Гарри Поттер и эффект снов (СИ) - Ильин Виктор Владимирович

С этими словами он поднял своё оружие, осмотрел укрытие и сделал знак Гарри следовать за ним. Сделав первый, но не последний шаг на пути к их спасению.

Они пробирались через пылающий Элизиум медленно, почти втрое медленнее, чем привык Шепард. Ребёнок, несмотря на все свои усилия, едва передвигал ноги. Они ползли как черепахи и плелись как улитки, но поделать с этим Джон ничего не мог: для ребёнка в таком состоянии это предельная скорость. Этот ребёнок и так с трудом держался на ногах, а каждое движение, видимо, отзывалось болью. Хоть тот и старался это скрыть, но получалось у него плохо. Однако сама попытка вызывала уважение.

Они всё ближе подходили к центру эвакуации — бункеру, где последние силы обороны Альянса засели в ожидании подкрепления. Спасение было близко, но и опасность росла с каждым шагом в геометрической прогрессии. Пираты слетелись к бункеру, как шакалы к кровоточащему куску мяса, разве что этот кусок пока что волки охраняли. Но волков было мало, они были уставшие, а диких, алчущих богатства собак много. Окружив бункер плотным кольцом, пираты истекали жаждой наживы, насилия и убийства, а ещё плена и страданий. Это чувствовалось даже на расстоянии. Толпы ксеносов напоминали саранчу, окружившую единственный безопасный уголок на всей планете. Благо пестицид по имени «боезапас» всё ещё имелся в наличии, но он заканчивался, и что случится, когда это всё же произойдёт, Джон запрещал себе думать.

Опытный разведчик, он знал о тайном проходе, который мог вывести их к бункеру. Это было их шансом. Шепард жестом велел Гарри следовать за ним, и они углубились в тёмный тоннель. Но даже там, в узком проходе, опасность нашла их с возмутительной лёгкостью. Джон заметил двух пиратов впереди. Они расслабленно болтали, так удобно подставив Шепарду свою спину. И вместе с тем так, не вовремя встав у него на пути.

— Тихо, парень, — прошептал Шепард, указывая Гарри спрятаться за грудой обломков. — Сядь, не двигайся и... не смотри.

Гарри молча кивнул и опустился, прячась за остатками стены. Но, несмотря на предупреждение, не смог удержаться и взглянул. На свою голову взглянул, ведь солдат Альянса действовал предельно быстро и жёстко: тихо извлёк ножи из ножен, приблизился к пиратам. Один короткий удар под основание шлема, туда, где слабая часть брони защищает самый первый позвонок, — и первый пират рухнул замертво. Второго, Шепард уложил чуть медленнее, хладнокровно перерезав ему горло.

Сделав всё быстро и без лишнего шума, он повернулся к Гарри и заметил его испуганный взгляд. — Ты всё видел? — выдохнул он, убирая ножи.

Гарри сглотнул и заторможено кивнул, а потом несмело двинулся к Шепарду.

Шепард заметил это и «попытался» улыбнуться хотя бы глазами и ласковым насколько мог голосом: — Тогда иди ко мне. Нам до безопасного места осталось совсем недолго.

Гарри медленно подошёл. Он видел останки пиратов: первый лежал безжизненно, а второй был с почти оторванной шеей и живописно раскинулся, заливая всё своей кровью. Желудок мальчика свело, и он резко отвернулся, с трудом сдерживая рвоту. Да и нечем ему было блевать толком-то.

— Это нормально, — спокойно сказал Шепард, кладя ему руку на его плечо. — Первый раз всегда тяжело, как и второй тоже. Но ты молодец, держишься.

Гарри снова кивнул, не решаясь посмотреть на тела. Хотя сегодня он много таких видел, но эти! Ещё мгновение назад вполне себе живые, останутся у него в памяти надолго. К несчастью, в этот день подобные тела встретились ему не единожды.

Такие стычки повторялись ещё несколько раз. Путь к бункеру оказался кровавым. Шепард, обычно сдержанный, показал всю свою жестокую в некоторых случаях натуру — ту, за которую его позже прозовут Тарфанским Мясником. Он без колебаний убивал тех, кто становился между ним и долгожданным входом в бункер, чтобы защитить маленького гражданского.

