На гребне волны - Кейт Денвер

Кортни покачала головой.

— Да нет, не думаю. Может, он просто хочет переспать с ней?

— Прескотт?! Ты что, это совершенно не похоже на него!

— Ну сама подумай: сексапильная глупенькая блондиночка. Полный набор! — Кортни насмешливо фыркнула. — Как это несправедливо.

— А все же мне кажется, что он повышает Салли не из-за этого. Он серьезный человек и не станет заводить интрижки на работе.

— А я и не утверждаю, что он обязательно заведет с ней интрижку, я лишь говорю, что он хочет ее. Вот в чем наша проблема, Элен: нас никто не хочет. Не понимаю почему, мы ведь не дурнушки.

— Нет, конечно.

— Мужчины такие идиоты.

— Абсолютно верно. Полные идиоты.

— И я никак не могу понять, как мужчина вроде мистера Прескотта, по-настоящему умный человек, увидев хорошенькую глупенькую мордашку, начинает думать не головой, а…

Кортни запнулась. Хорошие девочки не произносят таких слов, тем более в общественном месте. Даже сейчас, после нескольких коктейлей, Кортни не смогла сказать непристойность. А вот Салли, конечно, смогла бы. Опять Салли!

— Понимаешь, Элен, я просто не могу поверить, что он повысил ее, а не меня. Знаешь, что он сказал мне? Он сказал: «Если вы хотите продвинуться по службе, вы должны поставить это своей целью, Кортни. Выработать, так сказать, пятилетний план. А ваша задача на эти пять лет — замужество. Или я не прав?» И засмеялся. Это было так обидно.

— Кортни, но ты ведь поглощена своей работой, как никто! Как он мог сказать такое?! — возмутилась Элен.

Кортни вскинула голову.

— Да потому что я не лезу вперед, расталкивая всех вокруг локтями. Я не требую ни повышений, ни привилегий, ничего! — Помолчав, она добавила: — Мы в этом похожи с тобой, Элен. Мы не лебезим перед начальством, не стремимся угодить ему. Мы работаем больше всех, но постоянно находимся на заднем плане, нас не замечают и повышают недалеких выскочек и лентяев, бегающих перед боссами на задних лапках.

— Знаешь, Кортни, а ведь меня уволили, — мрачно сказала Элен. — Сегодня.

— Элен! — вскрикнула пораженная новостью Кортни. — Мне так жаль!.. Ведь это несправедливо! Глупышки вроде Салли, которых пруд пруди, делают карьеру, а такой прекрасный работник, как ты…

— Да уж, не самые лучшие новости, особенно под Рождество. Все, что ты говоришь, — правильно, но ничего не поделаешь.

Кортни обняла Элен.

— В новом году ты обязательно найдешь другую работу. Ты прекрасный специалист!

— Я не особенно тревожусь по поводу увольнения. Но, понимаешь, Кортни, то, что случилось сегодня… Это было так унизительно! — Элен глубоко вздохнула. — Я выставила себя полной дурой перед Эдди из бухгалтерии.

— Я помню его. А что случилось?

Но Элен будто не слышала ее. Неотрывно глядя в свой бокал, она продолжала:

— Это было после того, как меня уведомили об увольнении. Я собирала свои вещи, мимо проходил Эдди и остановился у моего стола. И вдруг я подумала, черт с ним, с увольнением, я никогда не была карьеристкой. Найду себе другую работу, в жизни есть вещи и поважнее. Главное — сохранять спокойствие, верно? И вот я сижу, смотрю на Эдди, улыбаюсь, как идиотка, и думаю: неужели он подошел, чтобы пригласить меня? О Боже, он хочет пригласить меня на рождественскую вечеринку и поэтому подошел ко мне!

— Ну и что он сказал? — заинтересовалась Кортни.

— Он спросил, не знаю ли я какую-нибудь девушку, которая согласилась бы пойти с ним на офисную вечеринку по случаю Рождества. — Элен помрачнела. — Ему даже на секунду не пришло в голову, что он может пригласить меня, представляешь? А ведь я готовила для него индейку. С каштанами! Но для рождественской вечеринки я, видите ли, недостаточно хороша!

— Ну что ты, милая. Ты прекрасна. Слишком прекрасна для этого недоумка, — бросилась утешать подругу Кортни.

— Этот недоумок прав, Кортни. — Элен вздохнула. — Наверное, побежал потом приглашать какую-нибудь Салли.

— Салли! — с презрительной усмешкой повторила Кортни. — Ты шутишь! Да мы с тобой лучшие специалисты по изучению спроса на рынке косметики! То есть я хочу сказать, что мы с тобой знаем о женщинах в возрасте от восемнадцати до тридцати почти все: какие тона они предпочитают, какого стиля придерживаются, какую любят музыку, и так далее, и так далее.

— Да, наверное, мы с тобой многое знаем, — грустно произнесла Элен, — но в личной жизни нам это мало помогает, верно? Лучше бы мы так же хорошо разбирались в психологии мужчин. Ну и зачем нам наши познания? Кого они волнуют?

— Меня. Да, мне не все равно. Меня волнует, когда люди вынуждены покупать плохую косметику. И все потому, что в этой отрасли работает кукла Салли! — горячилась Кортни. — Я обещаю тебе, Элен, я не позволю с нами так обращаться, я сделаю все возможное, чтобы выжить Салли с ее новой должности. И все это ради того, чтобы люди покупали хороший, качественный продукт, а не то, что им предложит эта пустышка.

— Молодец, Кортни! — Элен оживилась. — Только как ты собираешься это сделать?

Кортни замешкалась, допила свой коктейль и неуверенно произнесла:

— Я еще точно не знаю.

— Ничего, мы обязательно что-нибудь придумаем, мы столько всего о ней знаем. Мы так много и усердно работали, а что имеем?

— Да. Мы красивы, умны и нам есть что сказать.

— Мы должны отстаивать свою правоту, — уверенно сказала Элен. — Женщина в наше время должна быть уверена в себе и ничего не бояться.

— Именно. Мы не должны сидеть прикованными у телефона и ждать, когда Он позвонит. Чем мы хуже мужчин? Мы тоже имеем право спать с теми, с кем захотим. А после игнорировать все его звонки и послания.

— Ты совершенно права, Кортни! — воодушевилась Элен.

— Мы — женщины и должны делать, что хотим и когда хотим. К чертям замужество и семью! Надо жить для себя. Пора забыть о мужчинах и о всех их преимуществах.

Подруги уже изрядно захмелели. Кортни снова вспомнила о мистере Прескотте и разгорячилась еще сильнее.

— Да, мы явимся к ним и скажем, — продолжала она, — я хочу переспать с тобой, но это вовсе не означает, что я буду стирать твои носки и готовить к шести вечера ужин, в то время как ты будешь с друзьями в баре пить пиво и смотреть футбол. Изволь сам стирать, и гладить, и…

— И на день благодарения сам будешь готовить индейку! — подхватила Элен.

— И готовить соус! Мы не должны с ними делить один туалет и ванную.

— О, эти ванные! После мужчины туда просто невозможно зайти, все вечно в волосах, в пене для бритья, а про туалет я вообще молчу. Почему они никогда не опускают сиденье?! И туалетная бумага из-за них кончается так быстро…