня и разрушения. Боевики, желающие уничтожить принцессу раз и навсегда.

Я перевела оба щита себе за спину и одновременно развернулась, собираясь бежать со всех сил. Краем глаза увидела переулок, в который можно заскочить, а там поднимусь на крышу и попытаюсь уйти – лошади не летающие, а самые обычные непарнокопытные, не кинутся следом, а от магов уж как-нибудь оторвусь.

Но, едва сделала шаг, как упёрлась кому-то в грудь. От страха отшатнулась – как я могла упустить кого-то рядом?! Но причину ловкости и бесшумности захватчика поняла сразу, едва увидев витые рога на голове и раскинувшиеся кожистые посеребрённые крылья за спиной.

Демон!

Бежать некуда, однако я всё-таки попыталась сдать назад. Демон же притянул меня обратно за талию и хмыкнул.

– Помочь, красавица?

Прозвучало как насмешка, но голос был приятным, с лёгким акцентом, мелодичным, лишь некоторые нотки властности меня насторожили, заставив сердце трепетать… от страха.

Сразу два магических удара попали в мои щиты, и я почувствовала, как они тают. Следом услышала свист болтов. Никто бы не успел уйти от них… никто, кроме демонов – они обладают нечеловеческой скоростью. Поэтому в доли секунды я оказалась прижата к мужчине, и мы взлетели вверх, уходя от атаки.

Только сейчас осознала: демон не с мятежниками, он за меня! Он помогает мне. Неужели айлина Кифая отправила за мной защитника?

Он не медлил и не тратил время на болтовню. Усадил меня на достаточно широкий конёк крыши так, что я свесила ноги и могла наблюдать за происходящим внизу. Мятежники перезаряжали арбалеты, моя охрана лежала обездвиженная на мостовой, а конная полиция появляться не спешила.