Когда они, наконец, достигли укрытия, Шепард встретился с солдатами Альянса. Доложив по рации обстановку, он направился с Гарри к медикам, где обоих, несмотря на бурные протесты Шепарда, всё же осмотрели. Это даже заставило Гарри улыбнуться. Хоть блёкло, едва заметно, но улыбнуться, и с каждой секундой мальчик улыбался всё шире.

Смотреть, как его спаситель подобно ребёнку пытается отбиться от врача, было забавно, отчего мальчик уже едва ли не смеялся, что и нужно было двум артистам: один был в халате, другой был в броне, да и не сказать, что они именно играли. Скорее, гипертрофировали старый спор: Шепард считал, что осмотры после каждой миссии — это лишнее, врач — нет. В этот раз победил врач, и Шепарда положили рядом с Гарри на соседнюю койку. Как сказал врач — будешь нести пост прямо в лазарете, приказ командования. И как бы «успокоил» Джона: — Я даже твою броню и пушку забирать не буду, они тут в шкафчике побудут. — сказал врач.

Сказал в ответ на укоризненный взгляд Джона и его односложное: «Майкл». Выражающие всю гамму эмоций боевитого разведчика, которому на койке совершенно не сиделось и уж тем более не лежалось.

Сказал и тут же продолжил: — 40 лет, Майкл, что с того? Сказано лежать, отдыхать и не вякать, вот и лежи, отдыхай и не вякай. — Отбрил штатный медик базы. — Посмотри лучше на мальчика, которому делают четвёртый укол подряд, а он даже не вякнул.

— Да это не больно. — сказал Гарри.

Вот только медик, видя, что за укол ему делает рободоктор и главное куда, был мягко говоря, не согласен. Однако такой подвиг он не поддержать не мог: — Если это не больно, то ты большой молодец, парень. — сказал он.

А Джон дотянулся до койки мальчика и ободряюще взял за руку. — Согласен с доком, не каждый взрослый смог бы пройти через всё это, ты правда молодец.

Спасибо. — сказал Гарри. — За всё спасибо. — Добавил он уже слабеющим голосом, моргнул раз, другой, да и заснул. Здесь, в безопасности, он легко это сделал, ведь это явно была больница, а в больнице никогда не было дяди, а значит, было безопасно.

И Шепард, и Майкл усмехнулись, глядя на эту картину, пожалуй, вот ради таких моментов они, медики, бойцы, другой персонал, они всё, все тут ещё держатся, третьи сутки кряду почти без сна. Почти без надежды.

«Я посплю четыре, нет, три часа, а потом, клянусь, вместе со всеми отброшу этих ублюдков». Подумал Шепард и приказал себе заснуть. На краткий, почти эфемерный миг.

А Майкл уже принимал нового раненного и не отпускал очередного ретивого бойца, у которого только что едва прошли симптомы сотрясения. Пытался остановить брюшное кровотечение у третьего и помочь коллегам найти чёртову пулю у сердца и в печени двух других бойцов. Одним словом, зашивался человек не по-детски. И даже не заметил, как спустя лишь два часа Альянс прибыл на помощь.

Корабли окружили Элизиум, устроив пиратам настоящую кровавую баню. Войска Альянса и оборона колонии сработали слаженно, уничтожив врагов или взяв их в плен. Победа была полной, а поражение пиратов тотальным. Под громкую канонаду пулемётов и артиллерии Альянса Джон, который хотел вот-вот проснуться, лишь перевернулся на другой бок и сладко засопел, счастливо и несколько кровожадно улыбаясь.

На утро Шепард проснулся и несколько растерялся. Во-первых, внутренние часы говорили ему, что проспал он явно больше чем три часа, а во-вторых, обстановка вокруг явно изменилась, но Джон никак не мог понять, в чём эти изменения заключаются, и только потом до его сонного мозга дошло: люди. Дело в людях, которых явно прибавилось на базе, новых и совсем не уставших, а ещё в новых лицах и флотских погонах. «Наши», — наконец пришёл усталый вывод. «Мы продержались, победили», — обрадовался Шепард, мысли его блуждали вокруг этой радостной вести, но тут их прервал...

Гарри. — С добрым утром, — сказал он.

Шепард повернул голову к своему соседу. — С добрым, — сказал он. — Но почему ты считаешь, что утром? — спросил Джон, абсолютно уверенный, что времени сейчас часа два ночи.

Гарри задумался, потом... — Но ведь оно когда-нибудь наступит, утро, и будет доброе утро, просто я заранее пожелал. — выкрутился он.