Дикая работа (СИ) - Данина Лилия

— Хорошо, — сказал Рута, вновь усевшись на пенёк, и положил отрезанную голову рядом на землю. — Я попробую, конечно, но ничего не обещаю, сам знаешь…

— Давай уже! — поторопил его Котов, чувствуя, как по позвоночнику ползёт омерзительная струйка с гниловатым запашком.

На связь с двумя напарниками, как Александр и подозревал, сначала вышла Шайни — координатор всех операций, проводимых Белым Городом. Эта особа имела весьма вредную привычку поднимать Котова с утра пораньше практически каждый день, как заправский будильник, и отправлять в разные уголки их голубого шарика, где были обнаружены либо враги, либо прорывы каких-то тварей, пролезших в мир из соседних измерений, либо ещё какая-нибудь гадость, с которой без стихийного покорителя было не справиться. Вот только сегодняшняя кикимора совсем не походила ни на прорыв, ни на что-то худо-бедно серьёзное! И, по сугубому мнению Кота, его вообще можно было не беспокоить из-за такого пустяка, с которым любой рядовой воин в состоянии справиться, если он не совсем безрукий.

Работа у Шайни, безусловно, хорошая. Сидит себе девочка на месте и командует целой оравой свирепых мужиков, носящихся по планете по одному мановению её взбалмошного пальчика. И сегодня, наконец-то, Котову страстно захотелось лично познакомиться с этой особой, так сильно влияющей на всю его жизнь. И прямо в своём болотистом виде. Чтобы в следующий раз думала, куда и кого посылает. От предвкушения предстоящей «радостной» встречи он даже развеселился.

— У него есть полчаса, — раздался тем временем в динамиках сварливый голосок Шайни. — Уж не знаю, какие у вас тут ещё дела могут быть…

— Новый вид в бестиарий оформим и сразу же уйдём, — пообещал Рута, скосив печальный взгляд на черноволосую макушку убитой твари.

— О, детка, мне и минуты с тобой хватит, — фыркнул Котов, направившись обратно к болоту. Подумал и поправился: — Ладно, пяти минут…

Прежде чем лететь в Город, он хотел привести себя в подобающий вид. Рута проводил его удивлённым взглядом, но ни о чём не спросил, поняв, что человек опять задумал какую-то каверзу.

На центральной площади Белого Города закрутился странный полупрозрачный вихрь, на который сначала никто из жителей и внимания не обратил. Ну, встретились разные потоки ветра в центре главной площади, и что с того? Но эти потоки почему-то, в противоположность своим обычным собратьям, совсем не торопились распадаться и лететь дальше. Затем вихрь и вовсе вырос в размере и потемнел, приобретя насыщенный сизый цвет. Означать это явление могло только одно. В Город явился покоритель воздуха. За последние годы здесь к этому успели привыкнуть, так что удивление длилось недолго, и даже охрану навстречу вышедшей на площадь странной паре никто не послал.

Александр, первым шагнувший из открывшегося перехода на светлую каменную мостовую, с удовольствием вдохнул свежий прохладный воздух — результат пропускной способности силового поля, укрывающего Город от лютой стужи Северного Полюса и Ледовитого океана. Выглядел при этом покоритель не лучше некоторых тварей, на каких сам же и охотился. Прежде чем покинуть болота, он хорошенько извазюкался в торфе и зелёной жиже, набрав в карманы и рукава густой грязи. Поэтому сейчас с него стекали просто-таки потоки болотных удобрений, а вонь стояла такая, что его напарнику пришлось перекинуться ещё в болотах и надеть свою маску, дабы спокойно дышать через фильтры.

Вышедший за Котом Рута обликом уже совершенно не напоминал человека, возвышаясь над своим спутником почти на целый метр. Длинные тёмные косы с зеленоватым оттенком мелодично звякали металлическими кругляшами, стукавшимися друг о друга при движении. Самины не стригли волос, даже такую жёсткую и непослушную щетину, каковой наградила их природа. Поэтому всю торчащую путаной проволокой на затылке растительность либо заплетали, либо подвергали высокотемпературной спайке, превращая в жгуты. Костяная тёмная корона учёного разделяла лобную и затылочную доли головы и охватывала высокий и широкий лоб, которому мог бы позавидовать любой мыслитель. Снятый ещё в болотах плащ лежал на локте левой руки, в которой учёный нёс перед собой голову кикиморы, стараясь не касаться ею и без того безнадёжно испачканной одежды. От того человека, каким бы он увиделся случайным путникам в болотах, в Руте остались только зелёные глаза с вертикальными чёрными зрачками и длинные зеленоватые косы.

