Звездный волк - Эдмонд Гамильтон

Он вдруг ощутил дикий гнев. Все варганцы теперь отвернулись от него, преследуют, словно зверя, – и за что? Почему Ссандер назвал его чужаком? Разве он не столь же силен и ловок, как они, разве он не выходил победителем из сотен схваток? Да, он не любил убивать, никогда не делал этого без крайней необходимости, но, несмотря на молодость, его добыча была всегда из самых богатых, и слава о Моргане Чейне уже гремела по всей Варге! А теперь он должен скрываться, преследуемый недавними друзьями...

Он вновь взглянул на экран и увидел, что почти достиг цели. Далеко впереди светился багровый глаз красного карлика, следивший за приближающимся кораблем. Чейн знал о небольшой планете, одиноко вращающейся вокруг умирающей звезды. Здесь он мог найти безопасное убежище – никто из Звездных волков и не подозревал о существовании этого затерянного мира.

Чейн был в двух шагах от спасения.

Удача вновь отвернулась от Чейна, когда он заметил на экране искру приближающегося звездолета. Он шел вдоль края пыльного облака настолько близко, что лучи локатора вполне могли обнаружить даже небольшой по размерам варганский корабль.

Теперь Чейна могло спасти только чудо. Если чужой космолет – один из охотников с Варги, то вскоре сюда слетится вся эскадрилья, и у него нет ни единого шанса. Если же это корабль из иной звездной системы, то его экипаж, обнаружив на экране локатора типично варганские обводы корабля Чейна, не успокоится, пока не прикончит своего смертельного врага – Звездного волка, даже если для этого придется созвать на помощь звездный флот всей Галытики.

До планеты около красного карлика было ты близко – и так бесконечно далеко...

Чейну пришлось свернуть с маршрута и войти в наиболее плотные потоки пыли. Корабль задрожал, соударяясь с довольно крупными частичками, его корпус стал опасно разогреваться. Вскоре вышли из строя локаторы и экран погас. Чейна это не очень огорчило – был небольшой шанс, что чужак потеряет его корабль в таком густом пылевом облаке. Он выключил бесполезный теперь двигатель и с проклятием откинулся на спинку кресла. Теперь ему оставалось лишь одно – ждать.

Передышка, увы, оказалась короткой.

Через несколько минут Чейн с тревогой заметил, что приборы контроля один за другим выходят из строя. Он включил аварийные датчики и вздрогнул. Оказалось, крупные частицы все-таки пробили обшивку и повредили двигатели и конвертор – ядерную силовую установку.

Корабль был мертв. Теперь ничто не могло его спасти, он не мог даже послать SOS.

Чейну вновь показалось, что он слышит насмешливый шепот звезд:

"Попробуй уйти, Звездный волк!"

Впервые за свою недолгую жизнь Чейн пал духом. Все в этом жестоком мире были против него – может, пора перестать сопротивляться? Даже если каким-то чудом сейчас ему и удастся улизнуть, то что ждет его впереди? Родная планета прокляла его, для всех остальных миров в Галактике он – Звездный волк, злейший из врагов, подлежащий немедленному уничтожению без суда и следствия...

Чейн грустно усмехнулся. Он и не представлял, что придется кончить свой жизненный путь вот так. Он всегда думал, что погибнет в зените славы, с оружием в руках, во время очередного рейда, как уходит из жизни большинство мужчин-варганцев. Такой смерти можно только позавидовать. А сейчас его ожидала совсем иная смерть, медленная и скучная – от удушья. Ведь регенераторы кислорода тоже вышли из строя.

Чейн вздрогнул и с усмешкой покачал головой. Нет, надо придумать что-нибудь побыстрее.

Как ни крути, помощь может исходить только от чужого корабля. Другого он не дождется, даже если и удастся каким-то чудом восстановить передатчик, – и Звездные волки, и астронавты из других миров попросту уничтожат его. Но... но что, если в момент их прихода его корабля здесь не будет? Тогда Чейн может попытаться выдать себя за землянина – ведь его родители были миссионерами с Земли, хотя сам Чейн вырос на Варге и никогда не видел колыбели человечества...

Чейн задумчиво взглянул на приборную панель. Датчики подтверждали – двигательная установка вышла из строя, но реактор был еще разогрет. Если с помощью аварийных гидроусилителей выдвинуть из него графитовые стержни, то... Конечно, шансов крайне мало, и он бы не поставил и гроша за свою жизнь, но действовать все-таки лучше, чем сидеть и безропотно ждать смерти. Предстояла игра с судьбой: ход надо делать как можно быстрее.

