Звездный волк - Эдмонд Гамильтон

– Только лекции мне сейчас не хватает! – застонал Чейн. – Вы понимаете, что от нас уплывают бесценные сокровища!

Добыча, собранная со всей Галактики, теперь непрерывным потоком текла в золотые "яйца", конвейером подплывающие к "кессону". Нагрузившись, они взмывали в небо и вскоре возвращались за новой партией.

– Зачем этим парням столько богатств? – воскликнул Чейн. – Они же будут всего лишь ИЗУЧАТЬ их...

– По-твоему, это чистейшей воды кощунство? – усмехнулся Дилулло,

– О чем это вы толкуете? – спросил Боллард, входя на палубу. – Ого, эти КРИИ даром времени не теряют!

– Наш молодой друг Чейн переживает, что ничего не прилипнет к его пальчикам, – хохотнул Дилулло.

– Нашел о чем думать! – возмутился Боллард. – Меня волнует другое – что эти КРИИ будут делать, когда завершат погрузку своего галактолета?

Ответ на этот вопрос стал ясен через два дня. Свет в "кессоне" погас, и очередное золотое "яйцо" взмыло в небо. На его место встала еще одна "спасательная шлюпка", но она была последней.

Из потемневшего корабля показались несколько КРИИ и не спеша направились к раскрытому люку. Один из них помедлил и... пошел в сторону космолета Торговцев! В полусотне метров внезапно остановился и поднял руку-ветвь, указывая на небо.

На этом контакт с иным разумом и закончился. КРИИ повернулся и пошел к "шлюпке". Через минуту она взмыла в воздух и растворилась в черном облаке.

– Не очень-то многословен этот парень.,. – ворчливо начал было Дилулло и замолчал. На обзорной палубе внезапно вспыхнул свет. Генераторы наконец-то заработали!

Капитан тут же вскочил на ноги, от его былой апатии не осталось и следа.

– Этот КРИИ сказал лучшую речь, которую я когдалибо слышал в жизни! – заорал он, обнимая улыбающегася Чейна. – Он приказал нам убираться – грех было бы его ослушаться!

Он подбежал к интеркому и крикнул:

– Внимание экипажу: объявляю трехминутную предстартовую готовность! Всем пассажирам занять места в каютах! Учтите, я стартую так, что и черту тошно станет!

Ровно через три минуты космолет взлетел по наклонной траектории, уводящей его от скалистой гряды – и от лазеров вхолланцев. Выйдя за пределы атмосферы, корабль по приказу капитана вышел на стационарную орбиту, "зависнув" на огромной высоте над лежащим среди песков галактолетом.

– Джо, что вы задумали? – возмущенно спросил Боллард, заходя в пилотский отсек. – Неужто вы еще не насмотрелись на эту чертову планету? В любой момент крейсера могут взлететь, и тогда...

– Рутледж, включите видеокамеры нижнего обзора, – вместо ответа сказал капитан, наклонившись к интеркому. – Я думаю, сейчас произойдет кое-что любопытное.

Он нажал несколько кнопок на пульте управления – и на обзорном экране появилось изображение, переданное с видеокамер. Оно было мутным, так что нельзя было разглядеть никаких деталей,

– Слишком много пыли мы подняли при старте, – послышался в интеркоме голос Рутледжа, – Сейчас я подключу Н-фильтры...

Вскоре "картинка" на экране прояснилась. Они вновь увидели полуразрушенный галактолет, гряду скал и стоявшие за ней два вхолланских крейсера. По сравнению с титаническим кораблем пришельцев они казались детскими игрушками.

– Вы думаете, КРИИ уничтожат свой корабль? – спросил Чейн.

– Почему бы и нет? Они достаточно узнали нас, людей, и, увы, не с лучшей стороны. Мы наверняка показались им варварами, с примитивным уровнем технологии, да еще с агрессивными наклонностями. Разве нам можно оставлять галактолет, пусть даже и полуразрушенный? КРИИ не могли демонтировать все агрегаты, наверняка на борту остались двигатели, генераторы, приборы и Бог знает еще что. Вряд ли КРИИ хотели бы со временем встретить у себя в галактике таких гостей, как мы, не говоря уже о милых вхолланцах с их имперскими замашками. Кроме того, пришелец не зря указал своей лапкой в небо – он наверняка хотел, чтобы мы сматывались побыстрее. Почему же он не сказал об этом вхолланцам? Да просто потому, что они защищены грядой...

Он не успел договорить, Как вдруг галактолет запылал лиловым огнем. Бешеное пламя поднялось ввысь на сотни метров, скалы стали плавиться от страшного жара... Через несколько минут гигантский костер внезапно погас и на песке не осталось ничего, кроме рубчатого следа длиной в две мили.

