Последний уик-энд - Эван Хантер

— Отстань от меня. Неужели ты не можешь понять, что это ни к чему? Неужели ты не видишь этого?

Он со злостью схватил ее за плечи и дернул к себе.

— Нет! — сказал он сквозь сжатые зубы. — Нет, я не понимаю. Я совсем этого не понимаю. Клер, крошка…

— Ради бога! — Она вырвалась и потянулась к дверной ручке.

Он сжал ее запястье.

— Пусти меня!

— Нет.

— Послушай, ты что, хочешь, чтобы я начала кричать? Ты знаешь, что будет, если я позову на помощь и заявлю, что ты хотел меня изнасиловать?

Он со злостью размахнулся, уже не соображая, что делает. Его ладонь припечаталась к ее лицу, и его словно ошпарило.

Она отпрянула и медленно поднесла руку к щеке.

— Ты грязный, мерзкий ублюдок! Я, должно быть, выжила из ума…

— Я… Прости, Клер. Я…

— Убирайся с дороги! Открой дверь, или ты будешь камни дробить в Портсмуте.

— Клер, ты просто не в духе. Ты…

— Ты хочешь, чтобы я закричала?!

— Клер…

— Ну, хорошо. Я тебя предупредила…

Она открыла рот, чтобы закричать, и его охватила паника. Он выбросил вперед руку и зажал ей рот, чувствуя, как ладонь размазывает губную помаду. Она стала вырываться, пытаясь укусить его руку. Высвободившись на секунду, снова открыла рот, но закричать не успела: он схватил ее за горло. Минуту они боролись в тесной рубке, натыкаясь на приборы, потом, запнувшись, ударившись о стол, повалились на пол. Что-то с грохотом упало. И он подумал: что будет, если я отпущу ее сейчас? От этой мысли ему стало так страшно, что пальцы, словно сами собой, с удвоенной силой сдавили ей горло. Время будто остановилось… Она содрогнулась, он почувствовал эту дрожь, разжал пальцы. И в тусклом свете приборной доски увидел, что все кончено. Ее зажженная сигарета откатилась к столу, он быстро наступил на нее, раздавив каблуком. Юбка задралась на бедрах, и он увидел ровную полоску чулок и тугую резинку, врезавшуюся в тело. "Боже, что я наделал, — мелькнуло в его мозгу. — Но я же не хотел…"

Он вспотел. Смахнул капли пота с верхней губы, в последний раз огляделся, пролез под планшетом и оказался у двери, которая вела в гидроакустическую рубку. Он прислушался и, ничего не услышав, быстро открыл дверь. Если выйти через гидроакустическую рубку, можно обогнуть трап, ведущий на мостик. Экскурсантам не будут показывать гидролокатор. Можно проскочить через рубку и выбраться на главную палубу. Там он смешается с остальными и сможет выкинуть ключи за борт.

Он быстро захлопнул за собой дверь.

Чак Мастерс сидел на койке. На нем была футболка и серые брюки.

Он посмотрел на старшего помощника командира и сказал:

— Майк, мне бы хотелось, чтобы меня отпустили с корабля. Честное слово, мне бы этого хотелось.

Майк Рейнольдс покачал головой.

— Нельзя, Чак. У меня не хватает лейтенантов.

— Ты можешь это сделать, если захочешь, — раздраженно заметил Мастерс.

— Поверь, не могу. Старику нужна комиссия по расследованию. Черт возьми, ты знаешь, сколько людей втянуто в эту кашу?

— Сколько? — спросил Мастерс.

— Полно. Сначала мы сообщили командиру эскадры при помощи светосигнального аппарата, затем отправили официальное сообщение. Затем нам пришлось проинформировать командование Пятого округа и старшего на рейде. Они прислали следователя и офицера контрразведки.

— Эти два идиота, которые совали пальцы в мой радар?

— Да. Они, однако, не в счет. ФБР на подходе.

— ФБР? — Чак тихонько присвистнул. — Они-то зачем?

— Ну, во-первых, когда убили медсестру, на борту были гражданские. И во-вторых, потому что корабль — федеральная собственность. Если начнется расследование, дело сразу же попадет к прокурору окружного суда.

— Послушай, у нас уже и так полно народу. Эти два идиота, теперь еще и ФБР? Какого черта нам нужна своя собственная комиссия по расследованию?

Рейнольдс покачал головой.

— Ты что, флота не знаешь? У Старика три нашивки, а ему хочется четыре. И если он сможет разобраться в этом деле сам, все будет замечательно. Тебе не кажется, что эта мертвая медсестра в радиолокационной рубке поможет ему получить четвертую нашивку?

— У меня за него сердце кровью обливается.

— Пусть оно обливается за меня, Чак, — быстро проговорил Рейнольдс. — Нам нужна эта комиссия. Старик назначил пять человек и секретаря. Ему нужен старший, им буду я. А мне нужно еще четыре человека: три лейтенанта и младший офицер да плюс один писарь, протоколы вести.