Вооружившись инструментами, Чейн стал безжалостно снимать с панели управления один прибор за другим. Вскоре он набрал достаточно компонентов для сооружении примитивного взрывателя. Работа была крайне сложной, учитывая, что проходила она при тусклом аварийном освещении, но минут через пятнадцать Чейн с нею справился. Устройство, подсоединенное к гидропроводам управления графитовыми стержнями, должно было обеспечить несколько минут, за которые нужно уйти от корабля как можно дальше. Осталось установить его в реакторе, и тогда...

– Но это оказалось самым сложным делом. Пришлось работать в тесном коридорчике, где и развернуться было негде, тем более и неуклюжем скафандре. Раны в боку вновь вскрылись, и Чейну показалось, что его тело терзает стервятник. Слезы боли навернулись на его глаза, и он застонал, теряя сознание.

"Ну что ж, кричи, – сказал он мысленно себе, – кричи от боли! Как были бы рады узнать братья Ссандера, что Морган Чейн, умирая, стонал от боли!"

Злость вновь помогла ему, и туман в глазах понемногу рассеялся, Чейн продолжал работать, еле шевеля бесчувственными пальцами, и наконец установил взрыватель как следует.

Затем он с трудом побрел к кессону и, распахнув аварийный шкаф, достал оттуда четыре пороховых ускорителя. Открыв из последних сил люк, он буквально вывалился в открытый космос, держа в каждой руке по два ускорителя. Включив их, Чейн помчался от корабля прочь словно ракета.

Вдруг он начал вращаться вокруг своей оси – и тусклые огоньки звезд хороводом закружились вокруг него. У него не было времени стабилизировать положение – важно было как можно дальше удалиться от космолета, прежде чем сработает взрыватель. Чейн пересохшими губами отсчитывал секунды, ожидая взрыва.

Внезапно звезды на мгновение погасли, и перед глазами Чейна вспыхнула, казалось, новая звезда. На некоторое время глаза перестали видеть. Когда он пришел в себя, то первой мыслью было – я жив! Слава Богу, я все-таки остался жив! И только затем он вспомнил, что остался один на один с бескрайним космосом – с небольшим запасом кислорода, часа на два, не больше.

Он выключил ускорители и стал дрейфовать в облаке пыли, тревожно размышляя, велики ли его шансы выжить. Экипаж звездолета не мог не увидеть яркую вспышку в облаке – но что они предпримут? Станут ли они рисковать, входя в плотное пылевое облако? Если это варганцы, то, конечно, они сделают это – и тогда его уже ничто не спасет. Но был шанс, что это люди или гуманоиды с других планет Галытики...

Никогда в жизни он не был так одинок, как в эти страшные часы. Его родители, миссионеры с Земли, погибли от повышенной гравитации Варги, когда Чейну было всего три года. Его семьей стали Звездные волки, но сейчас и они были его смертельными врагами. Любой житель Галактики имел право убить его на месте, как пирата, поставленного вне закона... У него нет теперь ни родного дома, ни даже космолета... Только скафандр, а вокруг – враждебная всему живому Вселенная... И никто не шел ему навстречу – ни друг, ни смертельный враг.

Томительно тянулись минуты, и Чейна постепенно охватывало отчаяние. Шансы его таяли с каждым мгновением, а величественные звезды, в распоржкении которых была вечность, не торопились увидеть мучительную гибель человека.

Ему казалось, что он сделал не менее десяти миллионов оборотов вокруг своей оси, когда заметил, как одно из тусклых солнц внезапно мигнуло. Чейн встрепенулся и долго вглядывался в желтое размытое пятно, но оно продолжало ровно и безмятежно светиться, как и миллионы лет назад. Быть может, зрение обмануло его? Что же, ждать еще, зная, что жизнь с каждой минутой уходит? И Чейн решился сделать последнюю ставку в игре со смертью. Включив ускорители, он помчался по направлению к желтой звезде.

Через несколько минут он с радостью удостоверился, что чутье не подвело его. Соседняя бело-голубая звезда также мигнула, словно какое-то непрозрачное тело на секунду заслонило ее. Чейн до рези в глазах всматривался в черный бархат космоса, но ничего больше не мог разглядеть. Раны на боку вновь начали кровоточить, воздух становился тюкелым, насыщенным углекислотой, и Чейн понял, что вскоре умрет.

Но помощь была уже близка. Вскоре он разглядел среди бледных россыпей звезд темное пятно, постепенно увеличивающееся в размерах и приобретающее контуры корабля. Это был, к счастью, не варганский охотник – пиратские корабли были небольшими и иглоподобной формы. Этот же звездолет своими обводами напоминал грузовик. На носу его имелись овальные выступы, характерные для флота старой Земли.