Не оставляй меня! - Резеда Ширкунова

глазами, одетую в строгий чёрный сарафан, а под ним кипенно-белая рубашка с длинными рукавами, отделанная рюшечками. Она смерила обоих недовольным взглядом и сморщила нос, как будто почувствовала неприятный запах.

— Ну что, как день прошёл? — спросила строгим голосом женщина.

— Госпожа директриса, мы сегодня заработали лишь пять медяков. Он вынул из кармана деньги и отдал женщине.

— Вы оба больше проедаете, чем зарабатываете, придётся девку пристроить, может, мадам Расси отдать, а тебя ко всем ребятам. Пользы от тебя там будет больше.

Мальчик бросился ей в ноги.

— Госпожа директриса, я вас умоляю, не отдавайте её мадам Расси, мы завтра принесем больше, обещаю, только не отдавайте.

Женщина смерила сверху вниз взглядом ребёнка и хмыкнула.

— Хорошо, посмотрю, если завтра принесёте меньше двух серебряных, то я сделаю так, как решила раньше, — она развернулась и вошла в здание.

Стан так и остался сидеть на лесенке, смотря в одну точку,

— Стан, это про какую мадам она говорила?

— Ту, которая держит притон, у нее есть клиенты, которые любят забавляться с маленькими девочками. Тебя директриса хочет отдать туда.

— В дом проституции? Сделать из меня проститутку? — девочка присела рядом с другом, от услышанного её перестали держать ноги.

— Они у нас называются домами терпимости. Я знаю, что она отдавала уже туда девочек, практически все выдерживали не больше месяца, кто сам на себя руку накладывал, кого мёртвыми нашли. Этой мадам всегда нужен свежий товар.

Они немного помолчали.

— Знаешь, Ириска, не наберём мы денег, воровать я не приучен, придётся нам с тобой бежать и желательно в другой город. Здесь стража знает директрису, очередной раз напоет о неблагодарных воспитанниках и нас, если найдут, вернут обратно. Сейчас я тебя отведу в комнату, просто сиди и не вздумай ходить, я буду заглядывать к тебе, просто сиди и смотри в одну точку. Мне надо приготовиться к побегу.

Он отвёл Ириску в спальню девочек, всего там стояло двадцать кроватей, накрытых тонкими одеялами. «Обшарпанный потолок и стены, которые были покрашены, видимо, ещё при царе горохе. Ой, так зовут здешнего царя? Имя какое-то странное. Почему-то ассоциируется с крупой. А это ещё что»? — думала Ириска.

Девочка вновь схватилась за голову — откуда эти мысли, она ведь совершенно ничего не помнит и не знает. Кто она, почему постоянно в голове возникает имя Татьяна, как будто давным-давно её так звали?

— Ничего непонятно.

Глава 2

Ириска хорошо исполняла свою роль, даже вернувшиеся девчонки не заподозрили, что «безумная», как часто ее здесь называли, прекрасно слышит их голоса и оскорбления в свой адрес. Она старалась думать о чем-то постороннем, лишь бы не выдать себя ни звуком, ни движением. Девочка даже представить себе не могла, как тяжело сидеть, уставившись в одну точку, если у неё, так некстати, то нос зачешется, то глаз.

Когда все улеглись, она вздохнула более свободно. Но всё же держала ухо востро, вдруг среди них есть такие, которые побегут докладывать директрисе, что девочка пришла в себя. От долгого сиденья ей казалось, что костлявая жопка стала совсем квадратная. Откуда только берутся непонятные мысли? Все уже спали, когда Стан заглянул к ней.

— Ириска, тихо пробирайся ко мне, чтобы тебя не было слышно.

Девочка встала со стула и от неожиданности охнула, но, резко зажав себе рот, огляделась, вроде никого не разбудила. Ноги затекли до такой степени, что подошва ступней пошла острыми иголками.

— Стан, может, лучше было бы сделать это утром, сделали бы вид, что идём к храму, а сами в это время бы сбежали? — тихо спросила Ириска, пока они пробирались тихими коридорами.

— Я вначале так и хотел сделать, но тётушка Ната сказала, что директриса на завтра пригласила мадам Расси сюда, боюсь, что по твою душу, может, ещё кого из девчонок хочет отдать, поэтому уходим сегодня.

— Ты знаешь, куда идти?

— Тётушка показала направление, сейчас тихонько будем пробираться в сторону южных ворот. Как только солнце покажется на горизонте, их откроют, в этот момент мы с тобой и выйдем из города.

— Как думаешь, не догонят?

— Не должны.

— А далеко до города?

— Тётушка сказала, что пешком дня три, нам нельзя показываться на глаза, иначе поймать могут и вернуть.

Они пробирались через тихие темные улицы почти шесть кварталов. То там, то здесь можно было увидеть на небольших улочках темные фигуры людей, которые тут же исчезали из поля зрения. Чем ребята ближе приближались к месту назначения, тем дома становились беднее. Они были одноэтажные, покосившиеся, и все какие-то мрачные и безмолвные, с тускло-жёлтыми окнами, пока не сменились заброшенными пустыми развалюхами. В такой темноте можно было наткнуться на труп или тело какого-либо бродяги, потягивающего пойло прямо из бутылки. Стража редко заходила в такие районы, неизвестно, откуда можно получить нож в спину или в бок. Бывает и магией так вдарят, что остаются одни ошметки. Здесь свои законы.

Ириска, увлекаемая своим спутником, полностью доверилась ему и крепко держалась за его руку. В другой руке у мальчика был небольшой узелок с едой. Все, что смогла дать тетушка Ната. Они дошли до ворот ближе к рассвету, оставалось ждать примерно около трех часов, как раз то самое время, когда очень хочется спать. Они спрятались за густым кустом жаконии — растения, напоминающего шиповник, но без пресловутых шипов. Стан был доволен, что для подруги выкрал туфельки одной из девочек, для работы директриса им еще даст, а им без обувки совсем никак. И неважно, что они почти на два размера были больше. Запихнули туда травы и мягко, и тепло ногам. Тетушка Ната дала старую, всю в заплатках кофту, но главное — в ней было тепло. Он не давал девочке заснуть, тормоша ее периодически, а сам зорко следил за дорогой. Хорошо бы было спрятаться в телеге или сделать вид, что являются чьими-то детьми, чтобы не знали стражники их направление побега.

Днем солнце еще грело сильно, но ближе к ночи или ранним утром на улице уже было очень прохладно. От постоянного сиденья тела детей затекли, и они с первыми лучами солнца решили немного размяться, чтобы немного разогреться. Ириска стала приседать и крутить руками словно вентилятор, Стан с недоумением посмотрел на девочку.

— Ты что делаешь? — удивленно спросил он.

— Кровь разгоняю, чтобы согреться быстрее, — ответила она и, увидев, как он нахмурил брови, тихо произнесла. — Стан, не спрашивай, сама не знаю, как-то неожиданно приходит в голову, откуда все берется, не понимаю. Он в ответ