— Ну и что?

— У меня сейчас два лейтенанта — Карлуччи и Дэвис, и я записал младшего лейтенанта Лепажа.

— Этого идиота?

— Но мне же нужен младший офицер. Я включил в список писаря — как там, черт возьми, его зовут?

— Шефер.

— И мне нужен еще один лейтенант.

— А почему ты выбрал меня?

— А ты можешь кого-то другого предложить? Это же не линкор, Чак. Это консервная банка.

— Ну, а если Эд?

— Он в отпуске. Послушай, Чак, я весь список просмотрел. Придется тебе.

— Это что, приказ?

— Если ты так этого хочешь, да, это приказ. Оторви свою задницу и надень рубашку. У нас совещание в офицерской кают-компании через десять минут. Старик хочет, чтобы мы начали до того, как появятся фебеэровцы.

— За своими следить, — с отвращением сказал Мастерс.

— Какого черта ты переживаешь? Возможно, ФБР разберется в этом быстрее, чем мы успеем открыть рот.

— И все же я хочу, чтобы ты меня от этого избавил. У меня и так дел хватает.

— Каких это?

— Девицу нашли у меня в радиолокационной рубке. А я командир части связи.

— Не накручивай, — проскрипел Рейнольдс. — Все и так хреново.

Мастерс думал об этом деле, когда спускался на берег, чтобы посетить общежитие медсестер. Если уж уважаемый командир боевой части связи начинает играть в сыщика, то все действительно очень хреново. Он тяжело вздохнул и стал подниматься по невысоким пологим ступенькам.

Он вошел в длинный широкий холл, уставленный легкими стульями и кушетками. Несколько женщин читали, одна стояла около пианино в дальнем конце холла. Он быстро подошел к справочному окну. Молоденькая девушка из добровольной женской организации ВМС, сидевшая за стойкой, взглянула на него и улыбнулась.

— Чем могу помочь, сэр?

— Я ищу мисс Дворак. Она ждет меня. Я член комиссии по расследованию убийства на "Сайксе".

— О! — сказала девушка. — Вы по поводу мисс Коул?

— Да.

Она взглянула себе за спину на большую доску, на которой в строгом боевом порядке висели белые кружочки. На каждом был номер, она быстро сверилась с ними и сказала:

— Я думаю, мисс Дворак здесь, сэр. Может быть, вы присядете?

— Спасибо, — сказал он.

Он коснулся края фуражки и неловко прошел к одному из стульев. Сел и вдруг понял, что, когда она войдет, ей негде будет присесть. Он резко встал, чувствуя себя по-дурацки, подошел к одной из кушеток и снова сел. Медсестра, сидевшая наискосок, взглянула на него. Он на секунду остановил взгляд на ее скрещенных ногах и отвернулся. Девушка за стойкой быстро говорила что-то в телефонную трубку. Мастерс устроился поудобнее и приготовился ждать.

Она вышла из двери в конце холла. Шла быстрой походкой, ее накрахмаленная белая юбка колыхалась вокруг стройных ног. Она была блондинкой, шапочка аккуратно сидела на голове, золотая полоска на ней сверкала солнечными бликами. Он встал ей навстречу, и она прямо подошла к нему.

— Мисс Дворак?

— Да, сэр. Старший лейтенант Мастерс?

Он кивнул и сказал:

— Присядете? Я, надеюсь, вас ни от чего не оторвал?

— Нет, сэр. Извините, пожалуйста, за форму. Я только что с дежурства.

— Все нормально, — сказал он, переняв ее немного чопорный, формальный тон. — Я хотел задать вам несколько вопросов о Клер Коул. Вы жили с ней в одной комнате, не так ли?

— Да, сэр.

— Она была лейтенантом?

— Да, сэр.

— Сколько времени вы жили в одной комнате?

— С тех пор, как я была назначена в этот госпиталь, сэр. Шесть месяцев.

— Понятно. — Он почувствовал себя неловко, а скованность девушки ничуть не помогала рассеять эту неловкость. Почему, черт возьми, она не расслабится? — Вы были с ней в День Военно-Морского Флота, когда она была на борту "Сайкса", я имею в виду.

— Да, сэр, была.

— Вы можете рассказать мне, что произошло?

— Я могу рассказать вам только о том, что происходило, пока она была с нами. Я ничего не знаю о том, как… как ее убили.

— Я понимаю.

— Мы поднялись на "Сайкс" около трех… в пятнадцать ноль-ноль, сэр. Клер поднялась первая, подождала на корме остальных. Мы были группой, понимаете?

— Понимаю.

— Дежурный офицер назначил нам сопровождающего, молодого помощника артиллериста, я так думаю. Он отвел нас в лазарет, а затем мы пошли за ним наверх, он хотел показать нам мостик. Вот тогда-то Клер и исчезла.