– Недурно, – весело сказал Дилулло, с довольным видом потирая руки – Эй, Рутледж, выключайте камеры! Теперь у нас есть убедительное доказательство того, как славно мы выполнили задание кхаральцев.

– Мы? – удивленно спросил Чейн, переглянувшись с Боллардом.

– А кто же еще? Не пришельцы же из другой галактики! – с невинным видом заявил капитан. – Нас наняли для того, чтобы мы обнаружили секретную базу Вхоллы со сверхоружием Предтеч и уничтожили его – это мы и сделали. Слава, слава Торговцам! Теперь пора возвращаться, а то мы смущаем этих ребят с крейсеров своими нескромными взглядами...

Он положил руки на пульт управления, и вскоре космолет вышел в открытый космос. По дороге он прошел вблизи темного облака, которое висело над ними так много дней. Чейн, как и все остальные Торговцы, прилип в этот момент к иллюминаторам. Ему показалось, что он сумел разглядеть в центре облака вытянутое плотное тело галактолета. Скоро корабль КРИИ уйдет к далеким, неизведанным звездным островам...

– КРИИ не очень-то эмоциональны, – тихо сказал капитан, провожая взглядом черное облако. – Но Бог свидетель, в них больше человечности, чем во многих людях! И все, даже Чейн, согласились с этим.

Космолет направился к ближайшему краю туманности, чтобы там, в чистом космосе, спокойно и безопасно уйти в подпространство. В ожидании этого Торговцы, свободные от вахты, решили устроить праздничную вечеринку, и Дилулло не стал возражать. Но банкет не удался – все оказались слишком усталыми, эмоционально опустошенными, и пиршество быстро увяло. Торговцы, даже не допив вина, разбрелись по каютам.

В кают-компании остались лишь Чейн, не растерявший остатки своей бодрости, и Дилулло. Они пропустили еще по стаканчику-другому, затем капитан, устало откинувшись на спинку кресла, сказал:

– Когда мы прибудем на Кхарал, тебе, сынок, лучше не высовывать из корабля и носа. Чейн ухмыльнулся.

– Мне не надо напоминать об этом, капитан, Я сыт кхаральским гостеприимством по горло... Скажите, вы верите, что правительство заплатит вам оставшуюся часть светокамней?

Дилулло кивнул.

– Они заплатят все, не сомневайся. У меня нет иллюзий насчет их моральных качеств, но свое слово они держать умеют. Кроме того, вид горящего космолета Предтеч их так впечатлит, что они и не подумают жульничать.

– Выходит, вы не собираетесь рассказать, как было на самом деле?

– Посмотрим. Я человек тщеславный, но не до идиотизма. Нас наняли для определенной работы, и она так или иначе выполнена. Мы славно потрудились, побывали в бою – чего еще надо? Лучше скажи, сынок, что ты будешь делать со своей долей?

Чейн пожал плечами.

– Я не думал об этом. Обычно мы, варганцы, не занимаемся куплей-продажей, а используем захваченные вещи по назначению.

– Хм... дурная привычка, особенно для человека, который собирается стать Торговцем. Кстати, а ты хотел бы этого?

Чейн сделал паузу, прежде чем ответить.

– Может быть, несколько позже... Хотя мне некуда больше деваться. Вы, Торговцы, не столь хороши, как Звездные волки, но тоже стоящие ребята.

Дилулло сухо заметил:

– Настолько стоящие, что не каждый варганец нам подойдет. Но, надо признаться, у тебя есть кое-какие способности, да и совесть в тебе еще теплится. Так что мы готовы рассмотреть твою просьбу,

– Просьбу? – поднял брови Чейн. – Разве я о чем-то просил?

Несколько минут оба молчали, хмуро глядя друг на друга. Затем Чейн вздохнул и мирно спросил:

– Куда мы пойдем после Кхарала?

Это "мы" прозвучало так естественно, что Дилулло невольно улыбнулся.

– Если тебя это так интересует, то к Земле, – ответил он.

– О, я не прочь побывать на родине моих предков! – оживился Чейн.

Дилулло с сомнением посмотрел на него.

– Не очень-то меня радует перспектива увидеть тебя дома. Когда я представлю, что по улицам наших городов разгуливает этакий волк в овечьей шкуре... Знаешь, сынок, сначала стоило бы укоротить твои когти.

Чейн ослепительно улыбнулся и по-дружески протянул руку капитану:

– Ну что ж, попробуй... папаша!

Конец