Высокий и чудовищно сильный даже на вид, на первый взгляд про такого и не скажешь, что учёный и имеет весьма мирный характер, несмотря на принадлежность к довольно воинственной расе. Даже убить никого не успел за свою более чем продолжительную жизнь, как-никак скоро восьмая сотня лет пойдёт. Серо-зелёное тело его покрывали поперечные чёрные полосы, видные на открытых участках рук, шеи и головы. Тёмная форма с металлическими защитными вставками напоминала обликом доспех, но имела подвижную структуру, чтобы подстраиваться под изменение тела оборотня. Лицо закрывала простая металлическая маска, оснащённая камерой, различными анализаторами для определения среды и возможных ядов и фильтрами. Сейчас маска вполне успешно защищала своего хозяина от смердящего болотными ароматами Кота.

Физиономия Руты тоже значительно отличалась от человеческого портрета. Во-первых, лицо его не имело нормального — в человеческом понимании — носа, а лишь дыхательные отверстия, как у рептилий. Глазные впадины у самин сидели глубже в черепе, чем у людей, и защищали их массивные надбровные дуги, покрытые жёсткими щетинками, напоминающими брови. Тело и лицо Руты покрывала плотная чёрно-зелёная чешуя, образуя своеобразный рисунок. Одновременно с этим верхние и нижние скулы самин украшали две пары подвижных жвал, оканчивающихся четырьмя острыми костяными бивнями, выполняющими роль игл, как у пауков и змей, чтобы впрыскивать в пищу ферментативную смесь, зачастую служащую сильным ядом, оставляющим совсем не безобидные ожоги. Две пары жвал соединяли между собой тонкие кожные перепонки, закрывающие зубасто-клыкастую пасть, как щёки у людей. Длинные пальцы оканчивались твёрдыми тёмными когтями, способными оставить весьма глубокие порезы и раны. И, по мнению всё тех же людей, Рута имел довольно-таки устрашающую наружность. Из-за таких вот предрассудков и страхов некоторых нервных рас, практически всем саминам приходилось либо прятаться, либо маскироваться, когда они отправлялись в земли людей, а происходило это достаточно часто.

Способность принимать человеческий облик была присуща всем саминским племенам, живущим на планете. Хотя оборотнями себя они не считали. И, тем не менее, по мнению Котова все их метаморфозы являлись самым прямым оборотничеством. Александр собаку в таких делах съел, так что разбирался.

— Где ваш координатор сидит? — поинтересовался покоритель, стараясь не делать резких движений, чтобы не стряхивать слишком много водянистой грязи, всё это он намеревался подарить Шайни.

— Так ты к ней хочешь в таком виде идти?! — округлил глаза Рута.

Голос его тоже стал другим, более глубоким, переходящим то в тихое пощёлкивание, то в рычание.

— А ты думаешь, зачем я так принарядился?! — весело расширил шальные глаза Александр. — Ну? И где сидит эта прекрасная особа, которая мне спать по утрам не даёт?? Или мне тебя сначала обнять, чтобы язык развязался? — Кот с намёком посмотрел на отшатнувшегося от него подальше Руту и развёл в стороны руки.

На чистый камень шмякнулось с омерзительным чмоканьем несколько грязных торфяных ошмётков и закапала мутная тёмная жижа, быстро образовав пару малоприятных на вид лужиц.

— Очень «смешно», Кот, — не оценил юмора покорителя Рута, покачав головой. — Делай, что хочешь. Координатора найдёшь вон там, — махнул он когтистой пятернёй в направлении нужного дома с низкой круглой крышей. — И потом убери за собой эту грязь! Я буду в Архиве, — проворчал он, отвернувшись от напарника.

Кот, шмыгнув носом и сверкая безумными глазами, поправил в рукавах ценные «залежи» и направился к нужному дому, оставляя на белом камне грязные следы и ловя на себе удивлённые взгляды редких прохожих.