Бонус. Рождество Лины и Лоурена. Мистер Невыносимость - К. Граф

– Валяй, – для вида театрально закатила глаза, хотя по сути уже согласилась на все его предложения.

– Сделаешь мне минет, крошка? – выдохнул он мне на ухо.

Это было неожиданно. Впрочем, до этой части мы всё равно бы рано или поздно добрались.

Я замерла, пытаясь оценить ситуацию. Мы на пути заняться сексом. Лоурен хочет сейчас или потом в случае моего проигрыша?

Щёки вспыхнули ещё сильнее, а его губы медленно расплылись в улыбке.

– Вижу, что ты не так уж против.

– Ты… ты бесстыжий, – возразила я от неловкости.

Но он был прав. Мне любопытно, и я совсем не прочь попробовать. Лоурен постоянно ласкает меня внизу. Я тоже хочу сделать ему приятно таким способом, но не умею. Поэтому прямо сейчас – не самый удачный момент. Я просто не знала, как ему это объяснить.

– Ну так что? – вырвал он меня из размышлений. – Условия пари тебя устраивают? По рукам?

Чтобы окончательно развеять сомнения, я уточнила:

– Мы ведь говорим о том, что ты получишь в случае моего провала?

Лоурен на мгновение замешкался, а потом сексуально прищурился.

– Можно и без условностей, если тебе не терпится.

Я начала качать головой. Он же в полной мере наслаждался моим конфузом.

– Не паникуй, – успокоил он. – Я не настаиваю.

Нахал! Его вообще ничего не смущает. Тут дело не столько в моей неготовности, а в степени моей развращённости. От Лоурена я приму всё и хочу всё. Секс с ним – это не просто приятно и хорошо. Я таю и забываю, кто я и как меня зовут. Хочу, чтобы он соблазнял меня дальше. Видеть, как он сходит по мне с ума и хочет меня всё сильнее.

– По рукам. Я согласна на уговор, – прошептала тихо, но он хорошо меня слышал. Ещё мгновение он пронзительно смотрел мне в глаза, словно предвкушая всё то, что нас ждёт в будущем. Как же это будоражит!

Лоурен преодолел несколько сантиметров, разделявшие наши губы, и начал страстно меня целовать. Завтра мы отправимся в путь, и потом нам придётся играть друзей. Но завтра ещё не настало. Сейчас мы можем делать всё, что хотим. И как хотим.

Мы начали избавляться от одежды резко и нетерпеливо. Нам не нужны были предварительные ласки, потому что возбуждение уже было настолько велико, что мы просто не могли дождаться, чтобы соединить наши тела.

Лоурен входил в меня до упора, мощно и глубоко. Я сгорала дотла в его объятьях, стонала и впитывала жар его тела, и даже когда достигла пика, мне хотелось ещё. И он дал мне ещё. Всю ночь напролёт мы как сумасшедшие занимались любовью.

Наутро я еле продрала глаза, а Лоурен уже был на ногах – принял душ и собрал вещи.

– Долго ещё будешь валяться?

Он сдёрнул с меня одеяло, а я тут же натянула его обратно и замычала в знак протеста.

– Ну хочу.

– Вставай. Дорога неблизкая. Если не поднимешься, я тебя отымею, – предостерёг он и шагнул в мою сторону, смерив опасным взглядом.

После этой вполне реальной угрозы я мгновенно соскочила с кровати.

Нет. Если он ещё раз меня оприходует, я потом вообще не смогу встать.

Ночью Лоурен постарался сделать так, чтобы мы насытились близостью, и у нас не возникало потребности искушать друг друга какое-то время. Но я не сомневалась – при желании он сможет ещё. И не раз.

Голышом я промчалась мимо него в ванную. Он проводил меня горящим взглядом и коварной ухмылкой. Вдогонку я получила шлепок по попе – явный призыв поторапливаться.

Помывшись и наскоро одевшись, я собрала дорожную сумку и выскочила в гостиную, где был Лоурен. Он сидел в кресле, пил кофе и читал газету – его привычное занятие, когда ему приходилось меня ждать.

Заметив меня, он сразу поднялся и отложил газету в сторону.

– Готова? Давай сюда багаж.

Он подошёл, снял сумку с моего плеча и закинул себе на плечо. Его больше не удивляло, что я беру с собой минимум вещей. Уже почти предвидела, что нас ждёт шоппинг, как только магазины откроются после праздников. Хочу я этого или нет.

– А где твои вещи?

– Уже в машине. Так что пойдём.

Лоурен обнял меня одной рукой, и мы спустились вниз. Перед подъездом стоял чёрный затонированный минивэн. Багажник был забит чемоданами и лыжным снаряжением под завязку.

– Зачем ты столько набрал? – пробубнила я.

Лоурен снисходительно улыбнулся.

– Мне это нужно. Терпеть не могу брать снаряжение напрокат.

Ну да. Я взглянула на торчащие из багажника лыжи. Они, наверное, стоят как крыло самолёта. Такое в прокате точно не выдают.

– А в чемоданах что? Мы ведь не собираемся на гала-концерт.

– Там в основном документы, – кисло ответил он.

– Опять работа? – возмутилась я. – Мы же в отпуск едем!

Лоурен никогда не расстаётся со своими любимыми документами. Какое-то проклятие. Никуда не может поехать без них.

Он погладил меня по щеке, стараясь урезонить.

– Это на всякий случай. Чтобы я был наготове, если возникнут проблемы. Не волнуйся, я не собираюсь работать.

И всё равно – таскать с собой кипы макулатуры ненормально. Он вообще не умеет расслабляться. Я всегда думала, что, владея миллионами, можно ничего не делать: всё сделают за тебя. Но Лоурен вечно в делах, ему постоянно звонят, и даже в законные выходные может случиться что угодно.

Лоурен чмокнул меня в губы, не дав больше возмущаться, и сел за руль. Я выдохнула и тоже направилась к своему месту на пассажирском сиденье. Устроилась поудобнее, закрыла дверцу и пристегнулась.

– В добрый путь, крошка!– сообщил он бодрым голосом, обаятельно улыбнулся и подмигнул мне.

Я не могла не улыбнуться в ответ. Моё хорошее настроение тут же вернулось. Самое главное, Лоурен рядом. Он поехал со мной.

Автомобиль тронулся. Я впервые отправилась в путешествие с Лоуреном на машине. Очень волнительное событие. Ехать нам предстояло около шести часов. Лоурен выглядел спокойным и расслабленным. По дороге он насвистывал мелодии, а я слушала радио и украдкой наблюдала за ним.

В чёрной, обтягивающей водолазке и твидовых брюках он выглядел тепло и просто. Мы хоть и пара, но иногда у меня не получалось игнорировать нашу разницу в статусе – она всё равно чувствовалась. Лоурен рос в совершенно другой среде, и это накладывало отпечаток на манеры и поведение. Поэтому те редкие моменты, когда нам удавалось пожить обычной жизнью, я особенно ценила. Мне приятно быть с ним на равных.

– Не смотри на меня так, – предупредил