Квотербек, пошел к черту! - Вин Кэтчер

Прихожу в себя уже на ступенях наружной лестнице. Рядом сидит моя сестра, прижимаясь щекой к моему плечу. Вокруг много людей: одни со скучающим видом пьют пиво, другие дискутируют, словно ничего не произошло, а кто-то суетится с озабоченным видом. Весь шум прерывает протяжный вой сирены, стены двухэтажной виллы окрашиваются в красный, и автомобиль неотложной медицинской помощи съезжает с места, окончательно возвращая меня в эту реальность. Вижу перед собой тренера, игроков моей команды. Лица их искажены гримасой наивысшего недовольства, будто все только что сожрали кусок дерьма. И очевидно, этим куском стал именно я.

— Райнер, — обращается ко мне наш тренер Стэнли, — какого хрена? Ты решил поставить крест на своей карьере? Или как это называется?

Я слышу всхлипывания сестры. Смотрю на Гейл, на ее опухшее лицо от слез, следом на свои окровавленные руки. Уже не понимаю, кому принадлежит кровь: мне, Брэдли или тем двоим ребятам, кто пытался меня оттащить от придурка, которого я избивал, словно боксерскую грушу.

— Все дерьмово, да? — спрашиваю я и смотрю виноватым взглядом на тренера, поставившего на меня все.

— Ты даже не представляешь насколько.

* * *

Харлин Квин Олдридж. Канада. Саскатун

— Харли, ты точно уверена в своем решении? — Рокси повторяет в третий раз свой вопрос. — И прежде, чем ты снова не ответишь мне, я в очередной раз повторюсь — это не лучшее решение, поехать из Саскатуна* в Эл-Эй[9] на мотоцикле.

— Мам, все будет отлично, — беру ключи от байка с комода, подхожу к Рокси и целую ее в щечку, — главное, не забудь проконтролировать, чтоб твои потные работяги загрузили все мои коробки в грузовой контейнер. И уж постарайся никого из них не соблазнить. Они не твоего полета.

— Между прочим, они довольно жаркие парни. — Рокси игриво приподнимает одну идеальную бровь. — И едва ли тебе все это пригодится в Калифорнии, — усмехается мама, смотря на гору хлама, спрятанного по коробкам, — но так и быть, я скажу сексуальным парням, чтоб они загрузили все это дерьмо в контейнер, и буду надеяться, что по пути откроются двери и что-нибудь потеряется, — улыбается она.

— И я тебя люблю, мам. — Я обнимаю женщину, — ну как женщину? — едва ли Рокси Девон можно назвать женщиной. Нет, она конечно же имеет вагину между ног, и это автоматически делает ее женщиной и пополняет наши ряды, да вот дело тут в другом. Едва ли Рокси походила на женщину, давшую мне жизнь, скорее — на мою старшую сестру. Подозреваю, Рокси продала душу дьяволу, и теперь не стареет. Хотя, если кто-то скажет, что тридцать шесть — это старость, тому я плюну в лицо.

И давайте знакомиться, меня зовут Харлин Квин Олдридж. Да-да, вы не ослышались, вот только я не та самая чокнутая блондинка, девушка Джокера* — Харли Квин[10]. Возможно, наши имена и схожи на слух, но пишутся по-разному и имеют совершенно разный смысл, и это не шутка. Разве что пошутил мой горячо любимый папочка Нэш Олдридж — легендарный вокалист рок-группы «ВетКвинс»[11]. Назвав меня двойным именем вовсе не в честь «немного» свихнувшейся блондинки из комиксов с бейсбольной битой, а в честь любимого папиного «Харли Дэвидсона» и части названия его рок-группы «ВетКвинс». Я его маленькая вздорная королева. И конечно же не забыл наградить своей легендарной фамилией. Вот только едва ли кто-то поверит в наше родство с Нэшем Олдриджем. Уж кто-кто, а я точно не похожа на отца. Идеальная копия матери: такие же светлые волосы, большие голубые глаза, острые черты лица, слегка пухлые губы. Так что едва ли кто-то может сказать при упоминании моей фамилии: оу, детка, а Нэш Олдридж, случайно, не твой отец? Как и мало кто знает, что Рокси Девон моя мать. Мы даже на людях порой представляемся сестрами.

И относительно Рокси Девон — на данный период она одна из известнейших авторов песен для мировых звезд, чьи имена всегда входят в десятку топ-чарта и никогда не покидают ее.

И если при всем этом вы думаете, мое детство было мечтой любого ребенка, то сильно ошибаетесь. Я с самого первого своего дня существования в утробе матери стала одной большой проблемой. Причем для родителей. Ну, чтоб вы понимали, моя мать забеременела мной в свой пятнадцатый день рождения, и не от какого-то проходимца, что, возможно, упростило бы всем жизнь, или первой большой и чистой любви, а черт возьми, от лидера легендарной тогда и сейчас рок-группы «ВетКвинс».

Дело было так: пошла Рокси Девон на концерт с подругой в свой день рождения, пробилась к сцене и швырнула свои трусики Нэшу Олдриджу. О дальнейших событиях вы уже догадались. И вот, спустя три недели, родителям Рокси сообщили вовсе не об отравлении дочери съеденным бургером, а о наличии в ней этого «бургера» — меня. Родители Рокси с пуританскими взглядами на жизнь, — и даже не спрашивайте, в кого пошла моя мамочка, — были весьма недовольны новостью о беременности дочери, а Рокси же напугана таким известием. Одно дело смотреть шоу «16 и беременна»* или «Девочки Гилмор»[12], другое — стать самой матерью в пятнадцать. Это и привело к разговору «по душам», где и выяснилось о первом мужчине Рокси — да-да, первом мужчине — и будущем отце — о Нэше Олдридже, молниеносно набирающим успех на рок-сцене, несмотря на свой юный возраст.

Мои бабуля, не желающая такого скандала, решила устроить моему папаше еще тот аттракцион, прогоняя его задницу в центрифуге, обвиняя в том, что он обесчестил их дочь. Агенты и адвокаты урегулировали конфликт, доказав случившееся по взаимному желанию и согласию, плюс оба подростка, не достигшие совершеннолетия, однако, бабуля не желала сдаваться. Уж не знаю, чего она преследовала. Деньги или какие-то иные цели. Так что ее требование звучали не иначе как жениться! Хоть мой папочка и обещал жениться на мамочке, но как вы понимаете, такого чудо не произошло, а вот признать свое отцовство — признал. И даже предложил заняться моим воспитанием. И до трех я жила с Рокси и бабушкой с дедушкой, а с трех до семи лет провела с папулей, разъезжая с ним по гастролям, пока в это время моя мама получала высшее образование в Лос-Анджелесе, откуда мы и были родом. После я снова жила с матерью, после с отцом. Так и гастролировала от одного родителя к другому. И как вы понимаете, детство у меня оказалось веселое. Не могу сказать, что я жалуюсь. Я увидела