Уголовно-правовое регулирование задержания лица, совершившего преступление - Людмила Смирнова

Для изучения и разрешения теоретических и практических вопросов, возникавших при рассмотрении данного обстоятельства, в качестве частного метода был использован метод системного анализа, средствами и инструментами которого стали институциональный, конкретно-социологический и аксиологический приемы исследования. Были проведены опросы – анкетирование 518 сотрудников правоохранительных органов по специальной программе. Для ознакомления с практикой правоохранительных органов и судов по применению задержания с причинением вреда, установления обоснованности привлечения к уголовной ответственности при превышении мер задержания или освобождения от нее, правильности квалификации деяний при задержании с неправомерным причинением вреда было изучено значительное число материалов и уголовных дел по фактам задержания с причинением как правомерного, так и неправомерного вреда задерживаемым, что позволило выявить недостатки правового регулирования и правоприменения, предложить пути законодательного совершенствования названного обстоятельства и возможности недопущения или минимизации ошибок при производстве правоохранительными органами и судами уголовно-правовых оценок причинения вреда при задержании.

Глава 1

Теоретические основы правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление

1.1. Обстоятельства, исключающие преступность деяния

Правомерное причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, согласно гл. 8 УК РФ 1996 г. включено в систему обстоятельств, исключающих преступность деяния. Поэтому, чтобы установить особенности, характерные для данного обстоятельства, необходимо вначале рассмотреть черты, свойственные системе этих обстоятельств, и признаки ее образования.

Многие авторы, пытаясь определить, что такое обстоятельства, исключающие преступность деяния, писали, что это акты человеческого поведения. При этом подчеркивалось: такие деяния должны обязательно иметь свои основания. Например, необходимая оборона имеет основанием преступное посягательство, против которого она производится. Крайняя необходимость имеет основанием грозящую опасность причинения вреда правоохраняемым благам. Причинение вреда при задержании имеет основанием противодействие задерживаемого.[2] Таким образом, утверждалось, что именно акт правомерного поведения следует называть обстоятельством, исключающим преступность деяния. Однако это определение не раскрывает сущности обстоятельства и является односторонним. Учитывая это, многие авторы предпринимали попытки определить обстоятельства, исключающие преступность деяния, более полно.

В комментарии к ст. 48 «Обстоятельства, исключающие преступность деяния» коллективной монографии «Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования» высказано суждение, что эти обстоятельства имеют место при совершении деяния, причиняющего вред правоохраняемым интересам.[3] То есть признано, что не действия, причинившие вред, а соответствующие обстоятельства, при которых он причинен, исключают преступность деяния, потому что по объективным признакам сами деяния (причинение вреда) сходны с преступлением. Но и эта формулировка не была последовательно сохранена в монографии, оказалась противоречивой.

Обстоятельствами, исключающими преступность деяния, в ней названы или сами деяния: обороняющегося – «необходимая оборона», задерживающего – «задержание преступника»; или обстоятельства, вызвавшие необходимость причинения вреда: «состояние крайней необходимости» – это не само деяние, а обстоятельство, при котором деяние совершено; «физическое или психическое принуждение» – это тоже обстоятельство: внешнее воздействие, вызвавшее причинение вреда со стороны принуждаемого и т. д. То есть в одних случаях обстоятельствами именуются сами деяния, а в других указывается на то, при каких обстоятельствах они совершаются. Из чего следует, что авторы проекта еще не выработали четкого взгляда на понятие обстоятельств, исключающих преступность деяния.

В УК РФ вообще не дано общего определения обстоятельств, исключающих преступность деяния, но в каждом из их конкретных видов, содержащихся в ст. 37–42, указываются определенные обстоятельства, при которых причинение вреда не является преступлением.[4] Мы полагаем, что называть обстоятельство поведенческим актом, не выделяя условий его совершения, значит, противоречить традиционной терминологии русского языка, признающего обстоятельством явление, сопутствующее какому-то другому явлению и с ним связанное. [5]

С. Г. Келина дала обстоятельствам, исключающим преступность деяния, следующее определение: «Обстоятельствами, исключающими преступность деяния, являются такие обстоятельства, при которых действия лица хотя и причиняют вред интересам личности, общества и государства, но совершаются с общественно полезной целью и не являются преступлениями в силу отсутствия общественной опасности, противоправности и вины».[6] Положительным в этом определении стало то, что обстоятельствами, исключающими преступность деяния, названы не сами деяния, а обстоятельства, в связи с которыми деяния перестают быть преступными. Но и это определение не в полной мере отразило сущность рассматриваемых обстоятельств.

Анализ содержания обстоятельств, исключающих преступность деяния, показывает, что это такие явления, при которых поведенческие акты, причиняющие вред другому лицу, должны рассматриваться как непреступные.

При необходимой обороне действия лица, применившего ее, то есть причинившего физический или имущественный вред лицу посягающему, могут рассматриваться как непреступные при следующих условиях: общественной опасности посягательства, его наличности, действительности, при непревышении пределов необходимой обороны. Совокупность названных условий при обороне от посягательства и следует называть обстоятельством, исключающим преступность деяния, так как это явление связано с другим – причинением вреда объекту уголовно-правовой охраны (жизни, здоровью, собственности). При крайней необходимости совершаются действия, причинившие вред третьим лицам, которые могут рассматриваться как непреступные, при наличии следующих условий: грозящей опасности общественно ценному благу, отсутствии другого способа предотвращения вреда этому благу, соблюдении требования о причинении другому благу меньшего вреда, чем предотвращаемый. Совокупность этих условий и является обстоятельством, исключающим преступность деяния, так как преступность связана с другим явлением – причинением вреда охраняемому уголовным законом благу. Каждое из названных условий имеет особенности, свойственные соответствующим деяниям.

Поэтому правильно называть обстоятельством, исключающим преступность деяния, совокупность определенных условий (признаков), при наличии которой деяние, причинившее значительный вред охраняемому уголовным законом объекту и внешне похожее на преступление, таковым не является.

Наличие совокупности определенных условий является первой чертой обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Природа деяний, совершенных при таких обстоятельствах, обязательно связана с причинением вреда объектам уголовно-правовой охраны. Иными словами, при этих деяниях происходит посягательство на объекты уголовно-правовой охраны. И если бы обстоятельств, исключающих преступность деяния, не было, мы имели дело с преступными посягательствами. Эти деяния не являются преступлениями, поскольку совершены при наличии таких условий, которые исключают преступность деяния и только внешне похожи на них. Отдельные признаки деяний совпадают с признаками преступления, например, действия (бездействие), частично последствия, причинная связь между ними. Но совпадение не является полным. Не совпадают те признаки, которые как раз и могут быть отнесены к обстоятельствам, исключающим преступность деяния, а причиненный вред не должен рассматриваться как преступный благодаря этим признакам.[7]

При необходимой обороне не совпадающими с преступлением признаками являются: общественная опасность посягательства, вызвавшего совершение оборонительных действий; существование реальной угрозы или наличности посягательства; причинение вреда посягавшему во время применения средств защиты, упредивших нападение или причинение вреда непосредственно после окончания нападения, когда еще не было ясно, что нападение окончено; а также отсутствие явной чрезмерности причинения вреда при защите от нападения.[8] Наоборот, причинение вреда задолго до начала посягательства путем применения защитных приспособлений, объективно угрожающих жизни или здоровью посторонних лиц; несвоевременное причинение вреда лицу, окончившему посягательство; явно чрезмерное причинение вреда посягавшему – эти признаки устраняет обстоятельство, исключающее преступность деяния, а точнее, ликвидирует отличие этого деяния от преступления.